Лика.
Тоже неплохо!
— Разве её отец не…
— Нет, не Рифан, и он об этом знает, — кивнула Марианетта.
— Тогда почему её не сделать наследницей?
— Бастарда? Девушку, чья мать была алкоголичкой? Боюсь, слишком много нюансов может появиться позже, Грант. Даже сейчас видно, что она не сильно годна на роль наследницы, и этим могут потом воспользоваться. Уже поздно что-то в ней менять. Поверь мне, нам нужен наследник, что хранит прямую кровь семьи охотников Барбинери, но с чистой историей. Я защищаю и люблю Лику, но ей не стать наследницей.
— Я понял. Мне надо подумать, хорошо?
Чего думать⁈ Это же ради Империи! Ты что, не готов отдать всё, что у тебя есть, ради Империи, предатель⁈
— Первый раз вижу человека, который так сомневается, — заметила с улыбкой Марианетта. — Надеюсь, у тебя нет никаких проблем с этим?
— Нет, — тут же ответил я. — Просто моральные принципы.
Или обоснованный страх.
Я не боялся секса, пусть и не имел в нём опыта. Если надо, то надо, вопрос здесь не стоял. Не стоял до последних пор, пока во мне не завелась ересь.
Меня терзает вопрос, почему она так хочет секса? Просто потому что разврат — это часть любой ереси и хаоса? Или потому что это частично развяжет ей каким-нибудь образом руки и усилит контроль над моим телом? Я могу переспать с кем угодно, это не проблема, но каковы будут последствия?
— А Грог не подойдёт?
Решил подставить жопу друга?
— Грог хороший кандидат, его ребёнок будет явно сильным. Но я верю, что от родителей ребёнку передаётся также и интеллект. А ты выглядишь умным юношей, Грант, — прояснила она ситуацию с улыбкой.
— Но почему именно сейчас, а не раньше?
— Потому что теперь у меня есть гарантия, что меня защитят вместе с приёмным ребёнком и, по совместительству, наследником. И никто ещё раз не придёт, чтобы окончательно обрубить наш род.
— Тогда, я думаю, что мы можем отложить этот вопрос. В ближайшее время я не собираюсь вас покидать, а значит, как у вас, так и у меня есть время всё обдумать.
— Как скажешь, Грант, — не стала спорить она.
За окном к этому моменту уже восходило солнце. Вернее, начинала светить мягким светом туманность, создавая иллюзию восхода. Она переходила из тёмно-синего в фиолетовы, а оттуда в оранжевый и жёлтый, создавая красивый и плавный перелив света.
Но красоту и спокойствие этого утра разрушил Грог, который ворвался в комнату твёрдым шагом без стука. По его целеустремлённому лицу я понял, что вчерашний день для нас ещё продолжается. Марианетта тоже обернулась к нему, когда я был уже на ногах. Тот на неё даже не взглянул.
— Местные сообщили, что вокруг бродят неизвестные.
— Люди? — сразу уточнил я.
— Люди. Они приехали, огляделись и уехали. Проехали мимо ворот, заглянув на территорию, но быстро убрались, едва к ним попытались подойти.
— Люди Смотрящего, — понял я.
— Смотрящий? — повторила за мной Марианетта, но мы не обратили на неё внимания.
— Грог, собирайся, — направился я к выходу. — Если они приехали в деревню, то точно где-то рядом. Или ждут, пока мы двинемся обратно, или готовятся к штурму. Мы ударим первыми.
— Я понял, — с готовностью кивнул он, следуя за мной.
Мы вышли в коридор и сразу спустились вниз на улицу, откуда направились к ангарам.
В этот раз я помогу Грогу правильно одеть активную броню, поэтому сейчас проблем с противником возникнуть не должно. Но с визитом людей Смотрящего нам самим придётся немного поторопиться и вернуться в город, чтобы не дать ему опомниться. А ещё следует передать послание Крансельвадским, чтобы они поняли, с кем можно, а с кем не стоит связываться.
Планов много, времени мало.
— Но без градомёта, нам нужно беречь патроны, — сразу предупредил я, когда мы вошли внутрь.
