Он был прав, скелеты медленно растаскивали телеги. Вернее, пока только пытались, веревки все еще держались, но было понятно,что это дело пяти минут. Я смотрел на эту возню и у меня острое чувство, какое бывает что я забыл что-то важное. Когда не можешь вспомнить, запер ли квартиру. Что-то я забыл…
— Мы не подожгли повозки! — охнула рядом Гвена.
Эпилог
Регент Императора простер руки. Он стоял на балконе возвышающемся над площадью Императорской Милости. И толпа собравшаяся на площади отозвалась на этот жест единым, многотысячным вздохом радости.
— Благодать! Благодать Императора! — закричали паломники, пришедшие в Таэн, древнюю столицу Империи. И в самом деле, их одежды, и роскошные, тонкой выделки шерстяные ткани, и коричневые лохмотья, развевались от легкого ветерка. Ветерок этот начинался от стен Тронного Замка Императора и волной прокатывался через толпу, принося с собой прохладу и приятное благоухание.
Регента звали Йип и он был уже третий из регентов, принявший это имя. Он был стар. Семьдесят четыре года — даже с омолаживающими зельями личного алхимика и регулярными сеансами у сильного лекаря, возраст давал о себе знать. Правда, не так сильно, как казалось со стороны. Регент опирался на трость при ходьбе. Признак слабости. Впрочем, трость была ему не очень нужна. Она была нужна для того, чтобы дать понять каждому, кто видел этого сгорбленного годами старца с длинной седой бородой и ласковой улыбкой, что Йип III может умереть в любой момент. Йип знал производимое им впечатление. Он много работал над тем, чтобы его добиться. Те из духовенства Культа Императора, кто знал его лично и был достаточно глуп, говорили что новый Регент не протянет на своем посту больше пары лет.
И об этом Йип тоже знал. И не держал зла на злословов. В конце концов, именно вероятность умереть в любой момент и открыла ему возможность стать Регентом. Собрание Хранителей Сердца Императора почти всегда выбирала на должность Регента людей, так сказать, умудренных опытом. Это гарантировало главу Культа не только от поспешных решений и юношеской горячности, но и не давало одному главе слишком уж долго задержаться на вершине власти. Чем старше Регент, тем короче его срок правление. Чем короче срок правления Регента, тем лучше для верхушки Культа. На этих выборах Регента у Йипа был только один конкурент — восьмидесятилетний выходец из богатого и влиятельнейшего рода Пиллар. Вот только прошлый Регент тоже был из рода Пиллар, а Хранители Сердца были достаточно мудры, чтобы не давать усилиться одному роду. Единственные, кто мог хоть как-то противостоять Пиллар в знатности, а главное, в влиянии и богатстве, это были Ин да Орс. Род, к которому, так уж получилось, принадлежал будущий Регент. Поэтому семидесятичетырехлетний Йип победил легко, девятнадцатью голосами против трех.
И в этом тоже не было ничего необычного — Ин да Орс и Пиллар сменяли друг друга на посту Регента почти как день и ночь. Исключения можно было пересчитать по пальцам.
И, хоть в свежеизбранным регенте Йипе III не было, на первый взгляд, ничего необычного, все же кое что его отличало от многих предшественников. Йип искренне верил. Не столько в Императора, сколько в то, что он вознесся к Престолу Пустому и Хранимому не просто так. А для великих дел.
Вот только это убеждение он тщательно скрывал даже от близких. Иначе он бы никогда не стал Регентом. Культ Императора разленился. Почивал на лаврах. Мечи его Ревнителей заржавели в ножнах. А Хранители превратились в жирных купцов, озабоченных лишь своими сундуками. Йип планировал это изменить. Вот только люди не любят изменения. Поэтому, если уж собираешься что-то менять, надо делать это так, чтобы людям казалось это возвращением к прошлому.
Йип сполна насладился почитанием толпы. А затем ушел с балкона крепости внутрь. Встал, раскрыв руки, словно для объятий и стал терпеливо дожидаться пока прислуга снимет с него парадную белую одежду, украшенную золотом и рубинами. Эта штука весила как кольчуга, а Йип и в молодости не очень тяготел к тасканию тяжестей. К несчастью, повседневная одежда Регента была лишь вполовину легче доспеха. Золото это металл Императора, рубины кровь Его — и белое многослойное платье щедро несло на себе все эти атрибуты. Йип сносил эту тяжесть стойко, как и подобает искреннему верующему сносить тяготы жизни в ожидании Дня Возвращения Императора. Хорошо уже то, что корона Регента в форме Сердца Императора, усыпанная драгоценными камнями, была им заменена на простую белую шапочку в повседневном костюме.
