могу приехать в этом году. Надеюсь, вы хорошо проведете время».
Ваша сестра таскает одежду из вашего шкафа, не спрашивая разрешения, а потом ее не возвращает.
Вы говорите: «Брать у меня одежду — нехорошо. Это мне очень неприятно, я чувствую, что меня не уважают».
Ваша мать-нарцисс говорит: «Я вижу твоих детей, и они очень похожи на маленьких бомжей. Они неухоженные, мне из-за них неловко».
Вы отвечаете: «Это мои дети, и я воспитываю их так, как считаю нужным. Твои слова делают мне больно».
Ваш отец-нарцисс говорит: «Ого, по этому дому что, ураган прошелся? Вы не думали прибраться хоть немного или нанять домработницу?»
Вы отвечаете: «Это мой дом. Мы как-нибудь сами разберемся, как и когда тут убираться. Твои замечания ничем не помогают и задевают меня».
Отметим закономерность: вы не говорите другим, что делать, но четко обозначаете свои границы и, если вам захочется, свои чувства. Опять-таки, нет необходимости оправдываться, объясняться или защищаться.
Если мы не обозначим границы, то нас раз за разом будут сносить эмоциями, словно поездом, мы станем обижаться и злиться. Но что, если мы обозначили границу, а собеседник ее просто не уважает? В таком случае пора покинуть ситуацию. Уйдите, бросьте трубку, что угодно. Вам не обязательно злиться или устраивать сцену. Вы просто устанавливаете границу, а если ее не уважают, то прекращаете общение.
Опять-таки, ключ ко всему — придерживаться границы, которую вы задали. Помните: вы больше не допускаете абьюзивного поведения в свой адрес. Абьюзивное поведение — это автоматическое пересечение красной линии, неуважение к безопасности и благополучию человека, и его терпеть нельзя. Вы просто уходите из той ситуации.
Вот еще несколько примеров высказываний для обозначения границы, которые вполне подойдут для вашего арсенала.
• Это причиняет мне боль, я не собираюсь сейчас это слушать.
• Мне жаль, что ты счел нужным сказать мне это, но сейчас мне надо идти.
• Интересное замечание. (Или просто: «Как интересно!»)
• Мне это не нравится.
• Для меня это некомфортно.
• Мне это не подходит.
47-летней Дарлин было трудно установить границы со своим отцом-нарциссом, но в конце концов ей это удалось. Вот как это у нее получилось:
Я поняла, что очень боюсь папу. Он использовал ярость, чтобы выбить меня из колеи, а затем заставлял почувствовать себя очень виноватой, если я делала все не точно так, как он потребовал. Мне пришлось серьезно поработать, чтобы преодолеть страх. Когда я поняла, что он уже никогда не изменится, то начала обозначать границы и почувствовала новое ощущение свободы. Теперь я просто спокойно говорю, что буду делать, а что нет, а его реакция — уже его проблема, а не моя.
45-летнему Милтону было жалко всех, кроме себя. Он всегда понимал, что происходит у других людей в эмоциональном плане, и не хотел все еще сильнее усугублять, сказав, что больше не хочет вести себя определенным образом или что-то делать. Иными словами, он не мог заставить себя обозначить здоровые границы для своей нарциссической семьи, потому что застрял в привычной роли созависимого «опекуна». Когда мы обсудили эту динамику, Милтон рассказал мне следующее:
Когда я рос, я усвоил, что мои потребности не важны. Я нужен только для того, чтобы заботиться обо всех остальных. Моя мать-нарцисс ясно дала мне понять, что я должен заботиться о младшем брате, о ней и о моем отце-потакателе. Я должен был быть сильным. После того как я понял, что такое созависимость и насколько это нездоровое явление, я осознал, что можно установить границы. Теперь я могу постоять за себя и стал совсем другим человеком.
Как мы уже не раз обсуждали, в нарциссической семье мы узнаем неправильное определение любви. Для ребенка родителей-нарциссов любовь означает либо «что я могу сделать для тебя», либо «что ты можешь сделать для меня». Это неправильное определение ложится в основу зависимых и созависимых отношений. Подробнее мы обсудим это в следующей главе, но сейчас достаточно знать, что, когда вы разорвете созависимые отношения и обозначите границы, вы можете почувствовать, словно отказались кого-то любить. Но это лишь потому, что вы в нарциссической семье узнали неверное определение любви.
Темы и вопросы для дневника: обозначение границ
• Напишите, что вам мешает обозначить собственные границы.
• Напишите, из-за чего вы боитесь обозначать границы в семье.
• Напишите, какие трудности испытываете с обозначением границ в семье.
• Напишите, кому из вашей семьи труднее всего соблюдать границы и почему.
• Пытается ли кто-то заставить вас почувствовать себя виноватыми после того, как вы установите границы? Напишите об этом.
• Вы знаете кого-нибудь, кто обозначил очень четкие границы? Расскажите, почему вы их соблюдаете.
• Чувствуете ли вы себя виноватыми, когда обозначаете границы? Напишите об этом.
• Запишите утверждения, которые помогли вам обозначить границы.
• Похвалите себя за освоение нового навыка обозначения границ.
Что делать с прощением
Как часто мы слышим, что надо «простить и забыть»? Что, если мы не прощаем другого, значит, мы плохие люди? Но некоторые думают, что простить — значит позволить обидчику или преступнику сорваться с крючка.
Я считаю, что, если ситуация связана с насилием, простить — значит отпустить внутри себя. Не отпустить обидчика с крючка, а отпустить мстительный гнев внутри себя, чтобы он не пожирал вас изнутри. Когда вам удастся отпустить чувства и простить родителя-нарцисса или другого члена семьи за то, что они с вами плохо обращались, именно вы почувствуете себя лучше.
Льюис Смедес, профессор богословия и этики и автор книги «Стыд и милосердие», выразился так:
Первый, а иногда и единственный человек, которого исцеляет прощение, — это тот, кто прощает… Когда мы искренне прощаем, мы отпускаем на свободу заключенного, а потом обнаруживаем, что он — это мы сами[27].
Мы можем действительно хотеть отказаться от обиды и гнева на родителя-нарцисса, но простить его порой непросто, потому что он обычно не признает ответственности за свое абьюзивное поведение. Он в принципе не считает, что неправильно вас воспитывал и вел себя с вами. Если кто-то искренне раскаивается в своем поведении, его, очевидно, простить легко; но искреннее раскаяние и признание ответственности (ключ к крепкому душевному здоровью) — редкое явление среди нарциссов. Как же нам их прощать?
Друзья и родственники часто говорят нам что-то вроде: «Оставь прошлое прошлому, забудь уже об этом», но на самом деле это не так просто, особенно если связано с детскими травмами. Мы знаем, что ответ на вопрос выше — проработка
