– Но они действительно вели нас во дворец…
– Да. И выполнили бы возложенное на них задание. Они стояли бы на своем до конца – это одна из причин, по которой мы не решились разбираться с ними самостоятельно. Но этот некромант заставил их растеряться, и они забыли о настоящем, а заодно и об отданных им приказаниях. Стоит им слегка отвлечься, и они погружаются в глубины прошлого. Именно поэтому по всему городу стоят такие вот регулировщики. Они позаботятся о любом мертвом, который будет бродить по улицам без цели. Осторожно!.. Вы в порядке? Еще немного, и мы выберемся из толпы.
Джера и Джонатан почти тащили Альфреда за собой, тревожно оглядываясь по сторонам. Когда это было возможно, они держались в тени, избегая яркого света светильников.
– Они пойдут за нами?
– Можете быть уверены! – весьма эмоционально проговорил герцог. – Как только стража вернется во дворец, Понс отправит новых солдат на поиски, снабдив их нашими подробными описаниями. Мы должны добраться до ворот прежде, чем это произойдет.
Больше Альфред не сказал ничего – он и не мог ничего сказать, он задыхался от быстрой ходьбы. Врата Смерти, события последнего цикла, лавиной обрушившиеся на него, необходимость постоянно применять магию, чтобы выжить,
– все это обессилило сартана. Пошатываясь и спотыкаясь, он брел туда, куда его вели, не спрашивая ни о чем.
Как в тумане, он увидел, что они приближаются к другим воротам, что выбираются из узких извилистых туннелей. Джера и Джонатан отвечали на вопросы, которые задавал им мертвый стражник, что-то говорилось о каком-то больном – Альфред не успел и не смог задуматься всерьез над тем, кто бы это мог быть, потом появилась из тумана огромная мохнатая паука, потом он падал ничком в экипаж, и голос Джеры произносил: «…дом моего отца…» – и вечная страшная тьма этого чудовищного мира сомкнулась над ним.
Глава 23. НЕКРОПОЛИС, АБАРРАХ
– Итак, Понс, вы его потеряли, – проговорил король, отпив глоток крепкого красного напитка, известного как сталагма. Его Величество предпочитал сталагму всем остальным хмельным напиткам, особенно в послеобеденное время.
– Я сожалею об этом, сир, но, однако же, я и не подозревал, что мне придется доставить во дворец пятерых. Я полагал, будет только один, этот самый принц, которым лично я и займусь. Мне пришлось положиться на мертвых, поскольку больше не на кого было.
Лорд Канцлер не был слишком обеспокоен. Государь слыл человеком справедливым. Он не станет наказывать своего советника за проступки кадавров. Сартаны Абарраха давно поняли все недостатки мертвых. Живые терпели просчеты кадавров, как любящие родители терпят промахи и недостатки своего ребенка.
– Хотите выпить, Понс? – спросил король, подзывая слугу-кадавра и наполняя своими руками небольшую золотую чашу. – Замечательный букет – попробуйте сами!
– Благодарю вас. Ваше Величество, – откликнулся Понс. Он терпеть не мог сталагмы, но ему и в голову не приходило, что можно нанести королю такое оскорбление – отказаться выпить с ним. – Вы хотите увидеть пленников прямо сейчас?
– К чему такая спешка, Понс? Приближается час нашей игры в рунные кости. И ты знаешь это.
Канцлер проглотил обжигающую горькую жидкость, мгновение судорожно пытался вздохнуть, потом платком отер выступивший на лбу пот.
– Леди Джера, сир, говорила что-то о Пророчестве. Клейтус замер, так и не донеся чашу до губ:
– Она говорила?.. Когда?
– После того, как чужак сделал… э-э… то, что он сделал с капитаном стражи.
– Но ты сказал, что он «убил» его, Понс. Пророчество говорит о том, что мертвым будет дарована жизнь. – Король сделал глоток из кубка и мгновенно проглотил жгучий напиток, как делают все опытные люди, пьющие сталагму. – Дарована, а не отнята у них.
– Герцогиня умеет вывернуть слово наизнанку, когда это в ее интересах, сир. Подумайте только, какие слухи она может распустить об этом чужаке. Подумайте также и о том, что может сделать сам чужестранец, чтобы убедить людей верить ему.
– Верно, верно. – Клейтус нахмурился – кажется, эти мысли встревожили его, потом пожал плечами:
– Мы знаем, где и с кем он.
Сталагма всегда приводила государя в спокойное расположение духа.
– Мы могли бы выслать войска… – предложил канцлер.
– И заставим вооружиться армию графа? Возможно, они в этом случае объединятся с мятежниками из Кэйрн Телест. Нет, Понс, мы должны быть очень осторожны в этом деле. Возможно, это и даст нам предлог, чтобы убрать с пути этого надоедливого графа, вечно сующего нос не в свое дело, .а заодно и его дочь-герцогиню. Мы полагаем, что ты уже принял все необходимые меры предосторожности, Понс?
– Да, сир. Я держу ситуацию в руках.
– Тогда что нам тревожиться понапрасну? Кстати, кто унаследует земли Граничного Хребта, если молодого герцога Джонатана постигнет безвременная кончина?
– Детей у него нет. Его супруга унаследует… Король остановил его утомленным жестом. Понс опустил веки в знак понимания.
– В этом случае его владения отходят Короне.
Клейтус кивнул и жестом приказал слуге налить еще сталагмы. Кадавр исполнил приказание и удалился; король поднял чашу, намереваясь насладиться терпким напитком, но в это время он встретился взглядом с канцлером и со вздохом опустил чашу.
– Ну, в чем опять дело, Понс? Твое кислое лицо способно испортить удовольствие даже от лучшего вина.
– Прошу прощения, сир, но мне кажется, что вы недостаточно серьезно относитесь к этому вопросу. – Канцлер придвинулся ближе и заговорил приглушенным голосом, хотя они были одни – не считая, конечно, кадавров:
– Тот, второй человек, которого я привел сюда вместе с принцем, он совершенно особенный! Быть может, даже более, чем тот, который сбежал. Мне кажется, вы немедленно должны увидеть этого пленника.
– Что ты все ходишь вокруг да около, Понс! Говори все как есть! Чего же в нем такого… особенного?
Канцлер помолчал, подбирая самые действенные слова, которые произвели бы должное впечатление на короля.
– Ваше Величество, я уже видел его прежде.
– Мне известны ваши обширные связи, Понс. – Выпитая сталагма явно настроила короля на саркастический лад.
– Не в Некрополисе, сир. Вообще не здесь. Я видел его этим утром… в видении.
Король поставил чашу на поднос, так и не сделав ни глотка.
– Мы хотим видеть его… и принца. Понс поклонился:
– Очень хорошо, сир. Привести их сюда или в зал приемов?
Король оглядел комнату. Она звалась залой для игр и была гораздо меньше зала приемов. Зала для игр была ярко освещена, вдоль стен стояли во множестве столы из травы-кэйрн, предназначенные для игры в рунные кости. На каждом столе высились четыре кучки прямоугольных белых костей, на которых были начертаны голубые и красные руны. Стены залы украшали гобелены, изображавшие самые славные битвы в истории Абарраха. Здесь было тепло, сухо и уютно, комната обогревалась паром, идущим по железным, отделанным золотом трубам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