Йип был человеком скромным, поэтому его шапочку украшал совсем тонкий поясок из золотой нити и не больше десяти рубинов. Он придирчиво осмотрел ближний круг Хранителей Сердца. Семеро, в высоких шапках в форме сердца лишь чуть уступающих роскошью его парадному одеянию. Все, кроме Борха. Род Борха были не из Таэна. Чужаки. Иностранцы. Всего три поколения. Получили свою красную шапку в результате неудачной авантюры одного из Регентов. Или в качестве доброй воли. Что, впрочем, одно и тоже. Однако, выяснилось, что иметь среди Хранителей человека без вековых родственных клиентских связей с Великими Семьями Регенства, бывает очень удобно.
Борха склонился ниже остальных. Словно давая рассмотреть его скромную шапочку. Да и остальной наряд был скорее белым, чем золотым — большая редкость среди Хранителей. Борха был приближенным предыдущего Регента. И смог заслужить доверие нового. Йип подозвал Борха к себе полным величия жестом.
Борха приблизился. Йип хотел заставить его смутиться. Стоять в почтительном молчании, пока его переодевают. Как слугу. Это позабавит остальных Хранителей. Что сделает, с одной стороны, их более лояльными Йипу — ничего не сближает людей так, как неприятие чужаков. А с другой, сделает Борха объектом едких насмешек за спиной. Благодарность сильное чувство. Трудно найти человека более благодарного больше чем тот, кто подвергается унижениям, а ты протягиваешь ему руку, как равному.
Борха подошел и, ничуть не смущаясь, перехватил у суги выложенный золотыми пластинами пояс. И ловко опоясал Йипа. От группы Хранителей раздались тихие смешки. Йип бросил внимательный взгляд на лицо Борхи. Этот, еще молодой по меркам Хранителей, пятидесятилетний мужчина мастерски держал лицо. Выдать его раздражение тем, что над ним смеются, могли только плотно сжатые губы и пустой взгляд. О, да Борха гордец! Кто бы мог подумать. Это хорошо. Человек любящий себя легко выполняет чужие желания, если их смазать лестью.
— Как вы думаете, мой добрый друг, — сказал Йип тихо. — Когда эти дураки уже решатся мне сказать об отряде Старого Врага, высадившемся в Отвине?
— Они собрались тут за этим. Но не могут решить, кого подставить под удар вашего Имперского гнева, — так же тихо ответил Борха. — Что они не знают, так это то, что отряд нежити высадился не в Отвине, а рядом. И не задерживаясь двинулся по Древнему Тракту в Караэн.
— Вот как? — удивился Йип. Удивился он не известиям, а своему мастеру над тишиной, который ввел его в курс дела утром, пока Йип еще был в постели. Унаследованный им от предыдущего Регента, этот тип был самым опасным среди Хранителей. И, что гораздо хуже, похоже был не заменим.
— Но это вы уже знаете, — невозмутимо продолжил Борха, с заботой оправляя одеяние на Регенте.
— Чего же я не знаю? — не выдержал Йип. — Вампиры хотят захватить Караэн? Даже если у них получится ворваться в город, они удержат его разве только пару ночей. Хотя это, конечно, страшная трагедия!
Йип сделал знак призывающий Императорскую благодать.
— Мои люди в Отвине насчитали всего шесть каракк и четыре галеры, так что там не может быть больше полутора тысяч солдат. Слишком мало не только для захвата, но даже для хорошей резни, — заговорил Борха. — Они пришли убить только одного человека. А всех остальных, только если получится.
— И кто же этот человек, возбудивший даже сухие чресла нашего старого Врага? — приподнял бровь Йип. Неужели кровососы в ходе своих нечестивых ритуалов прозрели что он, Йип III, избран Императором дабы положить конец их омерзительному существованию? И готовятся уничтожить опасность в зародыше. А ведь еще ничего не готово. Йип совсем ничего не успел… Но почему Караэн?
