да ещё и с такой живостью, словно происходящее действительно доставляло им удовольствие. Сделав ещё глоток виски, он в тысячный раз за вечер не удержался и взглянул на Кристину – человека, напротив него.
Она закончила что-то писать и скорость её реакции не на шутку поразила его. То есть, мало того, что она действительно нашла эту детскую затею заманчивой, так ещё и секунды не мешкая, просто взяла и написала то, что желала получить от него здесь и сейчас! Уже сама мысль о том, что она от него чего-то хотела, взбудоражила сознание. Почему-то первые предположения оказались самыми смелыми и откровенными в своем содержании.
Что именно она написала?
Попросила исчезнуть из их с Ромой жизни?
Смириться с тем, что они и дальше будут жить в Стамбуле?
Стать воскресным папой?
Закрыв конверт, Кристина осторожно опустила его на стол, подняла бокал с шампанским, но на полсекунды задержала его у манящих губ. Задумалась, продолжительно моргнула и сделала пару глотков, словно ещё и в уме повторила свое желание. Её взгляд избегал встречи с ним, напряженно курсировал по столу, по лицам присутствующих. Откровенно наблюдая за ней, Кристиан, не задумываясь, взял свой конверт и достал карточку. Когда его пальцы коснулись шариковой ручки, блестящие глаза напротив уставились на него в немом ожидании…
В его ушах затрещала рвущаяся ткань её элегантного платья; синие чернила сделали первый завиток на плотной белой карточке. Кристина смотрела на него в молчаливом ожидании, казалось, она даже опешила от действий мужчины напротив нее. Неужели была уверена, что ему ничего от нее не нужно? Что он бы и не связывался с ней, не будь между ними ребенок?
Опять ребенок.
Снова ребенок.
«Всё, что тебя волнует и заботит, Кристиан, это ребенок!» – раздался её голосок из прошлого.
– Не торопитесь, – нашептывал голос ведущего. – Подумайте хорошенько, чего вы хотите здесь и сейчас от человека, сидящего напротив вас.
«Я испугалась слепо влюбиться в человека, который видел во мне только ходячую матку с плодом!»
Взгляд синих глаз на мгновение потеплел, отозвавшись в мужской груди легким покалыванием. Веки медленно опустились, веер длинных ресниц коснулся сверкающей бархатной кожи…
Написав несколько слов, Кристиан поместил карточку в конверт.
20
Удостоверившись, что все гости выполнили простецкое задание, ведущий позволил обменяться конвертами и тут же объявил об очередном музыкальном перерыве.
– Не забываем, что конверт, врученный вам, нельзя открывать без моего объявления! А теперь – танцы, дамы и господа!
Освещение восстановилось, правда, не в полную силу. Гости покидали свои места, вручали друг другу конверты с желаниями и выходили на танцпол – небольшая часть огромного зала, над которым с высокого потолка свисали невидимые нити с блестящими кристаллами и крошечными огоньками. На сцену вернулся популярный поп-певец с зажигательным хитом, но заманить на танец удалось лишь малую часть мужчин. Кто-то прильнул к барной стойке, кто-то пожелал выйти на улицу, а кому-то хотелось просто посидеть в одиночестве на одном из множества помпезных кресел с золотыми подлокотниками и молча наблюдать за происходящим. Как и обещала Агата Пражская, мероприятие исключало всякое присутствие фотографов и представителей СМИ.
Влад обменялся конвертами с яркой брюнеткой, которая весь вечер мялась, как губка, под боком у Кристиана. Небось, какая-нибудь внучка старой подруги Агаты Николаевны, которая отчаянно искала себе богатого мужа. Бабушка наверняка сидела за старческим столиком, а любимая внучка в кругу привлекательных холостяков.
К Кристиану подошел приятный на вид мужчина, протянул ему руку в знак приветствия и вынудил покинуть стол, почему-то задержав на Кристине улыбчиво-извиняющийся взгляд. Ей-то что?
«Слава богу, – выдохнула она с облегчением и пригубила шампанское. – Хоть дышать станет полегче».
Они направились к бару, что-то увлеченно обсуждая по пути. Помимо Кристины за столом осталась блондинка в ярко-розовом шелковом платье, больше напоминающем ночную сорочку и её «человек напротив» – рыжеволосый улыбчивый паренек, которому совершенно не шел бледно-лиловый костюм. Очевидно, что блондиночка осталась не слишком довольна своей парой, в то время как жгучий молодой красавец сиял от счастья.
– Забавная игра, не находишь? – вернулся Влад к столу. В его руках был конверт от брюнетки, который он положил под свою тарелку. – Она явно хотела вручить его не мне. Сваха из Агаты Николаевны – никакая. Только ей не говори.
– Навряд ли я смогу промолчать, – улыбнулась Кристина. – Задумка и правда хорошая, но из-за непродуманной рассадки гостей, эта невинная игра теряет всякий смысл. – Устав от пристального взгляда молодого рыжего кота, блондинка схватила свою сумочку и скрылась в том же направлении, что и брюнетка минуту назад. – Сваха из нее и впрямь никакая. Надеюсь, ей хотя бы удалось удовлетворить собственные интересы.
– О чем это ты?
Бросив взгляд на столик, за которым сидел мистер Уотсон, Кристина загадочно ухмыльнулась проискам хитрющей интриганки. Любопытно, что именно Агата Пражская написала своему «человеку напротив», которым «чудесным образом» оказался седоволосый англичанин.
– Так, не бери в голову, – вздохнула она и потянулась за своим конвертом, чтобы спрятать его в свою сумочку. – Что ж, мне пора уезжать.
– Как же это? – удивился Влад. – Вечер в самом разгаре!
– И каким бы прекрасным он не был, у меня есть то, что и в подметки ему не годится, – заговорщически прошептала она в ответ. – Рада была встретиться с тобой. По возможности, передавай от меня привет Алине. Мне правда очень жаль, что между нами возникла пропасть… Я очень дорожила нашей дружбой и, признаться честно, мне до сих пор неизвестно, почему вдруг она перестала выходить на связь со мной. Но я счастлива, что у нее всё хорошо. Это главное.
– А ты? – вдруг спросил Глеб, когда Кристина открыла сверкающий клатч, а её рука с конвертом так и зависла над ним. – Всё это время говорил только я, а ты так и не рассказала, как поживаешь. Ты счастлива, Кристина?
– Очень, – ответила она, ни секунды не мешкая. И хотя вопрос носил слишком личный характер, ибо явно подразумевал её семейное положение, Кристина ничуть не смутилась. – Человек – кузнец своего счастья. И это, как нельзя точно описывает мое состояние сейчас.
Слишком уклончивый ответ, очевидно, не утолил мужского любопытства. Но, как только зазвучала приятная и медленная мелодия, невидимая лампочка над головой Глеба так и заискрила…
– Могу ли я попросить тебя о…
– Это принадлежит мне, – раздался низкий мужской голос за спиной Кристины, а рука, легонько задевшая её плечо, ловко выхватила у нее конверт.
Опешив, Кристина поднялась со стула, выронив клатч. Спрятав конверт с её желанием во внутренний карман черного пиджака,
