открывать не спешу.
— Я буду в тренировочном зале, — доносится приглушенный голос Марата.
— Хорошо.
По ту сторону слышатся его тяжелые шаги. Хлопает дверь. После раздается писк электронного замка.
* * *
Когда я возвращаюсь в номер, она уже спит. Или притворяется? Застыла на самом краю кровати. Не слишком удобная поза. И блять, чего она боится? Думает, я на нее прямо сейчас наброшусь? Совсем за зверюгу держит?
Обхожу кровать. Приглядываюсь.
Нет. Вика реально спит. Как в самолете, так и тут полностью отключилась. Дыхание ровное. Ресницы подрагивают.
Что ей снится? Гребаный муженек?
Кулаки сжимаются. Ярость внутри поднимается, будто на волю гнев не выпускал, не молотил боксерскую грушу и не тягал гантели. Гнев душит. Но взгляд залипает на ней. На тонком профиле, на пухлых губах, на разметавшихся по подушке волосах. И меня постепенно отпускает.
Пальцы сами собой разжимаются. Ладонь тянется к ней. Но я отдергиваю руку в последний момент.
Нельзя. Пусть отдыхает.
Отправляюсь в душ. Врубаю воду. Встаю под ледяные струи.
Мысленно прокручиваю план. По пунктам. Прикидываю, что можно было бы провернуть иначе, что улучшить, но ни черта не приходит на ум.
Весь расчет на череду случайностей и догадок. Хуево. Только других вариантов точно не светит.
Факты, которые удалось раскопать, выглядели противоречиво. Альтен одно из самых закрытых государств. Даже порядки и традиции моей родины казались куда проще. И главное всегда можно найти подходящего стукача. А тут — ни черта не выбить.
Конечно, у меня свои методы. Кого угодно говорить заставлю. Но главные секреты знают только в ближнем кругу Хагена. Пропажу министра или советника быстро бы заметили. Больше времени ушло на выбор подходящего кандидата, чем на сам разговор по душам.
Фрагменты собирались в одну картину. Теперь многое открывалось под абсолютно другим углом. Бредни Дипломата воспринимались иначе. Не зря этот скользкий латинос подкладывал мне книги про Скандинавию и берсерков. Готовил давно.
Древние правители Альтена были одержимы тайной берсерков еще сильнее, чем мой отец. Считалось, полную власть над государством может получить только тот король, который обладает этим особым даром, покажет его на боле боя, поведет войско за собой, готовый биться насмерть.
Я мало интересовался другими странами. Плевать мне хотелось на их порядки. Поэтому тот факт, что между севером и югом протянулась такая мощная связь, поражал.
Я нашел общее там, где совсем этого не ждал.
Удалось выяснить, что в роду Хагена берсерки появлялись через поколение, причем дар открывался далеко не у каждого из мужчин. Постепенно сила крови слабела. Чем больше лет проходило, тем меньше берсерков рождалось. Требовалось уже три или четыре поколения, и только один из наследников мог открыть особый талант.
Прошлый правитель Альтена опасался, что дар совсем угаснет. Сам он не сумел пробудить берсерка, как не сумели это сделать его отец, дед и прадед.
Четыре пустых поколения — предел. Риг Хаген мог оказаться пятым. Как и его брат Мортон. Ни один из близнецов не проявил талант. Тогда их отец решил пойти на крайние методы.
Мой проклятый папаша до такого не дошел. Хотя там и мотивация была слишком разная.
Отец собирался использовать дар берсерка в самом прямом смысле. Он желал заполучить самых лучших бойцов. Для войны, для рядовых разборок. Когда Джон отказался и покинул семью, отец потерял хорошего солдата. Прошло время и он нашел замену. Во мне. В других сыновьях.
Правитель Альтена мог потерять больше. Древние традиции Скандинавии подразумевали, что абсолютную власть возьмет только берсерк.
Тут и начиналась самая мутная тема.
Официально король Альтена мало на что мог повлиять. Жители страны были уверены, что все решает парламент, который они сами выбирают. Титул короля — просто дань славному прошлому.
Но в реальности именно король управлял страной. Члены парламента сборище его послушных марионеток, и если у кого-то из них возникала иллюзия собственной значимости, его моментально сметали с шахматной доски.
Я так и не понял, какой еще власти здесь не хватало. Хаген целиком и полностью управлял своей страной. Он входил в Северный Альянс сильнейших государств. Его голос был одним из решающих на любом их собрании. Единственное “нет” могло наложить вето на любое из предложений. Именно Хаген диктовал условия.
И все же на самый верх его не пускали.
Джон вскрыл все облачные хранилища, но так ни черта и не обнаружил. Похоже, такую информацию никто не оцифровывал.
Блядь. Абсолютная власть. Что это значит для того, у кого и так есть все рычаги воздействия?
По ходу что-то очень серьезное, раз у прошлого правителя Альтена напрочь сорвало башню, и он решил проводить эксперименты над собственным сыном.
В нашем роду пацанов отправляли на обучение. С детства. Но одно дело тренироваться, закалять тело и волю, и совсем другое — терпеть пытки.
Отец Хагена боялся, что его семья потеряет влияние. Слишком много поколений в семье не появлялось берсерков. Абсолютная власть ускользала.
Он выбрал того сына, в котором видел искры дара. Решил использовать любые методы для пробуждения берсерка. Для развития таланта.
Явно просчитался. Воспитал маньяка.
Вряд ли я тот, кто должен судить про чужую психику. Сам херово себя контролирую. Грохнул родного отца. На мне хватает грехов. Но блять, то, что наворотил Хаген, — гребаный предел.
Хотя нет ничего странного в том, как сильно он ебанулся от жестких методов своего папаши. Считается, что берсерк отзывается на ярость, на боль. Поэтому этого “добра” король для своего наследника не жалел. Он использовал врачей, которые тщательно контролировали состояние пацана. Ему вводили различные препараты, пропускали через его тело электрический ток. Но результата не было.
Трудно сказать, скрывался ли в нем берсерк. Возможно, окажись Хаген со мной на Севере, в нем бы открылся дар. А возможно, там открываться было нечему.
Теперь это не важно. Пацан напрочь долбанулся. Наворотил такого дерьма, что его папаша крепко пожалел обо всех своих экспериментах.
Тогда он и обратился к Дипломату. Хотел, чтобы тот прочистил сыну
