так и замерла, задумчиво глядя куда-то в пустоту. Детский смех уже поглотили бесшумные дверцы лифта, но стойкий мужской парфюм всё ещё врезался в нос и оседал дурманящей пыльцой в мозгу.
– И долго ты так стоять собираешься? – поинтересовалась Натали, проходя мимо. – Кофе успеем выпить или ты уже собираешься уезжать?
– Успеем, – задумчиво произнесла Кристина. – Я никуда не тороплюсь.
Захлопнув дверь, Кристина направилась к обеденному столу, в центре которого стояла большая прозрачная ваза с красивыми нежно-розовыми розами. Не будь её мысли атакованы событиями прошлого вечера, она бы точно поинтересовалась, от кого в их дом пожаловал столь роскошный букет.
– И что было дальше? – возобновила Натали их разговор, который был вынужден прерваться с появлением Кристиана. – Вы потанцевали, и ты уехала?
– Да, – опрометчиво ответила Кристина, но тут же исправилась, – то есть нет. Кристиан тоже уехал.
– Вот как! – усмехнулась Натали и сделала маленький глоток горячего кофе. – Следом за тобой!
– Нет. Вместе со мной.
– Так-так-так.
– Ничего такого! – укоризненно посмотрела на нее Кристина. Впрочем, в какой-то степени с этим возражением можно было и поспорить. – Никто из нас не собирается тратить личное время на беседы, поэтому мы решили обговорить основные вопросы по дороге домой. Вот и всё.
Натали сдержанно вздохнула и обвела кухню недоверчивым и терпеливым взглядом.
– И что же вы обсуждали?
– Маму Кристиана. То есть, бабушку Ромы.
– Я поняла! – засмеялась Натали, внимательно наблюдая за рассеянной девушкой.
– Она ещё не знает, что у нее есть внук, и сегодня Кристиан сообщит ей эту новость.
– А когда вы планируете поговорить с Ромой? Он вчера весь вечер только о Кристиане и говорил. Даже во сне его имя бормотал, представляешь? Мне кажется, я ещё никогда не видела его таким счастливым.
– Пока сложно подобрать правильные слова и момент для откровений. Кристиан сам определит, когда будет лучше это сделать.
– Количество дней, проведенных с сыном, можно посчитать на пальцах одной руки, – усмехнулась Натали. – Его можно понять. Но я уверена, чем больше они проведут времени друг с другом, тем сильнее укрепится их связь, и Рома завопит от счастья, когда узнает, что Кристиан тот, кого он так долго ждал.
– Надеюсь на это, – сдержанно вздохнула Кристина и необдуманно взглянула на собеседницу откровенно неспокойным взглядом. – А ещё, – тут же спохватилась она оживленно, – он беспокоится о том, что о нас с Ромой будут появляться… сплетни.
– Учитывая, что Кристиан по сей день интересен публике, а не так давно вы оба стали героями настоящей сенсации, это вполне разумное беспокойство. Когда люди скрывают свою личную жизнь от посторонних, тем ничего не остается кроме, как выдумывать небылицы.
– К сожалению, это правда.
«Всё могло быть иначе, не будь мы так молчаливы друг с другом» – раздался приглушенный мужской голос в её голове.
– Так и к чему вы в итоге пришли? – спросила Натали, выхватив Кристину из недалекого прошлого. – Я имею в виду дальнейшее развитие событий. Вы с Ромой живете в Турции, Кристиан в России…
«Я просто смотрел на тебя и осознавал, насколько неправильными были мои поступки в прошлом».
– Кристина?
– Мм? – захлопала она глазами.
– Я спрашиваю, вам уже удалось хотя бы немного затронуть тему проживания в разных странах? Это серьезный вопрос, который, на мой взгляд, требует немедленного решения. Рома ведь только-только пошел в первый класс…
Голос Натали слишком быстро превратился в ненавязчивое и приглушенное щебетание.
Так и к чему же они в итоге пришли? О чем говорили на протяжении бесконечного пути, вдруг оборвавшегося в самый неподходящий момент?
Сделав пару глотков остывшего кофе, Кристина изобразила понимающую улыбку, согласно кивнула, будто подписывалась под каждым сказанным словом Натали, хотя на деле ни одного толком не расслышала, и позволила себе ещё раз вспомнить самую интересную часть вчерашнего вечера от и до, чтобы чуть позже озвучить Натали свои мысли и предположения.
Кристина
К сожалению, хозяин микроавтобуса занимает сиденье напротив меня, а не рядом.
К сожалению.
– Что-то не так? – спрашивает.
– Что именно?
– Кажется, ты расстроилась. Хочешь поменяться местами?
Очень хочу. Я и без того весь вечер плавилась под его внимательным взглядом.
– С чего бы? – изображаю абсолютное спокойствие. – Здесь удобно везде одинаково.
И зачем я согласилась продлить этот и без того бесконечный вечер? Одно дело изображать невозмутимость на внушительном расстоянии от источника жара, как это было за столом, и совсем другое в салоне автомобиля, когда ещё чуть-чуть и моя правая нога, заброшенная на левую, легонько коснется черной ткани мужских брюк.
– Выпьешь чего-нибудь?
– Нет, благодарю.
Автомобиль трогается с места. Кристиан снимает пальто и кладет его на соседнее сиденье. Поправив воротник черной рубашки и расправив пиджак, он усаживается поудобнее, словно впереди его ждут серьезные переговоры. Взглянув на меня, Кристиан спрашивает… Что он спрашивает? Его губы шевелятся. Мышцы лица напрягаются – мм, как завораживает. В моем животе лопаются мыльные пузыри, в одно мгновение становится душно. Он ждет от меня ответа, не сводит смеющихся глаз.
– Собираешься продолжать в том же духе? – теперь слышу я четко.
– Что именно?
– Делать вид, что меня не существует. Демонстрировать спокойствие, когда внутри тебя так и пылает пламя, – усмехаются мужские губы. И пока мое тело только-только собирается окаменеть от ужаса разоблачения, Кристиан спешит добавить: – Неприязни, разумеется. Ну, или что-то вроде того.
– Ты хотел поговорить, – напоминаю деловым тоном. – Не будем терять зря времени. Чем я могу тебе помочь в разговоре с твоей мамой?
Задержав на мне проникновенный взгляд, касающийся самого сердца, Кристиан вдруг усмехается и отрицательно качает головой. До чего же обаятельной может быть мужская улыбка. Его улыбка. Я скучала по ней, тосковала, мечтала увидеть во снах.
– Ничем, – отвечает Кристиан. – Я просто сообщу важную новость, а то, как она отнесется к ней – её личное дело. Поговорить я хотел о другом. О тебе.
В районе солнечного сплетения вспыхивает фейерверк. Мои глаза отказываются повиноваться, смотрят ошеломленно прямо перед собой на мужчину, чей голос играет не только на моих нервах.
– Когда я узнал о Роме, когда понял, что ты с такой легкостью обвела меня вокруг пальца, уехала заграницу и спрятала от меня родного сына… я хотел убить тебя. Мне и сейчас страшно осознавать, что не будь той встречи на аукционе в Швейцарии, я бы до сих пор ничего о нем не знал. До определенного момента я позволял злости и ненависти по отношению к тебе контролировать свой разум, потому что только так не существовало необходимости понять причины твоего поступка. Я не хотел этого делать, потому что был уверен, что в
