завтраком, но вспомнила, что один из собравшихся — убийца и, скорее всего, вор, поэтому остереглась рассказывать про свое сокровище. Зато, стоило им закрыть дверь малой гостиной, как она тут же показала подарок Стрикленду и выслушала его поздравления... очень сдержанные, впрочем. Инспектор сейчас думал совсем о другом.
— Мисс Стэнли, — сказал он, когда они сели в кресла на почтительном расстоянии друг от друга. — Кажется, я по большей части уже восстановил картину преступления. Осталось выбрать из трех подозреваемых одного. И это как раз самое сложное.
— Я могу вам как-нибудь помочь? — спросила Джейн, заметив его тревогу.
— Пока не знаю, — ответил Стрикленд глядя в камин. — Похоже, мы имеем дело с двумя линиями преступлений. Насколько они пересекаются — этого я еще не понял. С одной стороны, мисс Герасимофф и ее… гхм... игра. Я поговорил с мистером Баррингтоном. О результатах сказать не могу, так как речь идет о государственной тайне, но, судя по всему, мисс Герасимофф надеялась получить от мистера Баррингтона определенные документы, а после — избавиться от сообщника, заодно подставив леди Макален. Все так, как я и предполагал. А для этого мисс Герасимофф шантажом заставила мистера Шекли подделать письма.
— И для этого Шекли приехал сюда? — удивилась Джейн. — Почему он не изготовил подделки в Ландерине?
— Полагаю, он явился в замок, чтобы выкрасть компромат у мисс Герасимофф. Притворился пьяным, а когда его оставили одного, устроил обыск. Но ничего не нашел, хотя, как вы помните, старался — все ящички туалетного столика исцарапал. Отчаявшись, ушел к себе. Уж не знаю, зачем он еще раз заявился в полночь. Думаю, принес документы, раз не удалось украсть записную книжку. И тут... фон Герасимофф мертва. А записная книжка непонятно где. И ее вполне могут найти, когда начнется неминуемое расследование. Шекли тут же сбежал и... вот такая незадача, — Стрикленд потянулся к поясу, где Джейн еще утром заметила чехол с подаренной ею трубкой, но потом одернул руку. — С Уилсоном, полагаю, история та же. Мисс Герасимофф держала его на коротком поводке. Наверняка он тоже делал для нее какую-нибудь грязную работу. Точнее узнаем позже. Я решил не пугать его раньше времени.
— А почему он не скрывал пропажу книги? — спросила Джейн, не понимая, что происходит и оттого тревожась все больше.
— С виду это обычная бухгалтерская книга. Да еще и довольно старая. Ну кто в ней будет разбираться? Мистер Грей потратил почти целый день, пытаясь понять, в чем там подвох. Я бы даже отдал ее Уилсону, но не хочу, чтобы с ценной уликой случилась какая-нибудь неприятность. Так что пусть выясняет отношения со слугами.
— Выходит, у нас только два подозреваемых? Мисс Чарминг и мистер Честертон? — спросила Джейн.
— К сожалению, нет, мисс Стэнли, — покачал головой Стрикленд. — И это как раз то, почему я хочу с вами поговорить.
— А кто же еще?
— Леди Макален.
— Вы шутите?! — возмутилась Джейн.
— Нисколько, — покачал головой Стрикленд. — Шекли подделывал документы. Но мы с вами можем только предполагать, действительно ли являются подделкой найденные вами письма. Государственные секреты — очень грязная вещь. Почти невозможно связаться с ними и не замарать руки. Соседство с поддельным письмом самоубийцы не означает, что и письма — подделка. У леди Макален вполне могли быть весомые мотивы убить мисс Герасимофф. И алиби на момент смерти у нее нет. А я тем временем, кажется, понял, как именно произошло это преступление, и если все так, то леди Макален среди подозреваемых. Боюсь вас расстроить, но по сути она единственная, кто имел и возможность, и мотив убить мисс Герасимофф, — он перевел взгляд с Джорджа на Джейн, потом вздохнул. — Отчасти поэтому я и не хотел, чтобы вы участвовали в расследовании. Мне тоже не хотелось бы верить в виновность леди Макален, но факты свидетельствуют против нее.
— Возможность?! — испугалась Джейн. — Какая возможность? Мисс Олдридж набрала миндаль в кладовой, в компании мистера Баррингтона дошла до комнаты мисс Герасимофф, отдала ей бонбоньерку, ушла спать. Каким образом леди Макален могла отравить миндаль?
— Она не травила миндаль, в этом-то все и дело, — Стрикленд капнул ногой. — Мы с вами видели то, что нам показал убийца. Каюсь, я так же, как и все сначала подумал, будто яд находился в миндале, и это однозначно указывало на мисс Олдридж, как отравительницу. Даже мистер Баррингтон вряд ли смог взять на себя вину. При всех моих сомнениях, мисс Олдридж неизбежно обвинили бы в убийстве.
— Так вы думаете, что... — Джейн замерла. А ведь с самого начала у нее была такая мысль!
— Очень уютное убийство. Так вы его назвали, мисс Стэнли? Почему?
Джейн вдруг показалось, что Стрикленд чем-то до крайности опечален, неужели он всерьез собирается обвинить тетушку в убийстве?!
— Потому что мисс Герасимофф казалась спящей, была укутана в плед, а в чашке на столике был налит глинтвейн. И запах... О, боже. Отравили все-таки глинтвейн, а миндаль бросили, чтобы обвинить мисс Олдридж?! — догадалась Джейн. — Но с чего вы взяли, что это сделала леди Макален?!
— Из-за призрака служанки, — ответил Стрикленд.
— Какого призрака? Вы серьезно?!
— Ну вы же не думаете, что это действительно был призрак? Давайте рассмотрим преступление по пунктам, — Стрикленд все-таки вытащил трубку и принялся крутить ее в руках. — В начале девятого мисс Герасимофф обвинила мисс Олдридж в том, что бумаги лежат не на месте. Далее ее отправили за орехами, но миндаля там не было, поэтому бедной компаньонке опять досталось. Потом мисс Олдридж отправили за глинтвейном, и что служилось?
— Мисс Герасимофф была недовольна тем, что глинтвейн холодный, и она плеснула им в лицо компаньонки, после чего та убежала.
— Именно этим мы с вами и объясняли лужу на ковре. Но чуть позже я задал мисс Олдридж еще один вопрос, и картина в корне поменялась. Эта леди утверждает, большая часть глинтвейна вылилась на ее платье. На пол попало не так
