— Что ж, если ты отдашь Храму меня, — думаю они вполне удовлетворятся этим. И ты даже сможешь получить то золото и даже серебро, о котором так мечтал. …Если конечно, тебя интересует именно это!
— Ты знаешь что меня интересует. — Важно ответил я. — А золото, на нашем берегу, не такой уж и ценный товар.
— Так откуда же вы, — чужаки в богатых доспехах и с дорогим оружием, промышляющие грабежом мелких поселений? …Думаю, если продать твой шлем, — вся наша община могла бы питаться целый год!!!
— Ты значит понял… — Всполошился я. — А твои, думаешь сообразили?
— Нет. — Печально ответил Учитель, опять быстро превращаясь в старика. — К сожалению, — тех бежавших из Храма, кого можно было бы назвать мудрецами, давно уже нет на этом свете. А Наардаак… ну тот, с которым ты говорил, — он особой сообразительностью не отличается. Жаардаак, его сын, возможно бы и сообразил. Он был не только хорошим воином, но и думать умел. Но ты его убил. Так что, можешь не сомневаться, — когда солнце поднимется над скалами, к стенам покинутого вами рудника принесут мешки с зерном и пригонят овец. И еще долго будут звать вас, не понимая как кто-то мог уйти не взяв такого ценного богатства.
— Так значит, этот мелкий, был его сыном? — Опять всполошился я, кляня себя самыми последними словами, за то что не выяснил этого раньше. — Он захочет отомстить!
— Захочет. — Согласился Учитель. — Но пока у тебя в руках я, он не станет ничего предпринимать.
— А когда тебя случайно убьют чужаки. — Подхватил я. — Кто станет самым главным в ваших краях?
— Как ни печально, но он… Тогда мне жаль моих людей. — Наардак, плохой вождь. Но он все равно не посмеет, потому что не будет знать что сказать другим, объяснив, почему так получилось.
— А ты думаешь, он сам это понимает? — Насмешливо переспросил его я. — Нельзя недооценивать силу глупости.
— Ты не только воин, но еще и мудрец…!!! — Чуть ли не с искренним восхищением сказал Учитель. Теперь понятно откуда у вас такие богатые доспехи, — вы умеете не только взять добычу, но и ускользнуть с ней.
— Чем говорить мне приятные слова. — Оборвал я его комплименты, в искренность которых не очень-то и верил. — Лучше бы подумал, как нам обоим выбраться из этой заварухи, не потеряв своих людей. …Ты-то возможно старик, которому уже неважно, у чьих костров он будет пировать следующей ночью. — У своего, или своих предков. Но ты ведь сам сказал, — что нужен своим людям, а значит ты должен оставаться живым.
— Мне кажется, ты уже неплохо подумал об этом за меня. — Усмехнулся дедушка. — Ваши воины, думаю еще с ночи заняли все места, где можно было бы ждать нападения. Так о чем же ты беспокоишься?
— О человеческой глупости!
Увы, но спустя примерно час, оказалось что мое беспокойство не было напрасным. — Гулкое горное эхо, донесло до нас звуки боя.
«Стадо» носильщиков, было мгновенно сбито в кучку, и загнанно в какую-то лощинку. Двое раненных наших ребят, остались их охранять, а остальные двинулись на помощь товарищам.
Как мы и предполагали, — под утро, наши противники заявились на нависающую над тропой гору, и попытались усесться там в засаду.
Хренушки. — «Диверсанты» Лга’нхи опередили их наверное часа на три, тронувшись в путь, едва сумерки сгустились достаточно сильно, чтобы можно было проскользнуть незаметно.
Противников шедших первыми убили, внезапно напав из засады… — наши это умели делать отлично, а остальных супостатов согнали с горы. …Вот только наших была всего дюжина. А противников почти четыре… учитывая убитых, — три.
Да и местность они знали неплохо, что исключало опрометчивость действий с нашей стороны. Так что, сложилась ситуация из серии «…Я медведя поймал…». — Ирокезы не могли покинуть захваченную позицию, а отщепенцы не уходили, видимо еще надеясь, что основная часть войска тронется не раньше чем им доставят продовольствие, но и не решайся штурмовать вверх по склону, уже поняв чем это чревато.
Все-таки чувствовалось в этих ребятах что-то… ну не знаю, — недоделанность какая-то, — однобокость. Ну или скорее, — отсутствие реального опыта войны.
А хорошо махать железками, или даже, метко кидать дротики. — это еще далеко не вся составляющая солдатского ремесла. …И уж тем более, — полководческого!
После того как мы прикончили наблюдателей. — никакой новой дозорной службы они так и не организовали. Видимо предпочитая безопасно приглядывать за рудником с высоты своего плато.
