Еще больше, чем на духовную жизнь России, монголы имели влияние на ее государственный и социальный строй. Наши историки ищут «естественных» причин для объяснения государственного и социального развития России. Но как бы правильно ни были указаны эти причины, нет никакого сомнения, что такое огромное историческое событие, как монгольское завоевание с его строгими, четкими формами власти и управления по Чингисовому кодексу «Джасаку» и всепоглощающей фискальной системой, не могло не оказать значительного влияния на государственный и социальный строй покоренной страны. Нужно сказать, что это влияние было определяющим. Монгольское завоевание способствовало превращению России городской и вечевой в Россию сельскую и княжескую. Монгольское владычество помогло северному князю — «слуге ханскому» — сделаться полновластным хозяином своего удела — Московского улуса.
Монгольское владычество положило все русское население впервые в истории России в «число» и содействовало его дальнейшему закрепощению. То же владычество объединило все русские области и «самостийные» города в одно целое и дало возможность Московскому княжеству превратиться в Великое Государство Московское. Еще задолго до создания последнего наивысшим государем на Руси, от которого получали свою инвеституру русские князья, государем, соответствовавшим императорам Западному и Восточному, был царь Ордынский, рассматривавший всю русскую землю как свой улус, как одно из своих владений. Монгольское владычество помогло московскому князю влить сырое русское общество в строгие формы государственности и связать все государственное целое крепкими бюрократическими нитями. Монгольское владычество сделало московского государя абсолютным самодержцем, а его подданных — крепостными рабами. Чингисхан и его наследники управляли своими народами неограниченно именем Вечного Синего Неба; подобно ему русский царь-самодержец управлял подвластными его народами как Помазанник Божий. Таким образом, мы видим, что московский царь, по выражению Вс. Иванова, «вылущился от монгольского хана, как птенчик из скорлупы», так как в этом он сходился только с монгольскими ханами и глубоко разнился от западных монархов.
Как бы то ни было, когда кончилось монгольское владычество и Россия освободилась от «татарского ига», то, во-первых, бывшие до прихода монголов удельные княжества и отдельные славянские племена во глазе с враждовавшими между собой князьями превратились в Московское государство и в один русский народ и, во-вторых, это государство оказалось удивительно похожим на бывшие государства монгольские и вообще на восточные монархии Азии. Московское государство XVI–XVII веков — типичный восточный ханат.
Так Восточная европейская равнина была двумя цивилизациями разрезана на две части: Польское и Литовско-Русское государства примкнули к западной цивилизации, что и определило их исторические судьбы, их социальный и государственный строй, резко отличающиеся от московских. Московская монархия — государство восточное — московский период русской истории — период «азиатский». Начиная с Петра Великого эта азиатская природа русского народа была покрыта легким слоем европеизма, но Ленин, хотя он был духовным учеником Запада, весь этот слой с налетом Европы безжалостно срезал, и теперь мы видим голое «европо-азийское» нутро русского народа, повернувшееся одним лицом к Востоку, а другим — на Запад, подобно орлу старого русского герба.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Из всего сказанного видно, что «монгольский» вопрос еще не поставлен русскими и европейцами учеными во всей его величине и значение монгольской культуры еще не исследовано ими достаточно. Но можно уже теперь считать доказанным, что обычное представление о монгольском завоевании и монгольском влиянии является сильно устаревшим как результат эгоцентричности романо-германской культуры. «Монгольское завоевание не было нашествием диких орд и монголы не были ни «дикарями», ни «варварами», иначе они не могли бы одержать победу над народами старых культур двух континентов и создать небывалую в мировой истории Империю.
Правда, всю историю монголов нельзя вместить в рамки восходящих степеней развития «общечеловеческой», т. е. романо-германской культуры, с их кочевым бытом, родовым делением и скотоводческим хозяйством, но из этого еще не следует, что они «дикари», а следует другой вывод: прогрессирующая и восходящая, подобно пирамиде, схема «общечеловеческой» культуры, сочиненная европейскими учеными, в основе своей неправильна и неприменима к народам Азии, т. е. к 1/2 человечества. Европейские ученые учат нас, что в войне побеждает более культурный; монголы же в короткий срок без поражения объединили в одном государстве своем 4/5 Азии с Европой.
