ТАЙНА
Чудный месяц горит над рекою, Над местами отроческих лет,И на родине, полной покоя, Широко разгорается свет…Этот месяц горит не случайно На дремотной своей высоте,Есть какая-то жгучая тайна В этой русской ночной красоте!Словно слышится пение хора, Словно скачут на тройках гонцы,И в глуши задремавшего бора Все звенят и звенят бубенцы…
ХОЗЯЙКА
Как много желтыхСнимков на Руси!Их вид порой грустнее эпитафий.Как больно сноваДушу поразилСиротский смысл семейных фотографий!Огнем, враждойЗемля полным-полна, —И близких всехДуша не позабудет!..— Скажи, родимый,Будет ли война?И я сказал:— Наверное, не будет.— Дай Бог, дай Бог…Ведь всем не угодишь,Да от раздора пользы не прибудет!И вдруг опять:— Не будет, говоришь?— Нет, — говорю, —Наверное, не будет!— Дай Бог, дай Бог…И тускло на меняОпять смотрела, как глухонемая,И, головы седой не поднимая,Опять склонясь,Дремала у огня…Что снилось ей?Весь этот белый свет,Быть может, встал пред неюВ то мгновенье?Но я глухим бренчанием монетПрервал ее старинные виденья.— Господь с тобой!Мы денег не берем…— Простите, что ж!Желаю вам здоровья.За все добро расплатимся добром,За всю любовь расплатимся любовью…
РУССКИЙ ОГОНЕК
Погружены в томительный мороз,Вокруг меня снега оцепенели!Оцепенели маленькие ели,И было небо бледное, без звезд.Какая глушь! Я был один живой!Один живой в бескрайнем мертвом поле.Я шел вперед со всею силой воли!Но окружал меня звериный вой…И вдруг — о, славный русский огонек,Как уголек, мерцающий из праха! —Ты и меня от гибели сберегСреди снегов томительных и мрака,Среди безлюдья…
В мерзлое стеклоЯ постучался мерзлою рукою, —И на печи, где было так тепло,Отогревался, радуясь покою.Хозяйка тупо слушала меня:Уж в тусклом взглядеЖизни было мало.И, неподвижно сидя у огня,Она совсем, казалось, задремала…
Как много желтых снимков на Руси!В такой простой и бережной оправе!И вдруг открылся мне и поразилСиротский смыслСемейных фотографий!
Огнем, враждойЗемля полным-полна, —И близких всех душа не позабудет!..— Скажи, родимый,Будет ли война?И я сказал:— Наверное, не будет.— Дай Бог, дай Бог…Ведь всем не угодишь,Да от раздора пользы не прибудет!И вдруг опять:— Не будет, говоришь?— Нет, — говорю, — наверное, не будет!— Дай Бог, дай Бог…
И тускло на меняОна смотрела, как глухонемая,И, головы седой не поднимая,Опять склонясь, дремала у огня.Что снилось ей?Весь этот белый свет,Быть может, встал пред нею в то мгновенье?Но я глухим бренчанием монетПрервал ее старинные виденья.— Господь с тобой! Мы денег не берем…— Простите, что ж! Желаю вам здоровья.За все добро расплатимся добром,За всю любовь расплатимся любовью…Спасибо, скромный русский огонек,За то, что ты в предчувствии тревожномГоришь для тех, кто в поле бездорожномОт всех друзей отчаянно далёк,За то, что, с доброй верою дружа,Среди тревог великих и разбояГоришь, горишь как добрая душа,Горишь во мгле — и нет тебе покоя!..
ИВА
Зачем ты, ива, вырастаешь Над судоходною рекойИ волны мутные ласкаешь Как будто нужен им покой?
Преград не зная и обходов, Как шумно, жизнь твою губя,От проходящих пароходов Несутся волны на тебя!
А есть укромный край природы, Где могут, родственно звуча,В тени струящиеся воды На ласку лаской отвечать…
ИВА
Зачем ты, ива, вырастаешьНад судоходною рекойИ волны мутные ласкаешь,Как будто нужен им покой!
Преград не зная и обходов,Как шумно, жизнь твою губя,От проходящих пароходовНесутся волны на тебя!
А есть укромный край природы,Где под зеленою горойВ тени струящиеся водыС твоей ласкаются сестрой.
Они нежны к тенистой иве,И шелест ивы нежен к ним,И птичка звонкая под нимиПоет под небом голубым…
Зачем же, ива, вырастаешьНад судоходною рекойИ волны мутные ласкаешь,Как будто нужен им покой?
* Тихая моя родина! Вербы, луна, соловьи… *
Тихая моя родина! Вербы, луна, соловьи…Мать моя здесь похоронена в давние годы мои.
Где же могила, не видели? Поле до края небес.Тихо ответили жители: «Каждому памятник — крест!»
Тихо ответили жители, тихо проехал обоз.Купол церковной обители яркой травою зарос.
Лица старушек землистые, вроде могильной земли,Тоже какою-то мглистою серой травой заросли!
Там, где я плавал за рыбами, сено гребут в сеновал:Между речными изгибами вырыли люди канал.
Тина теперь и болотина там, где купаться любил.Тихая моя родина! Я ничего не забыл…
Старый забор перед школою, тщательно выметен сор.Словно ворона веселая, сяду опять за забор.
Школа моя деревянная! Поле, холмы, облака…Медом, зерном и сметаною пахнет в тени вербняка.
С каждой избою и тучею, с громом, готовым упасть,Чувствую самую жгучую, самую смертную связь…
* Когда душе моей *
Когда душе моей сойдет успокоеньеС высоких, после гроз, немеркнущих небес,Когда душе моей внушая поклоненье,Идут стада дремать под ивовый навес,Когда душе моей земная веет святость,И полная река несет небесный свет,Мне грустно оттого, что знаю эту радостьЛишь только я один. Друзей со мною нет…
РОДНАЯ ДЕРЕВНЯ
Люблю я деревню Николу,Где кончил начальную школу,Где избы просты и прекрасныПод небом свободным и ясным.Бывает, иной соколенокХрабрится, едва из пеленок:Мол, что по провинции шляться!В столицу пора отправляться!Когда ж повзрослеет в столице,Посмотрит на жизнь за границей,Тогда-то он вспомнит Николу,Где кончил начальную школу.
РОДНАЯ ДЕРЕВНЯ
Люблю я деревню Николу,Где кончил начальную школу,Где избы просты и прекрасныПод небом свободным и ясным.
Бывает, иной соколенокХрабрится, едва из пеленок,Мол, что по провинции шляться?В столицу пора отправляться!Когда ж повзрослеет в столице,Посмотрит на жизнь за границей,Тогда он оценит Николу,Где кончил начальную школу…
* В святой обители природы *