Да и тут вон, — все три дюжины столпились в начале склона горы, даже не думая следить за тем что происходит за их спинами, видно надеясь что специально посланный гонец, сообщит им о времени выхода нашего каравана.
Только этим пожалуй и можно объяснить тот факт, что мы смогли появиться за их спинами так внезапно. И ту растерянность, в какую они впали, обнаружив у себя в тылу ряды закованных в бронзу, и ощетинившихся копьями противников.
В первые минуты, так просто началась настоящая паника, и мне стоило больших усилий, чтобы не воспользоваться моментом, и не бросить наших бойцов вперед.
…Почему я этого не сделал? — Возможно, тогда бы победа нам досталась легкой ценой. Но я вообще не хотел платить никакую цену, за абсолютно ненужную нам победу. — Война, это по-любому рулетка, и почти никогда не обходится без потерь с обеих сторон. А к чему нам эти потери?
Так что пока, единственное чего мы добились максимально незаметно приблизившись к противнику, — это наиболее выгодной позиции. — Называется «клещи». — С двух сторон враги. С третьей какая-то скала, с четвертой, крутой склон, больше напоминающий обрыв. Тут уже не побегаешь от строя, кидаясь дротиками. Тут, — либо дерись насмерть, либо сдавайся.
…Ну вот что за парочка идиотов выскочила вперед с дротиками в руках? — С флангов нашего построение, где стояли наиболее опытные «костяшники» свистнули бумеранги.
Одного противника снаряды достали на замахе, так и не дав ему метнуть свое оружие. А второго уже после. Впрочем, для опытных вояк, отбить один единственный дротик было не сложно.
Ну а дальше…
Впрочем, дальше было уже почти неинтересно. — Вперед выдвинулся Учитель, и очень быстро призвал свою паству к смирению и послушанию.
Признаться, я даже немного испугался, когда понял сколько власти он имеет над своими подданными. Он для них был не просто Вождь и Отец Народа. А фактически полубог. …Так что прикажи он сейчас своим «детишкам», броситься на наши копья, и рвать нас голыми руками, — чувствовалось, они не промедлят и секунды.
Впрочем, — дедок был явно на нашей стороне, и быстренько развеяв слухи о своем «коварном убийстве», заставил подчиненных сложить оружие.
— Ну, ты доволен? — Спросил он у меня.
— Вполне. — Удовлетворенно качнул я головой. — Но лучше бы им убраться отсюда побыстрее. Потому что мои вояки только попробовали вкус крови, и могут захотеть продолжения. …Надеюсь, никто не догадался устроить нам засады дальше по дороге? …Ну нет, так нет.
Можешь взять с собой парочку людей… для солидности. Когда мы прейдем к нашему кораблю, — тебя отпустят!
— Ты уверен что не хочешь отвести меня в Храм? — Пытливо глядя мне в глаза спросил Учитель.
— Уверен. — Подтвердил я. — И возможно, даже сделаю тебе подарок, если ты мне пообещаешь кое-что…
— Хм???? — Вопросительно глядя на меня, хмыкнул учитель.
— Те люди. Рудокопы. Я хочу чтобы о них лучше заботились и учили не только ковыряться в шахтах!
— Почему? — Искренне удивился дед. — Ты не похож на того, кто «заболел» жаждой справедливости. Ты кажешься слишком умным для этого.
— Чтобы желать справедливости, не обязательно быть дураком. — Огорченно вздохнув, ответил я на это. — Просто достаточно умный, понимает что не сможет добиться всего и сразу.
…Когда-то, я был очень похож на них. Но случилось чудо, и ко мне отнеслись лучше чем я того заслуживал. …Правда, не могу сказать что мне это сразу понравилось. Скажу более, — поначалу я много роптал и жаловался, ибо наука была суровой. Но как видишь… я тут, и тот кто есть.
— Ну, ты напрасно думаешь. — Столь же серьезно ответил дедок. — Что нам доставляет удовольствие их мучить. …И не думай, что там, наверху, (он показал рукой в сторону плато), люди живут намного сытнее их. Мы просто вынуждены…
— Возможно, это скоро переменится. — Оборвал я, его рассуждения — Вам лишь надо постараться не упустить выгодный момент.
— Я заинтригован. — Слегка ошарашено ответил на это Учитель. — Полагаю, это и есть тот «подарок», что ты мне обещал?
— В том числе. — Загадочно улыбнувшись, ответил я.
— Что поделать, друг мой Фаршаад, — уныло развел я руками в стороны. — Мы и так сделали очень много, убив несколько врагов. …Это была серьезная битва. Но они слишком сильны! …Ты говоришь что за исключением нескольких раненных, все наши воины в строю? — Такова их сила, что им даже не пришлось нас убивать, — они почти всех взяли в плен. И если бы не немыслимая удача, позволившая нам захватить их самого главного, — думаю все бы мы сейчас трудились в их шахтах!
