— А как же Пленум? — поинтересовался Сергей, — все, вроде как, не заметили битвы благодаря гипнозу.
— Во-первых. Зная хитрость граксов, я более чем уверен, что они напали бы снова. Лишний раз рисковать жизнью Василия нам очень не хотелось. А во-вторых, пять трупов в красных балахонах не наведут службу безопасности на приятные мысли. Пленум отменили. Василию по телефону объяснили, что "из-за технических проблем". Судя по всему, свидетелей было немного. КГБ не придётся сильно стараться, чтобы держать всё это в секрете.
Сейна и Сергей стояли, молча кивая на произносимую Астресом речь.
— И ещё. Мы воспользовались той связкой ключей, которую достал Дин, когда ещё обеспечивал Юрию легенду в ЦК. Теперь она пригодилась и Василию.
— Да, я помню, — улыбнувшись, кивнула Сейна.
— Ну что ж! Пора бы вас познакомить с нашим героем!
Астерс решительно встал и открыл с первого взгляда не выделявшуюся на фоне стены дверь. Все трое оказались в просторной комнате, уставленной обычной русской мебелью, которая могла даже показаться в какой-то степени деревенской. Серванты с посудой, шкафы с одеждой, кресла и диваны плотно облепили её периметр. Посередине важно стоял круглый стол, за которым, подперев рукой щёку, сидел Василий. До сих пор не расставшийся с пиджаком, он производил весьма внушительный вид, несмотря на всю свою худобу.
— Вот он! — церемониально показал Астерс на Василия, — храбрый землянин, без которого мы бы не справились!
— Не стоит так пафосно, Астерс, — тихо и спокойно проговорил тот, встав из-за стола и оправив пиджак, — я всего лишь сделал то, что от меня требовали обстоятельства. Не более.
— Как скажешь. В общем, знакомься. Воспитавшая множество солдат Айсерии, и меня в том числе, Сейна.
— Очень приятно, — учтиво поклонился Василий своей новой знакомой.
— А это первый землянин, побывавший на луне – Сергей Галынин.
— Я бесконечно рад нашему знакомству! — воскликнул Василий. — Юрий столько мне про всех вас рассказывал…
— В общем, у вас будет время, чтобы наговориться, — оборвал его Астерс. Он положил руки на плечи Сейне и Сергею, и напряжённо проговорил:
— Я срочно должен отправиться на старый Арбат. Вверяю его безопасность вам. Желаю удачи.
И, погрузившись в прозрачную телепортационную капсулу, Астерс исчез.
Глава 19. Попытка номер два.
Вы когда-нибудь видели советский Арбат? Если да, то, без сомнения, поймёте, что сейчас его когда-то милые простому человеку черты тают на глазах. Ведь тогда он ещё не пестрел разноцветными вывесками многочисленных баров и ресторанов, словно сирены зазывающими к себе клиентов, чтобы за чашечку кофе вытрясти из них сумму, на которую скромный москвич сможет прожить несколько дней. Не было пешеходной мостовой, усыпанной уличными музыкантами и художниками, пытающимися любым способом вырвать хоть какую-нибудь звонкую монету из каждого прохожего. Вместо всего этого капиталистического хаоса глазу пешехода открывались старинные, но оживлённые умелой рукой реставратора дома. Из их окон прямо на заснеженную улицу выливался приятный жёлтый цвет. А многочисленные переулки были хоть и тёмными, но от этого нисколько не страшными. Ведь как можно ощущать страх, находясь на улице, по которой в кремль ещё каких-то два десятка лет назад ездил сам товарищ Сталин?
Таким Арбат не переставал быть и в предновогодний вечер тридцать первого декабря 1970-го года. Атмосфера ожидания праздника добавила этому месту ещё больше добрых и тёплых красок, особенно потому, что оно как никогда наполнилось красивыми, добрыми и жизнерадостными советскими людьми.
Зен и Астерс стояли недалеко от Министерства иностранных дел и с улыбкой наблюдали милую картину. Одеты они были немного не по сезону. Чёрные кожаные плащи свисали до колен, а серые шляпы и вовсе делали их похожими на иностранцев, забывших о том, в какой стране они находятся. Но, несмотря на это, вид у обоих был бодрый, и ни один из них даже не думал показывать, что ему холодно.
— Да, — кивал головой Астерс, — вот, честно, я бы никогда до такого не додумался. Зен, ну ты только представь: так широко отмечать то, что планета сделала ещё один оборот вокруг своей звезды.
— Астерс, у них не так много поводов для радости, как ты думаешь. Дай им повеселиться, в конце концов, — улыбнулся Зен.
— Не знаю… По-моему, это глупо. Они бы ещё каждый новый оборот планеты вокруг своей оси отмечали…
— Фелестимляне так и делают кстати, — усмехнулся Зен.
— Ну, у них нравы покруче будут, чем у землян. Ты ещё трицепенян вспомни.
— Где же Юрий, а? — внезапно соскочил с темы Зен, — на полчаса уже опаздывает.
— Наверняка бороду подбривает. У него ж теперь своя.
— Да, своя, — раздался позади голос Юрия, и двое друзей почувствовали на своих плечах мощный хлопок. Они обернулись и увидели позади себя того, кого уже так долго ждали. Как сказал до этого Астерс, на его лице красовались уже не приклеенные, а самые настоящие усы и борода, которую он довольно почёсывал. — Тепло с ней. Зря вы тоже не отрастите.
— Эх. Я бы с удовольствием, да Сейна этого не любит, — посетовал Зен.
— Ладно, говори, что тебе удалось перехватить? — перешёл непосредственно к делу Астерс.
— Так, — Юрий огляделся и перешёл на полушёпот, — повтори ещё раз частоту, на которой работает мозг Кристаса.
— Семнадцать тысяч восемьсот шестьдесят три целых, пятьдесят пять сотых герца.
— Отлично, значит я не ошибся. Он сказал кому-то из своих подчинённых, что проследует в сторону центра по проспекту Калинина и встретится с ним на "обозначенном месте".
— Всё верно. Я услышал то же самое, — кивнул Астерс, заложив руки за спину.
— Что за "обозначенное место"? — спросил у всех Зен.
— Как раз это нам и предстоит выяснить, товарищи, — подвёл итог Юрий, — предлагаю сейчас же рассредоточиться и выйти на проспект Калинина тремя разными путями. Кто-нибудь из нас, я думаю, всё-таки, наткнётся на этого, как его…
— Кристаса, — напомнил Юрию Зен. — Пора направляться. Будьте все на связи. Кто первым увидит его, немедленно сообщает остальным.
Трое товарищей кивнули друг другу и разошлись в разные стороны.
Зен направлялся к станции метро "Смоленская". Закрыв глаза, он стал прощупывать частоту, которую не выпускал из своей памяти с тех самых пор, как увидел её, второпях написанной Астерсом на листе. Шаг за шагом приближаясь к проспекту Калинина, он не наблюдал никаких изменений – только телепатический фон неприятно жужжал у него в голове. Холодный ветер подул в лицо, вынудив Зена поднять воротник и спрятать в нём свой нос. "Да, — подумал он, — природа, как всегда, права. Она снова напоминает мне то, о чём я должен помнить сам. Скрыть лицо от посторонних взглядов не мешало бы".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
