Из-за стола медленно поднялся Дункан Кэмпбелл:
— А если мы принесем обет верности королю и он попросит нашей помощи, чтобы одолеть тебя, господин мой, что нам делать? Связанные клятвой чести, мы обязаны повиноваться нашему сюзерену. Однако мы горцы и должны держаться друг за друга.
— Ты достаточно силен, чтобы до последней минуты оставаться моим союзником, Дункан Кэмпбелл, — возразил Александр Макдоналд. — Твой клан велик и могуч.
— Я здесь вместо брата Джиллеонана, — вмешался Засоня Макнейл, — который лежит на смертном одре. Мы маленькая семья, господин мой, и считаемся твоими вассалами. Нет никаких сомнений в том, какой дорогой нам идти. Мы, как всегда, последуем за тобой и не принесем клятвы Стюарту, пока этого не сделаешь ты.
— Хорошенько обдумайте мои слова, — предложил владетель Островов, — только держите в узде свои страсти. В доме моего брата не будет ни поединков, ни резни. Помните, здесь женщины.
Вожди принялись толковать меж собой, сначала довольно спокойно, но постепенно голоса стали громче, и вот, наконец, вспыхнули ссоры. Мелкие кланы были откровенно озабочены своей неспособностью защитить себя не только от Якова Стюарта, но и от более влиятельных семейств, которые независимо от обстановки всегда пользовались случаем ограбить и разорить беззащитных. Кланы покрупнее обсуждали, стоит ли разорвать союз с Александром Макдоналдом, чтобы вовремя перебежать на сторону короля. Вполне возможно, его величество вознаградит тех, кто окажется первым и не станет ждать приглашения в Инвернесс.
— Все равно что в кости играть, — пробормотал Роберт Камерон. — Никак не угадаешь, где выиграешь, где проиграешь.
— Собираешься труса праздновать, Родди Камерон? Сбежать, пока еще не поздно? — вспыхнул Уильям Макинтайр.
Сидевшие за «высоким столом»с интересом прислушивались к перепалке.
— Дункану Кэмпбеллу нельзя доверять, — негромко заметил Колин. — Их клан всегда завидовал нашей мощи.
— Но они пока недостаточно сильны, чтобы идти против нас, — возразил Александр. — Хотя ты прав, я тоже вижу, как он размышляет, что предпочесть, оказавшись меж молотом и наковальней. Маленькие кланы трудно осуждать за попытку выжить, поскольку, брат мой, могу честно признаться, что в конце концов и я склонюсь перед короной.
— Яков Стюарт сказал мне, когда подтверждал права владения на мои титул и земли, что я должен принести ему вассальную клятву сразу же после тебя, Алекс, и я так и сделаю, даю слово, — заверил Колин.
Александр Макдоналд дружески хлопнул его по спине.
— Знаешь, Найрн, я ведь люблю тебя. И благодарен судьбе за то, что наш отец привез тебя на Айлей и вырастил вместе с нами.
Взоры всех присутствующих неожиданно обратились на Йана Макартура, который громогласно объявил:
— А почему бы нам попросту не отправить к праотцам этого жалкого Стюарта, возомнившего себя нашим господином? И все наши беды разом кончились бы. Наследника у , него пока нет. Насколько мне известно, королева разрешилась от бремени дочерью. Ближайший родственник Якова — старый граф Атолл. Убьем Якова Стюарта, и на землях к югу от Тея воцарится такой хаос, такая драка в стремлении завладеть короной, что им будет не до нас. Нужно обратиться к единственному оставшемуся в живых сыну герцога Мердока, Джеймсу, который сбежал в Ирландию.
Макартур победоносно оглядел зал — очевидно, в поисках союзников.
И не прогадал. Со своего места вскочил Александр Макрури:
— Прекрасная мысль! Лорд Макартур совершенно прав'. Кто осудит нас, если мы уговорим племянника расправиться с ненавистным дядюшкой?
— Неужели вы настолько глупы, — перебила Фиона, вскакивая из-за стола, — что думаете, будто Джеймс Стюарт, сын герцога Мердока, станет мстить за казнь отца и братьев, ничего не требуя взамен? Или вы посмеете предложить ему деньги за убийство? Но разве он согласится? Вся Шотландия заклеймит его прозвищем Иуда, за тридцать сребреников продавший брата своего! Так что, по-вашему, он попросит, мои добрые господа? — уничтожающе бросила она и тотчас ответила:
— Я объясню вам, парочка безмозглых глупцов! Стюарт потребует вашей помощи! И вы волей-неволей согласитесь, иначе он обнародует вашу роль в убийстве коронованного и законного монарха! Надеетесь, церковь простит вам этот смертный грех?! Значит, вы готовы обменять пусть бессердечного, но справедливого Стюарта на другого, трусливого и коварного? Вы же сами никогда не станете ему доверять! Так что подумайте трижды, прежде чем решиться на преступление!
Фиона замолчала и спокойно села, предоставляя окружающим переваривать ее слова. Каждому было известно, что женщины гор откровенны и не стесняются высказывать собственное мнение, а посему никому не показались странными ее речи. Наоборот, на многих вождей, очевидно, произвела впечатление ее пылкая речь, тем более что все знали о ее близком знакомстве с монаршей четой.
— Подобное деяние обязательно приведет к новой войне. Огонь и меч опять будут править в горах, — тихо заметила Элизабет. — Устами Фионы говорит сама мудрость, и я надеюсь, ты прислушаешься к ней, братец. Что ты думаешь о предложении лорда Макартура?
— По-моему, он просто глупец, как правильно подметила наша красавица Фиона, — кивнул Александр. — Такой гнусный заговор недостоин Макдоналда. Я не стану участвовать в этом, сестрица, впрочем, ты и сама это прекрасно знаешь.
— Верно, — возразила сестра, — но ты забываешь, что дружок Макартура, Макрури, — близкий родственник семейства Макдоналд. Как ты удержишь его от этого безумия?
Александр Макдоналд хищно улыбнулся:
— Когда придет день путешествия в Инвернесс и король потребует, чтобы наша семья подала пример повиновения, как по-твоему, что сделает Макрури?
— Ax, Алекс, наш па гордился бы тобой, — восхитилась Элизабет. — Такой план вполне достоин Доналда из Харлоу.
Фиона прислушивалась к обмену репликами между золовкой и деверем, стараясь также не выпускать из виду споривших в зале. Хотя убийство, предложенное Йаном Макартуром и Александром Макрури, вряд ли свершится, короля необходимо предупредить. Правда, не понятно, каким образом передать сведения: сама она сейчас не в состоянии проделать путь до Инвернесса и обратно, чтобы навестить торговца тканями и лентами Малколма, а о других шпионах короля пока ни слуху ни духу.
— Вы давно видели отца Ниниана, господин мой? — справилась она у деверя. — Я хочу, чтобы именно он крестил новорожденного.
— Я слышал, что он сейчас где-то к северу от Найрн-Крэг, красавица моя, — сообщил лорд. — Но не беспокойся: ранней весной он побывал на Айлей и упомянул, что обязательно заглянет к вам в июне.
