НАГРЯНУЛИ
Не было собак — и вдруг залаяли.Поздно ночью — что за чудеса! —Кто-то едет в поле за сараями,Раздаются чьи-то голоса…
Не было гостей — и вот нагрянули.Не было вестей — так получай!И опять под ивами багрянымиРасходился праздник невзначай.
Ты прости нас, полюшко усталое,Ты прости как братьев и сестер:Может, мы за все свое бывалоеРазожгли последний наш костер.
Может быть, последний раз нагрянули,Может быть, не видеться уже…Эту ночь под ивами багрянымиСохраню в тоскующей душе.
Подарили весточки счастливые,Посмотрели мой далекий край,И опять умчались, торопливые,И пропал вдали собачий лай…
* А между прочим, осень на дворе *
А между прочим, осень на дворе.Такую осень вижу я впервые.Скулит собака в темной конуре,Залечивая раны боевые.
Бегут машины, словно от улик,И вдруг с ухаба шлепаются в лужу!Когда, буксуя, воет грузовик,Мне этот вой выматывает душу!
Когда шумит холодная вода,И все кругом расплывчато и мглисто,Незримый ветер, словно в невода,Со всех сторон затягивает листья…
Раздался стук! Я выдернул засов.Я рад обняться с прежними друзьями.Похохотали несколько часов,Повеселились с грустными глазами.
Когда в сенях опять простились мы,Я первый раз так явственно услышал,Как о суровой близости зимыОсенний ливень жаловался крышам.
Прошла пора, когда в зеленый лугЯ отворял узорное оконце —И все лучи, как сотни добрых рук,Мне по утрам протягивало солнце…
* Ветер всхлипывал, словно дитя *
Ветер всхлипывал, словно дитя,За углом потемневшего дома.На широком дворе, шелестя,По земле разлеталась солома…
Закачалась над омутом ель,Заскрипели протяжно ворота,Скоро северным зверем метельПрибежит с ледяного болота.
Может, будешь кого-нибудь звать,Только голос твой будет не слышен,Будут громко всю ночь завыватьПровода над заснеженной крышей…
Мы с тобой не играли в любовь,Мы не знали такого искусства,Просто мы у поленницы дровЦеловались от странного чувства.
Как нам было расстаться шутя,Если так одиноко у дома,Где лишь плачущий ветер-дитяДа поленница дров и солома,
И дыхание близкой зимыВсе слышней с ледяного болота…
ВОРОНА
Вот ворона сидит на заборе.Все амбары давно на запоре.Все обозы прошли, все подводы,Наступила пора непогоды.
Суетится она на заборе.Горе ей! Настоящее горе!Мысли бегают, как электроны,В голове у голодной вороны.
ЗИМНИМ ВЕЧЕРКОМ
Ветер, не ветер, — Иду из дома!В хлеву знакомоШуршит солома,И огонек светит.А больше — ни звука,Ни огонечка!Во мраке вьюгаЛетит по кочкам!Эх, Русь, Россия,Что звону мало?Что загрустила?Что задремала?Давай пожелаемВсем доброй ночи!Давай погуляем,Давай похохочем!И всех разгоним,Кто с нами груб,И вырвем с корнемСтолетний дуб!И праздник устроим,И карты раскроем.Эх! Козыри свежи.А дураки — те же…
ДЕВОЧКА
Девочка на кладбище играетУ поющих пташек на виду.Смех ее веселый разбирает,Безмятежно девочка играетВ этом пышном радостном саду.
Не любуйся этим пышным садом!Но прими душой, как благодать,Что такую крошку видишь рядом,Что под самым грустным нашим взглядомВсе равно ей весело играть!..
* Над горной долиной — мерцанье *
Над горной долиной — мерцанье,Над горной долиной — светло.Как всяких забот отрицанье,В долине почило село.Тюльпаны, тюльпаны, тюльпаны…Не здесь ли разбойник морскойМечтал залечить свои раны,Измученный парусом рваным,Разбоем своим и тоской?Я видел суровые страны,Я видел крушенье и смерть,Слагал я стихи и романы,Не знал я, где эти тюльпаны,Давно бы решил посмотреть!В мерцающей этой долинеНад пенистой горной рекой,На черной, над вербами, глинеЗабыл я, что я на чужбине,В душе тишина и покой…И только, когда вспоминаюТот край, где родился и рос,Желаю я этому краю,Чтоб было побольше берез…
ШУМИТ КАТУНЬ
В. Астафьеву
…Как я подолгу слушал этот шум,Когда во мгле горел закатный пламень!Лицом к реке садился я на каменьИ все глядел, задумчив и угрюм,
Как мимо башен, идолов, гробницКатунь неслась широкою лавиной,И кто-то древней клинописью птицЗаписывал напев ее былинный…
Катунь, Катунь — великая река!Поет она нерадостные мифы,Как гунны шли и пировали скифы,Опустошая эти берега.
Прошли года. Еще прошли года.Все потонуло в ветреном и мглистом.И лишь Катунь, как древняя орда,Несется с воем, гиканьем и свистом.
В горах погаснет солнечный июнь,Заснут во мгле печальные аилы,Молчат цветы, безмолвствуют могилы,И только слышно, как шумит Катунь…
* Идет процессия за гробом *
Идет процессия за гробом.А солнце льет горячий свет.В его сиянии особомЗагадки есть, но грусти нет.
На лицах — скорбное смиренье,Волненье первое прошло,Прошел протест и удивленье, —Как это вдруг произошло!
Все тот же он — простор нарядный,Все тот же он — весенний пыл.И невозможен путь обратный,И славен тот, который был.
* Идет процессия за гробом *
Идет процессия за гробом,А солнце льет горячий свет,В его присутствии особомНа все сомненья есть ответ,Что невозможен путь обратный,И славен тот, который был,Он был и есть — простор нарядный,Он был и есть — весенний пыл.На лицах — скорбное смиренье.Волненье первое прошло,Прошел протест и удивленье:— Как это все произошло?Но есть еще вопрос угрюмый,Он заставляет нас тужить,Он занимает наши думы:— Как человек обязан жить?Как не блуждать среди тумана,Как выбрать путь, который тверд,Какому крикнуть капитану:— Эй, капитан, прими на борт!..
ПОСЛЕДНИЙ ПУТЬ
Идет процессия за гробом.Долга дорога в полверсты.На тихом кладбище — сугробыИ в них увязшие кресты.
Молчит народ. Смирился с горем.Мы все исчезнем без следа.И только слышно, как над полемТоскливо воют провода.
Трещат крещенские морозы.Идет народ… Все глубже снег.Все величавее березы.Все ближе к месту человек…
Он в ласках мира, в бурях векаДостойно дожил до седин.И вот… Хоронят человека…— Снимите шапку, гражданин!
ВЫСОКИЕ БЕРЕЗЫ, ГЛУБОКАЯ ВОДА
