знали друг друга, привыкла распахивать двери не глядя, не спросив, кто пришел. Эта привычка не оставила меня и в Мартинске. Но теперь, когда от моих поступков зависела еще одна, маленькая жизнь, я сделалась осторожна. Я посмотрела в глазок…
Я подумала, что мне чудится. Неудивительно — в таком-то состоянии. Я была взбудоражена, немного напугана предстоящими родами, и это не странно, что мне померещился майнер Фирландер, стоящий на лестничной клетке.
Началась схватка. Я терла живот, пережидая ее, прижавшись лбом к стене в коридоре. Сердце колотилось.
«Мне показалось, — говорила я себе. — Показалось, и все!»
Задребезжал звонок. Как противно он звякает! Просила ведь Армана его отключить…
— Я знаю, что ты там, Елена, — раздался знакомый до боли голос, от которого я вся покрылась гусиной кожей. — Открой сама, или я выломаю замок.
— Не надо… Пожалуйста… — произнесла я одними губами, не зная, на самом деле, к кому обращаюсь. К майнеру Фирландеру? К вселенной? К богу? Пожалуйста, не надо. Пусть все окажется бредом на фоне бушующих гормонов. Наваждением…
Замок крякнул, проседая под ударом могучей ладони. Старый деревянный косяк не выдержал, разлетелся в щепу.
— Здравствуй, Элени, — сказал председатель совета старейшин, переступая порог.
Он двигался ко мне, я пятилась, мотая головой и издавая странные мычащие звуки: кричать я не могла, горло будто сжалось.
— Смотрю, я вовремя. Нам пора возвращаться.
Лучше бы майнер Фирландер кричал и злился, меня пугало его ледяное спокойствие. Мраморную статую не уговоришь, не разжалобишь, он и слушать не станет. Однако я все равно прошептала:
— Пожалуйста, не забирайте моего ребенка…
— Майнер Торландер и его супруга с нетерпением ждут пополнения в семействе. Твоему сыну будет с ними хорошо, — чуть смягчился майнер Фирландер, да только эти слова звучали в моих ушах подобно приговору.
— Нет, нет!
Я бросилась бежать. Толстая, неповоротливая… Ноги заплетались… Куда я убегу? Я не успела добежать до ванной комнаты, чтобы захлопнуть дверь, защитившую бы меня от преследователя на сколько? На пару секунд?
Майнер Фирландер преградил мне путь и сдержанно произнес:
— Елена, сейчас мы поднимемся на крышу. Ты можешь идти сама, добровольно, и тогда полетишь на моей спине. Или я скручу тебя — постараюсь быть осторожен, чтобы не навредить ребенку, — но тогда тебе придется лететь в моих когтях.
— Как вы добры! — едко воскликнула я, за злостью скрывая слезы.
— У тебя минута, Элени. Выбирай.
Живот скрутило. Я зарыдала, пережидая схватку. Но не от боли — от отчаяния.
«Арман! — мысленно кричала я. — Арман! Он нашел меня».
Мой дракон услышал меня в своем мире и пришел на помощь. Должен ведь услышать и теперь?
— Пойдем, — мягко сказал майнер Фирландер, когда боль отпустила.
И я пошла. Что мне еще оставалось делать?
59
На крыше было ветрено и тихо, шум города остался внизу. Небо сегодня такое чистое, яркого синего цвета — настоящее летнее небо. Были бы у меня крылья, я бы взмахнула ими и улетела за тридевять земель, спасая своего мальчика…
— Готова?
Меня снова настигла схватка: они наступали чаще и продолжались дольше. Я застонала, ухватившись за живот, согнулась пополам. Майнер Фирландер поддержал меня за локоть, удерживая от падения. «Заботится о сохранности контейнера», — невесело подумала я.
— Вы меня доконаете, — протолкнула я сквозь стиснутые зубы. — Дайте мне спокойно родить в больнице!
Проще вызвать чувства у деревянного чурбана, чем у этого ледяного дракона.
— Переход из вашего мира в наш — дело нескольких минут. Тебя ждет комфортная палата, майнер Лоэрели станет сопровождать роды.
Схватка закончилась, но я делала вид, что живот все еще болит, а сама украдкой оглядывалась: не летит ли Арман. Майнер Фирландер раскусил мою хитрость, его тонкие губы дрогнули в усмешке.
— Думаешь, он успеет? Оставь эти мысли, Элени. На месте Армана я бы не стал возвращаться. Он грубо нарушил распоряжение совета старейшин, он украл ребенка у супругов Торландер…
— Нашего ребенка! — воскликнула я, но председатель и бровью не повел — для него вопрос был решен: мой сын мне уже не принадлежал.
— … что карается смертной казнью. Арман это понимает и не сунется в Рагнфаст. — Он вгляделся в мое побледневшее лицо. — Пора. Не мучай себя напрасными надеждами. Обними меня за шею, а я обещаю, что стану лететь осторожно.
Майнер Фирландер повернулся ко мне спиной и нагнулся, чтобы мне было легче дотянуться до его плеч.
— Как вы меня нашли? — тихо спросила я.
— Не тяни время!
— Последний вопрос, и после этого мы полетим.
— Считается, что драконы могут почуять лишь родную кровь или того, с кем связаны узами брака, но, как выяснилось, это вымысел. В мире людей я бывал лишь единожды, больше ста лет назад, и после не возвращался, но едва я очутился здесь, как ощутил связь с тобой и с твоим ребенком. Думаю, настроился на поиск.
Странное объяснение. Что-то в нем не давало мне покоя, слабая мысль брезжила на краешке сознания, но я была сейчас не в том состоянии, чтобы спокойно ее обдумать.
Майнер Фирландер похлопал себя по плечу, давая понять, что заждался.
Всхлипнув, я обхватила его за шею. Спина председателя раздалась, кожа стремительно покрылась чешуей. Мы взмыли в воздух через считаные секунды и понеслись над домами, парками, рекой…
Москва с высоты птичьего полета — завораживающее зрелище, да только я ничего не видела из-за слез, застилающих взгляд.
Спустя пару минут привычный гул ударил по ушам, и майнер Фирландер, пробив барьер, вынырнул в другом мире. Сделалось значительно теплее, запахло морем. Под алыми крыльями дракона раскинулся водный простор, а на горизонте встали высотные здания острова Архей.
Майнер Фирландер аккуратно, стараясь не потревожить меня, опустился на площадку, подобную той, куда Арман принес меня в первый раз. Он расправил крыло, и я скатилась по гладкой чешуе, как по пологой горке, прямиком к ожидающей меня с каталкой бригаде медиков.
— Элени, — холодно поздоровался майнер Лоэрели. — Не перестаешь удивлять.
Снова этот невыносимый высокомерный эльф! Глаза бы мои его не видели!
— Где я?
— В медцентре, где тебе и ребенку будет обеспечен должный уход. Я провожу тебя в твою палату.
Врач помог мне взобраться на каталку. Медсестра-эльфийка тут же укутала меня пледом, нацепила на руку тонометр. Вез каталку угрюмый орк. Не удивлюсь, если он приставлен ко мне и в качестве надсмотрщика, чтобы я не вздумала податься в бега. Какое бегство? Я чувствовала себя слабее котенка, к тому же меня трясло от нервного напряжения и страха.
Одна из стен просторной палаты на верхнем этаже
