И это оказалось только началом.
* * *
Четвертый район МегаТокио-3 являлся местом крупной стройки. На улице стоял грохот отбойных молотков и другого крупного оборудования.
В этот день, в перерывах между работой отбойных молотков и забивкой свай, внимательный пешеход мог услышать крики умирающего в муках Мотому Камия.
* * *
Думаю, я помаленьку привыкаю. Мне нравится жить здесь. Но мне никогда не понравится этот мешок дерьма Гендо. Я отказываюсь упоминать его фамилию здесь, в нашей личной переписке. Он все равно не увидит это. Этот человек просто мешок дерьма, он не заслуживает уважения. И как он относился к Синдзи… не удивительно, что Синдзи вырос таким.
Как я хотела, чтобы мои родители были живы, но теперь я начинаю сомневаться, так ли это плохо. Я уверена, мой отец не похож на Гендо, но… хорошо, мой отец герой, а его отец паршивый ублюдок. Жалко, что он не умер вместо отца и матери в 2007. Он, возможно, сидел и смотрел, как они умирают. Если б они были живы, у меня наверняка был бы брат… что ж, мечтать не вредно…
Нравится он мне или нет, я не буду ругаться с ним. Я буду вежливой, и буду выполнять приказы, отданные мне. Но я надеюсь, Ангел съест его. Все что он делает — это выглядит грозным и ругает людей. И постоянно поправляет свои дурацкие очки. Как же мне хочется приклеить их к его дурацким бровям.
Во всяком случае, временами здесь весело, и я рада жить здесь. Передай привет всем и скажи Францу, что он прав насчет японского пива. Я больше не буду сомневаться в нем.
С искренним уважением, Аска Лэнгли.
* * *
Гендо положил письмо и нахмурился.
— Что ты думаешь, Фуюцуки?
Они сидели в кабинете Гендо.
— Думаю, тебе стоит что-нибудь СДЕЛАТЬ со своими очками, — рассмеялся Фуюцуки.
Рука Гендо замерла на полпути к носу. Он опустил ее вниз, стараясь, чтоб движение выглядело случайным.
— Меня совершенно не заботит, если четырнадцатилетняя девчонка желает мне смерти, но поскольку она управляет ЕВОЙ — это совсем другое дело.
— Она ничего не сделает. Это обычный способ снять раздражение. Она угрожала убить Синдзи, если он еще раз разбудит ее ночью, но ты же не считаешь, что она сделает так? — Фуюцуки немного позабавили подобные вещи. Так Гендо скоро возьмется просматривать наперед все любовные письма к нему. — Она, несомненно, удочерена Химмилфарб, как ты и хотел, договариваясь с ней, когда родители Аски умерли.
— Они, возможно, были бы живы, если бы я тогда все знал, — нахмурясь, сказал Гендо. — И если бы способности Аски обнаружились на несколько месяцев раньше… нам нужны пилоты в здравом уме, насколько это возможно, пока мы не закончим.
— И Химмилфарб дала ей здравомыслие. Но ей только четырнадцать лет. Что ты еще ожидал?
Рука Гендо дернулась. Он не поднимет ее. Он не тронет свои очки, даже если это убьет его. Миллиметр за миллиметром они сползали вниз.
— Она ничему не научилась у Химмилфарб. Она груба, непочтительна, вспыльчива….
— Если она недисциплинированна, разве она закончила бы колледж? Смогла бы остаться в живых? Смогла бы в четырнадцать лет пилотировать ЕВУ в бою не на жизнь, а насмерть? — Фуюцуки наклонился вперед. — Она ребенок, с силами и недостатками юности. Она молода, чтобы измениться, стать оружием, необходимым нам. В конце концов, с ней не надо много возиться, как с Синдзи. Ты выбрал самый скверный путь, чтобы вырастить из него пилота ЕВЫ.
— Ты же сам знаешь, у меня не оставалось времени на ребенка, — нахмурился Гендо.
— Ты мог бы поступить по-другому. Например, просто выбросить его на мусорную кучу. А теперь представь, каким полезным он оказался бы сейчас, если бы ты вырастил его.
Молчание.
— Никогда не поздно начать.
Молчание.
— Или ты больше боишься своего сына, чем мощи вселенной? — в голосе Фуюцуки появились не типичные для него металлические нотки. — Истинный правитель только тогда овладеет миром, когда познает себя.
— Я не боюсь.
— Ложь.
Молча они буравили друг друга взглядами. Гендо отвел взгляд, посмотрев на письмо, лежавшее на столе.
— Должны ли мы позволить Аске научить его о Мире Грез?
— Решил сменить тему? — Фуюцуки, откинулся на спинку стула. — Я скажу — да. В противном случае, он, вероятно, сломается прежде, чем наступит переломный момент. Если последний расчет верен, то кошмары появились месяц назад. Но известно, что ему уже снились кошмары. А теперь, возвращаясь к тому, о чем мы говорили раньше, тебе надо поладить с Синдзи. Если ты не хочешь, чтобы он был более лоялен к Мисато и другим пилотам, чем к тебе.
Глаза Гендо слегка расширились.
— Это женщина…
— Ты внимательно наблюдал за ними?
— Что? — Гендо удивленно моргнул.
— Они очень похожи, если бы я не знал их, то подумал, что они брат и сестра. Если Синдзи должен выбрать между тобой и ей, то он выберет ее. На данный момент, ты ее командир, и никаких проблем не существует. Но если она взбунтуется…
— Я смогу справиться с ней.
— А если она обнаружит правду? Или кто-нибудь из них? И если это приведет к конфликту между тобой и ей, как ты думаешь, чью сторону примет Синдзи?
— По-моему, он так и не на что и не решится, будет мяться и мяться.
Фуюцуки нахмурился.
— Ты хочешь, чтобы он бездействовал, когда настанет время заключительного акта? Когда мы достигнем точки, где наши планы начнут осуществляться. Его бездействие уничтожит нас, так же как и его неправильные действия.
— Мне некогда играть любящего отца. У меня едва хватает времени выполнять собственные обязанности.
— Все. Тогда я буду готовиться к похоронам.
Гендо прищурился. Его очки чуть не свалились с носа, и он водрузил их обратно.
— Ты считаешь это важным?
— Пилоты должны не просто делать, что им говорят, они должны верить нам, в конце концов, хоть немножко, или наш план может провалиться. Может, ты планируешь сам сесть в ЕВУ в День Возвращения?
— Они не должны узнать правду. Я вижу, она сжирает доктора Акаги, как когда-то ее мать. Я вижу…
— Я ничего не говорил о том, чтобы рассказать им все. Но если они не будут верить нам и будут ненавидеть нас, если будут подозревать нас… представляешь, что может случиться, если Кацураги найдет пророчество?
— Его нет на японском, и она не знает иностранных языков. Это одна из причин, по которой мы выбрали ее.
Фуюцуки начал понемногу удивляться, где Гендо растерял свои мозги сегодня.
— У ее отца было пророчество.
— Это одна из причин его смерти.
— Существуют сотни людей, способных перевести его на японский. Но есть копии на НЕМЕЦКОМ. И Аска обладает достаточным словарным запасом, чтобы перевести его.
