— То что?
— Здесь больше Армекта, чем Дартана, — коротко, но ничем не выказывая неодобрения, ответил он. — Даже твои платья, княгиня, мало имеют общего с тем, что можно увидеть в столице.
— Мои платья? Почему?
— Как это почему? Они модные и прекрасно скроены, но его высочество заказал для тебя скорее армектанскую, чем дартанскую одежду, госпожа. Ни одна женщина в Роллайне не покажется с открытой грудью. Подобное платье, даже более откровенное, в Армекте вполне к лицу даже императрице или императорской дочери. Но в Дартане так одевают только Жемчужин Дома. Чтобы подчеркнуть их красоту, не положение.
Она наклонила голову. Йокес, разбирающийся в платьях… очередная новость. Но комендант войска Сей Айе не был лесным дикарем (что когда-то столь легко заметил Денетт). Он происходил из старого рыцарского рода, а вернувшись из северного Армекта, много ездил по Дартану, исполняя распоряжения князя Левина. Если даже он немного и «одичал» в войсках, то потом у него было достаточно времени, чтобы вспомнить, как выглядит дартанский большой свет.
— Тебе никто об этом не говорил, ваше высочество? — искренне удивился Йокес.
— Представь себе, никто. А здесь… вообще нет высокородных женщин, его высочество был ведь холостяком… Богатые платья носят только Жемчужины…
Она пребывала в неподдельном замешательстве. Йокес попытался представить, что чувствует женщина, которой вдруг сказали, что она в любом обществе выглядела бы уродом, нося платья, которые сама выбрала…
— Ваше высочество, я вовсе не утверждаю, что ты ходишь неподходяще одетой, — объяснил он. — Ведь в Дартане, а тем более в столице, армектанская мода вовсе не является чем-то неизвестным. Взять хотя бы двор князя-представителя… Я говорю лишь, что твои наклонности… что твои платья — армектанские. По крайней мере, по покрою, поскольку во всем остальном они чересчур богаты на армектанский вкус. — Эзена сама была армектанкой, но о платьях и драгоценностях знала ровно столько, сколько могла знать крестьянская девушка, и Йокес это понимал. — Они соответствуют твоему поведению и обычаям, принятым в этом Доме, но дартанским обычаям соответствовать не будут.
— В этом Доме приняты… армектанские обычаи?
Он невольно вздохнул.
— Ни дартанские, ни армектанские. Обычаи твои и Анессы. А раньше — обычаи его высочества, который искренне презирал Роллайну и ее одноэтажные дворцы, арены… Позови Кесу, ваше высочество, — посоветовал он. — Я последний человек в Сей Айе, который должен с тобой разговаривать о подобных делах. Ради Шерни, ведь это просто смешно. Что я могу знать о платьях и приемах? Приемы в военном лагере называются совещаниями, а церемониальные речи сводятся к «никак нет, солдат», «так точно, комендант».
— Позову, — сказала Эзена. — Но пока не уходи. Может, я передумаю и не воспользуюсь твоим советом… но все-таки скажи мне, что ты думаешь.
— О приеме?
— Да. Я знаю, что хочу сказать той подсотнице, но мудреца Шерни я не ожидала. Как их принять?
— Пригласи их на совместную прогулку по парку, пусть вас сопровождает только одна из Жемчужин. Никто не будет вас видеть, так что ты избегнешь замешательства, вызванного твоими… новыми волосами. Прием этот будет выглядеть весьма многозначительно, а вернее, неоднозначно. С одной стороны — импровизированный, без каких-либо торжественных приготовлений. Но с другой стороны, не каждого ведь ее высочество княгиня Сей Айе приглашает на совместную прогулку. Неизвестно, ваше высочество, что думать о такой встрече. Подсотница и даже посланник не будут знать, то ли ты выказываешь им свое пренебрежение, то ли, напротив, исключительное уважение. Ну и… лучше не начинай разговора с цвета твоих волос. Впрочем, последнее я, наверное, мог бы и не говорить, ваше высочество.
Она задумчиво посмотрела на него.
— Я тебя недооценила, Йокес. Прости. Пришли ко мне Хайну и Кесу.
Он коротко поклонился, повернулся и направился к двери, но на мгновение остановился.
— Ваше высочество… — поколебавшись, сказал он.
— Только не про Анессу, Йокес. Не сегодня.
Он прикусил губу, снова поклонился и вышел.
От беседки возле пруда парковая аллея извивалась плавной дугой, убегая в цветочные туннели. Дальше был каменный мостик, переброшенный над ручьем — тем самым, заросшие берега которого подходили с другой стороны дома до самых плит двора. От шумящей воды и подстриженных кустов слегка тянуло холодом, но вне тени жара давала о себе знать. На княгине было бархатное темно-коричневое платье с белыми вставками, частично скрытая в волосах золотая диадема с рубином и пояс из золотых звеньев, скрепленный пряжкой в форме сердца. Когда она шла, из-под подола виднелись носки золотых туфель. Посланник и подсотница сопровождали ее с обеих сторон. Мудрец облачился в аккуратный повседневный костюм, достойный каждого мужчины чистой крови, — штаны, заправленные в голенища кожаных полусапог, и доходившую до середины бедер темно-зеленую куртку с поясом, расшитую на рукавах черной нитью. Одежда эта выглядела весьма по-дартански. Подсотница же, напротив, была воплощением всего армектанского. Она надела кольчугу и мундир, но это не было военным снаряжением… Одетая таким образом, она вполне могла бы предстать перед императором: парадная кольчуга блестела как чистое серебро, военный мундир же был сшит из шелка. Пояс, черная юбка и высокие кожаные сапоги наверняка стоили половину годового жалованья обычной подсотницы армектанской гвардии… По крайней мере, так оценила Хайна, шедшая в нескольких шагах позади. Невольница, в белом домашнем платье, похожем на то, которое часто носила Анесса, предпочитала, однако, серебряные украшения. Она шла, вертя в пальцах сорванную где-то белую розу.
— Дай сюда, — сказала Эзена, продолжая идти спокойным прогулочным шагом.
Она не обернулась, лишь протянула руку. Жемчужина Дома догнала ее и подала письмо, которое только что прочитала вслух. Княгиня развернула свиток, посмотрела на печать и пробежала глазами текст.
— Твой комендант, госпожа, — сказала она подсотнице, — не скупится на похвалы моим лесным стражам. Но я не знаю, что мне ответить.
— Я рассчитываю, ваше высочество, на полезный обмен опытом. Лесные сражения…
— Вот именно, лесные сражения, — лениво прервала ее Эзена. — Способы ведения войны в лесу — тайна Сей Айе. Ты думаешь, госпожа, я посвящу в эту тайну армектанскую гвардию?
— Не понимаю, ваше высочество.
— Ваше благородие, я не знаю, зачем ты на самом деле прибыла в Сей Айе. Но я знаю, что тебе подробно рассказали, кто я, что я тут делаю и почему это столь позорно. — Княгиня не скрывала веселья, приправленного сарказмом. — Так что ты прекрасно знаешь, что завтра или послезавтра сюда может прибыть судебный посланец с требованием явиться в Роллайну на слушание дела.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