— Пистолет? — он имел в виду градомёт пистолетного типа. Меньше скорострельность, меньше боезапас, зато можно стрелять без особых проблем с одной руки.
— Его можешь взять, но стреляй в крайнем случае. Нам надо решить вопрос, как достать патроны для них, а до этого будем экономить как можем. Поэтому сейчас работаешь пороховыми.
— У меня есть нож, — вместо этого ответил Грог.
— Или так, — согласился я, уже понимая, что нам придётся потом отмывать активную броню.
С другой стороны, пусть немного разомнётся, ему будет полезно.
Глава 55
Марианетта в полном одиночестве наблюдала за рассветом.
Скоро прольётся кровь, много крови, она это знала. И ей было неспокойно. Прожив столько лет в забвении после разрушительной войны, единственное, чего ей хотелось — это просто спокойно дожить свои дни в одиночестве. Ей не нужна была ни власть, ни деньги, достаточно того, что её никто не трогал, давая насладиться забвением.
А теперь всё закрутилось с новой силой, напоминая старые дни, когда ты не мог точно сказать, проживёшь завтрашний день или нет. Вместо отдыха и забвения теперь она была обязана вновь крутиться и вертеться, чтобы выполнять свои обязанности перед семьёй и людьми дома. В ближайшее время отдых ей будет только сниться…
Марианетта была интересным человеком. Пусть она не горела охотой этим заниматься, желая просто вернуть то спокойствие и размеренность, что царили в доме последние года, однако раз всё так сложилось, то и сидеть сложа руки Марианетта теперь не могла себе позволить. Раз выпал шанс, она была обязана им воспользоваться, чтобы вернуть семью к жизни.
Пусть шанс и выглядел очень странным и подозрительным.
Грант и Грог…
Марианетта почти сразу откинула мысль, что перед ней юнцы, которые решили стать хозяевами жизни. Бывали и такие, кто вдруг почувствовал себя слишком взрослым и умным, думая, что теперь весь мир вокруг него крутится.
Эти двое пусть и молоды, но в них не было ни напускной взрослости, ни показательной неотразимости. Они вызывали доверие своим спокойным рассудительным поведением, не пытаясь казаться чем-то большим, чем есть на самом деле. А ещё у них было оружие и явный опыт. Одним словом, сила, которой они не хвастали и не афишировали. А значит были куда опаснее, чем пытались казаться.
Особенно выделялся Грант. Сразу стало понятно, что из них двоих именно он принимает основные решения. Его друг был не более, чем грубой силой, в то время как от слова Гранта зависело абсолютно всё. И если надо начинать налаживать более тесные отношения, то начинать надо было именно с него.
Но была и загвоздка в этом всём — сам Грант. Он был непредсказуем, что Марианетту не устраивало.
Нет, у неё не было никакого желания управлять им, диктовать свои условия и так далее. Марианетта знала своё место в этой семье, и её всё вполне устраивало. Просто как бы не получилось, что сегодня он помогает семье Барбинери, защищает их, впутывая в опасные дела, а на следующий месяц решает, что они больше не нужны, и бросает на произвол судьбы. После случившегося без защиты их просто порвут в клочья.
Отсутствие гарантий Марианетту категорически не устраивало. Она защищала эту семью, она была хранительницей семейного очага, и была обязана позаботиться о безопасности. Поэтому она решила воспользоваться самым простым и проверенным способом, который пусть и не давал гарантии, но был лучше, чем совсем ничего.
Ребёнок.
Да, всё было очень просто. Возможно, это было единственным шансом привязать Гранта к семье и тем самым обезопаситься от предательства. Когда у тебя появляется свой собственный ребёнок, который связан с чужой семьёй, просто так бросить их на произвол судьбы уже не выйдет. По крайней мере, так она надеялась.
Коварно? Нет, просто это вопрос выживания. К тому же, в условиях новых обстоятельств наследник им был необходим, чтобы продолжить род.
Что касается претендентки, здесь Марианетта ни соврала ни разу. Та действительно была дочерью её покойного мужа. Лика была действительно бастардом, девушкой красивой, открытой,
