— Я так говорила? — вздохнула ведьма и прикрыла глаза. — О—фи—геть! — медленно выговорила она, посмотрев на скалы внутренним зрением.
— Всё так плохо? — не поворачиваясь к ней, спросил колдун.
— Не уверена, но думаю, что ничего хорошего. — она резко схватилась правой рукой за левую, проверяя на месте ли кольцо. — Всё видимое пространство опутано тонкой сетью красной энергии с вкраплением синих пятен. Что это значит?
— Это значит, что кто—то сильно постарался, чтобы секрет этих скал так и остался неразгаданным. Колдовская магия и еще что—то. — Ник всё же повернулся к ведьме. — Синие точки ты сказала? Я о таком даже не слышал.
— Если исходить чисто из цветовых соображений, то это магия воды. Так сказать в чистом виде. — Никклаф удивленно вскинул брови. — Ну… Природники — зеленые, травка там, земля… Колдуны — красные, неживые вещи. Воздух — это вроде как белая энергия, так в фильмах показывали. Ну а синий цвет — вода. По—моему, логично. — обнаружив маленькое колечко на том же пальце, что одевала, ведьма почувствовала себя значительно спокойнее. — Теперь возникает вопрос: что такого могут прятать скалы, если этот секрет спрятали с помощью всеми давно забытой магии воды? Становится интересно…
— А мне интересно, кто же так расстарался?
— У меня есть серьезные подозрения, что это мог быть ваш Хамамелис. И те глаза, что я рассказывала… Мне кажется, что они прогоняют меня именно от этих скал. Так сказать стращают. Неужели их обладатель сидит где—то среди камней и…
— Нет. — мотнул головой Ник. — Я думаю, что это охранное заклинание. Есть такие. Тонкие нити заклинания рассеяны по местности и ловят определенные желания, например открыть секрет. При появлении опасности, начинаются угрозы, выбросы сконцентрированной энергии в носителя этой опасности… А ты мне весь свой сон рассказала? Может, там еще что было?
— Еще? Точно. Было! Там был такой красавец! — Виль повернулась к колдуну. — Слушай, так это наверное и есть мой жених. Как там?
'Там, за речкой тихоструйной есть высокая гора,
В ней глубокая нора. В той норе во тьме печальной
Гроб качается хрустальный на цепях между столбов.
Не видать ничьих следов в круг того пустого места…
В том гробу твоя…' Твой жених!
— В гробу? Он мертвый что ли? — нахмурился Никклаф.
— Нет! Он спит колдовским сном. — Виль медленно пошла вперед. — Мне нужно прийти и разбудить его. Он мне так и сказал — я жду тебя. Мол, прийти за тобой не могу, но… Хотя он сказал — МЫ ждем. Что это значит? — ведьма приостановилась и задумалась. — А! Это значит, что, как в «Спящей красавице».
— Где?
— Ну есть одно сказание такое. Короче, он — принц и его заколдовали со всем его королевством. У вас какое—то время назад никое королевство не пропадало? — Никклаф отрицательно помотал головой, но Вилентину уже было не остановить. — Представляешь, эти скалы и есть королевство! Класс! А я «и умом и всем взяла, и жених сыскался ей, королевич Елисей». Поспешим! — она резво зашагала к скалам. Не останавливаясь, ведьма извлекла из кармана зеркальце и, состроив томное выражение, сказала:
— Свет мой, зеркальце скажи, да всю правду доложи,
Я ль на свете всех милее, всех румяней и белее?
— Считаешь принц влюбится в тебя с первого раза? — хмыкнул колдун.
— Конечно! — на Виль снизошло лирическое настроение.
Я прекраснее принцесс, всех взятых вместе,
Я красивее красавиц сто пудово
Ведь недаром я стройна и так прелестна
Без ума все от меня — все поголовно!
— Ну если не влюбится с первого раза, пусть со второго, так и быть. В любом случае он, как порядочный человек, будет обязан на мне жениться!
— Да—да, за то, что ты его освободила. А ты знаешь, куда конкретно тут нужно идти? — прервал ее изыскания колдун.
— Конечно… нет. Но, следуя логики и сюжетам любой книги или фильма — всё ценное всегда прячут в середине. Идем в центр скал!