Изваяние черепахи — один из немногих уцелевших памятников Каракорума. Фото И. Горненского
Все культуры имеют свои идеалы, их характеризующие. Так, древнегреческая культура есть культура знания, идеал ее — мудрец,. Римская культура есть культура права, идеал ее — гражданин, герой. Идеал христианской культуры Средних веков — святой, аскет. Духовная культура Азии есть культура буддийская, идеал ее — богочеловек (нирвана, бодисаттва, Будда). Монгольская кочевая культура есть военная культура, идеал ее — царство вселенной, монголосфера. Современная же культура Запада есть культура материалистическая и ее идеал — капитал.
Монгольские племена в течение тысячелетий были в непосредственном соприкосновении с Китайской империей и находились под влиянием китайской и уйгурской культур. В течение многих веков они входили в состав больших и сильных тюркских держав и лишь в XII веке, незадолго до своего объединения в одно национальное государство, стали независимыми. Монголы свою удивительную военную организацию создали сами из глубины веков переданными традициями. На своем родовом быте они создали крепкую государственную организацию, а административную, финансовую и податную системы заимствовали от китайцев. Монголы обладали самой совершенной армией из всех тогда существовавших на земном шаре, самой дисциплинированной и наилучшим образом организованной. Она была прекрасно вооружена и снаряжена, имела постоянные обученные кадры и строгую служебную иерархию. Техника ее стояла на высоте своего века. Сам Чингисхан и его лучшие полководцы Джебе-нойон и Субедей-багатур историками по справедливости считаются военными гениями. Можно без преувеличения сказать, что они превосходят европейских великих полководцев — Александра, Юлия Цезаря и Наполеона как по размерам и числу своих побед и по полному отсутствию в их боевой практике поражений, так и по их достижениям, венцом которых было создание небывалой по величине империи.
На современные монгольские племена, населяющие как историческую Монголию, так и на бурят и калмыков, живущих вне Монголии, надо смотреть как на народы угасшей культуры, подобно современным грекам и итальянцам,[320] но мы присутствуем при начале пробуждения этого народа после около 500-летнего его застоя вместе с народами всей Азии. Что принесет Европе это пробуждение Азии? Этот вопрос занимает многие выдающиеся умы современной Европы.
Монастырь Эрдени-Дзу, основанный на том месте, где находилась столица империи Чингисхана
Монастырская ступа
Постройки монастыря Эрдени-Дзу
Монастырские ворота
Стены обители
Чингисхан. Картина Н.К. Рериха
В учебниках истории пишут, что свержение Россией монгольского ига, уже поколебленного Куликовской победой Дмитрия Донского, произошло сто лет спустя, при Иоанне III — после порабощения России, в общей сложности продолжавшегося около двух с половиной веков. В действительности в это утверждение необходимо ввести некоторые поправки. Куликовская победа имела моральное значение, материальные же последствия ее, несколько лет спустя после одержания ее над темником Мамаем, были сведены на нет золотоордынским ханом Тохтамышем, который при поддержке Темерлана (Тимура), восстановившего единство монголо-татарской державы, снова привел Русь в подчинение Золотой Орды, выразившееся в выдаче Дмитрию Иоанновичу ярлыка на великое княжение. Такие же ярлыки продолжали получать и ближайшие потомки Дмитрия. Хотя затем, начиная от Иоанна III, московские великие князья и княжили без ханских ярлыков, и иго формально было свергнуто Иоанном III, однако полное прекращение фактической зависимости от татар правильнее отнести к половине XVI века — времени завоевания Иоанном IV Грозным последних позиций монгольского владычества — Казанского и Астраханского царств, основавшихся на развалинах Золотой Орды, так как только после этого царь стал вполне свободным и «Великим Государем», хотя Крымское царство оставалось еще долго независимым.
