— Ну что, карась Брейк, начались у тебя учения раньше всех. Да ты только не ссы! Мы группы первой очереди — твои, может, через две недели пойдут. Так что вполне успеешь еще со своими сбегать…
— Тщщ старшина, — обратился я вполне уставным порядком к Дитеру, — а на хрена меня выдернули с карасёвой группы? У нас ведь только-только слаживание прошло?
— Мысли шире! У нас сейчас нормальных водолазов мало. Сейчас в мою группу включили только две пары, да я, командир, и он же радист. А еще нужен тот, кто на дежурном приеме будет сидеть, базу охранять, жрачку готовить, когда мы на задачу пойдём. С этим и с первой роты матрос может справиться. Под воду он не полезет заряды ставить, а минеры сейчас на вес золота…
— Ааа… вот почему меня верблюдом назвали!!
— Ну да, вроде проводника, носильщика-шерпа. Тут тоже нужен не тормоз… Я своему штатному командиру твою кандидатуру двинул, ваш каплейт поддержал, сказал, что ты толковый матрос, в головняке бегаешь. Так что гордись…
— Блин! А я думал, что он меня спихнул перед учениями.
— Хреново думал! Ваш каплейт нормальный. Некоторые, когда группы минирования дополняют, суют тормозов — мучайся с ними потом. А ваш прошарил — район, по ходу, вам этот же достанется, поэтому разведчик с головняка, уже пошарившийся по побережью ножками, ой как нужен будет! Тут тебе, наоборот, доверие оказали…
— Хера се, доверие, — буркнул я, закрепляя растяжку антенны.
В пещере был уже разведен из невесть откуда взявшегося плавника костер, дым уходил куда-то вверх, на выходе был сооружен светоотражающий экран из плащ-палатки.
— А нас не заметят береговые патрули из-за дыма? — спросил я старшину.
— Все уже давно сделано. Дым, вишь, в дырку идет, его потом к морю сносит, заметно будет только с воды, да и то сейчас по осени испарения от поверхности… так что только по запаху.
Пока матросы занимались подготовкой, проверяли два индивидуальных дыхательных аппарата, готовили свои мины, я взял два котелка наполнил их водой, вскрыл пару банок тушенки и начал варить бульон. В пещере, как и на месте наших береговых занятий, тоже была закладка, которую мне указал один из моряков. Нашлась картошка, уже довольно сморщенная, дряблые луковицы и несколько пакетов с крупами и рисом. Вполне неплохой набор для супа и каши. Пока я занимался приготовлением пищи, командир собрал возле себя разведчиков и начал что-то им объяснять, достав из непромокаемого планшета сразу две карты. Мне было безумно интересно, но пришлось сделать отсутствующий и независимый вид и с интересом наблюдать, как пережаривается лук в котелке на жире из-под тушенки. Плотно поели. Дитер распределил время дозоров наверху возле выставленной антенны и повел меня первого на место, всучив малогабаритную станцию «Сокол» (Р-392). На этот раз мы полезли гораздо дальше и выше установленного штыря.
— Станцией работаешь только тонами, и то только если что-то серьезное. Сразу один длинный на всю мочь и не вздумай вызывать базу и баловаться с тангентой.
— Слуш, а как я передам, что тут наверху? Будет же непонятно?..
— Один длинный и всё! Я сам приползу! Мы в режиме радиомолчания. Знаешь, что за часть рядом с нами стоит в ППД?
— А, в пункте постоянной дислокации, что ли? Так связисты какие-то, у них же там антенн куча.
— Хрена там, связисты! Это такие же морские разведчики, как и мы, только другого профиля. Короче, это слухачи эфира.
— Ага, понятно. А здесь что?
— А то, что у них есть еще подвижные комплексы на машинах, которые выезжают. Раскрываю тебе военную тайну: мы сейчас должны тут на бережку кое-что заминировать и по-тихой эвакуироваться, а эти самые машинки слухачей уже работают. Засекут наш выход в эфир — сразу или ПДССники (противодиверсионная борьба) из ОВРА сработают, или патруль береговой охраны прискочет, а оно нам надо?
— Ага, понял, один длинный! Укажи мне направление наблюдения, — попросил я командира.
Устроившись поудобней среди камней и приладив бинокль, я надул плащ-палатку, коврик под названием «Дождь», накрылся её пологом и принялся наблюдать в указанном секторе. Дитер незаметно для меня скрылся. Надо было попросить поисковый приемник и сидеть тоже потихоньку, слушать эфир. Интересно, а где же нас высадили — на острове или все-таки на материке? Если Поповских знает, что мы будем тоже работать в этом районе, может, стоит всё-таки получше осмотреться здесь?..
Так, сзади меня море. Впереди ни хрена не видно, темно и какие-то сопки. Я сижу в распадке между высоким скальным выступом и скалистым спуском к морю. Один камень. Песка нет, растительности тоже. Минут через пятнадцать надоело лежать на одном месте и я решил вскарабкаться повыше. Закинул станцию на спину, повесил пулемёт на грудь и стал потихоньку карабкаться на близлежащую скалу. Пыхтел минут пять, подрал локти, но всё-таки взобрался на неплохой удобный выступ с хорошим обзором. Ого! Справа от меня буквально в нескольких километрах виднелось множество огней как в море, так и на берегу. В бинокль рассмотреть что-либо было трудно, но и так ясно: мы высадились неподалеку от большой бухты с причальными сооружениями. Видна длинная перемещающаяся цепочка огней, скорее всего двигающаяся автомобильная колонна.
Весело мы забазировались — и объект под боком, и пещерка неплохая и вполне удобная. Ведь если подумать, то до бухты совсем близко — можно добраться вдоль берега незамеченными, а потом минеры могут уйти под воду и дойти до объекта диверсии на ластах. А интересно, как нас будут отсюда эвакуировать? Офицер, проводивший расчет высадки нашей группы, видно, был отличным специалистом. Нас вывели комбинированным способом, причем в такое время и на таком расстоянии от береговой линии, что мы через охрану района прошли на веслах совсем незамеченными. Оказывается не все здесь так просто у минеров. То ли дело у нас — прыгнул с парашютом или с борта на берег и побежал по сопкам. Назад я спускался довольно долго, под конец не удержавшись и навернувшись прямо на четвереньки. Хорошо, что упал на надутую палатку, а то бы отшиб себе все колени. Промаялся я еще час, наблюдая то за сектором, то за звездным небом с цепочкой лениво бегущих облаков. Потом в голову пришла мысль: если Дитер со своими водолазами тогда, еще на береговых занятиях, снял меня и Зеленого, стоящего в дозоре, без каких-либо затруднений, то и сейчас могут преподать урок спящему карасю. Может, обезопасить себя на всякий случай? Немного помозговав, я соорудил куклу из камней на плащ-палатке, накинул сверху полог и выставил антенну радиостанции. В темноте вполне можно принять за дремлющего дозорного. Ну что же, посмотрим, прав я или нет. Вскоре послышалось еле слышное шуршание камней. Рядышком с «куклой» появилась темная фигура и склонилась. Как можно тише, я шагнул из-за камня, за которым прятался, накинул на шею разведчику ремень от пулемета и повернул его в руках, упершись магазином в позвоночник неизвестного, одновременно пнув в сгиб колена.