— Хорошо было бы осмотреться. — проговорил Ник. — Давай так, как дойдем до достаточно пологой скалы, заберемся на нее и посмотрим по сторонам.
— Заметано! — кивнула ведьма. — Может, я ту пещеру увижу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Лемурые скалы ничем особенно не удивляли — широкие каменные площадки переходили в узкие проходы между тесно стоящими камнями или целыми массивами, лишь одно было неизменно — пологих мест пока не было, все каменюки, как одна, имели вид свечей, тянувшихся к небу, некоторые оплавленные, некоторые наклоненные, но все остроконечные. А уж мечтать на них взобраться мог только какой—нибудь скалолаз—профессионал или самый обычный псих, которому жить надоело. По этой причине основной задачей было найти тропинку и пробраться дальше, другие цели были неосуществимы.
Уже через полчаса блуждание среди камней Вилентине наскучило, поэтому, заметив движение, она засомневалась и остановилась, вглядываясь в серое однообразие и выискивая, что привлекло внимание.
— Смотри. Там! — спустя минуту указала она колдуну на небольшой закуток между двух больших камней.
Там сидел человек, после ее окрика вжавшийся в стену, а потом, увидев кто это, улыбнулся, с большим трудом растягивая пересохшие губы. Судя по остаткам одежды это был не сильно бедный человек, возможно купец или зажиточный селянин. Оставалось только предполагать, что же его так потянуло на приключения из зажиточной—то жизни.
— Слава Высшим силам! — прохрипел он. — Они услышали мои молитвы. Господин и вы госпожа, вы подскажите мне, где выход из этих чертовых скал? Я уже седьмые сутки плутаю в их лабиринтах и никак не могу выйти. — он грустно усмехнулся. — Нас десятеро было. Я один остался. Да вот, потерял тропинку.
— Конечно покажем. — кивнул колдун, при этом не двигаясь с места. — Иди сюда, мы тебя направим.
— Я мигом! — обрадовался мужик и принялся подниматься, но рухнул обратно. — Ноги затекли. — покачал он головой. — Помогите мне встать, если вам не трудно.
— Поможем! — кинулась к нему Виль.
— Стой на месте! — окрикнул колдун, заставив запнуться на ровном месте.
Опасаясь падения, она на мгновение прикрыла глаза и… увидела вместо дрожащей энергии мужчины, совершенно круглое красное пятно. В недоумении она остановилась и более внимательно пригляделась к страждущему. В нем странного абсолютно ничего не было.
— Что ты видишь? — спросил у нее за спиной Ник и Виль коротко обрисовала картинку. — Я так и думал. Слышал про это. Завлекающая ловушка над глубокой пропастью или ямой с кольями. Военная хитрость нескольких предыдущих войн.
— То есть, это простая галлюцинация? — ведьма ткнула в мужика, который чуть не плакал.
— Помнишь личину судей? Это почти тоже самое, только на вещательный камень записан другой сюжет да еще со звуком.
— Трехмерное кино. — выдохнула Виль, с трудом отступая от мужчины. — Реалистично и… опасно для жизни.
— Вы что же, уходите? Бросите меня здесь? — всхлипнул мужик, провожая взглядом удаляющуюся парочку. — Я ж помру здесь.
— Ничего, мужик, ты еще не один век здесь просидишь, если энергии камня хватит. — подбодрил его Ник, подталкивая, засомневавшуюся было ведьму. — Обратно пойдем, он нам скажет тоже самое. — пообещал он девушке.
— Надеюсь. — тихо отозвалась Виль. — Если там будет его остывающий труп, то я себе этого не прощу.
— Не беспокойся, я тоже ему не прощу, если он будет трупом к нашему возвращению. — Никклаф с трудом протиснулся за ведьмой в небольшое пространство между камнями, попадая в чуть более широкий каменный коридор.
Коридор был самым обычным, а вот сияние в его конце заслуживало отдельного внимания. С той стороны лучи солнца отражались от чего—то и проникали в закоулки между камнями всеми цветами радуги.
— Ух ты, сокровищница прямо! — восхищенно выдохнула впереди идущая ведьма.
Колдун поспешил нагнать ее, чтобы та опять чего не учудила. Но ведьма стояла спокойно напротив стены, усыпанной множеством красивейших камней, в которых отражалось солнце. Никклаф прищурился, стараясь преодолеть блеск и растеряно выдохнул.
