- Розы в этой части сада чувствуют себя хуже, чем на востоке, - ответила она, продолжая жевать.
- Да, мне тоже так показалось.
- Ну вот, а я каким-то образом связана с ними. Из-за них и я чувствую себя больной.
- Мне надо было догадаться. Ты сразу изменилась, как только мы пришли в этот сектор садов.
- Ты не знаешь, с другими Эмпузами такое случалось?
- У каждой Эмпузы особая связь с розами, - медленно произнес Астерий. - Она в крови у Верховных жриц Гекаты.
- Это я уже знаю. Даже там, в Талсе, я всегда ощущала связь с розами, и то же было со всеми женщинами нашего рода. Мы всегда владели этим даром. Это… это нечто вроде фамильной традиции.
Астерию показалось, что Микадо стало не по себе. Может быть, она скучала по родным? Или по своему прежнему миру? От этой мысли в груди Астерия что-то сжалось. Возможно, там остался мужчина, к которому Микадо была привязана? И именно потому ее голос так менялся, когда она упоминала о своей прошлой жизни? Но прежде чем он успел обдумать эти вопросы, Микадо продолжила:
- Но мне вот что хотелось бы знать: чувствовали ли другие Эмпузы себя по-разному в зависимости от состояния роз?
- Может, и чувствовали, но я этого не знаю. Другие Эмпузы редко разговаривали со мной.
Микадо удивилась.
- Но ты же Страж этого мира! Разве им не было необходимо поговорить с тобой о… - Ее рука взлетела, указывая на Стену роз. - О защите этого мира и всяком таком?
- Каждая Эмпуза знала, что я выполню свой долг. И ни одна из них не считала нужным обсуждать это со мной. Если Эмпуза ощущала приближение опасности, она звала меня. Кроме этого у нас редко возникала нужда о чем-то говорить.
Он подумал о той Эмпузе, что была здесь перед Микадо, и снова ему стало стыдно из-за того, как легко ей удалось его одурачить, заставив поверить, что она о нем заботится. Но ведь именно то, что многие поколения Эмпуз избегали его, воспринимая его охрану как нечто само собой разумеющееся, и стало главной причиной… она легко обманула его своей хитростью. Одно-два добрых слова - и он уже не видел ничего вокруг себя, он лишь надеялся, что она проявит к нему чуть больше доброты.
Может ли то же самое произойти и с Микадо? Неужели он до сих пор так отчаянно ищет женской нежности, что уже втягивается в новую игру?
Но какую именно игру? Микадо ведь ничего не знает о том, что ее ждет, так что у нее просто нет причин, чтобы соблазнять его ради обмана.
- Астерий?…
Звук собственного имени ворвался в водоворот его мыслей.
- Ты не должна называть меня так, когда кто-нибудь может услышать.
Его голос прозвучал резче, чем хотелось бы, и он с ужасом увидел, как в ее глазах отразилась боль.
- Прости. Мне вообще-то надо было сначала спросить, не против ли ты, чтобы я называла тебя настоящим именем.
- Я не против. - Страж посмотрел ей в глаза, желая, чтобы она прочла в его взгляде все то, что он чувствует, то, что он не мог выразить в словах. - Просто для всех я предпочел бы оставаться Стражем.
- Да, понимаю… - тихо произнесла Микадо.
- Понимаешь? А тебе ведомо, какая сила таится в настоящем имени?
- Нет,- чуть слышно сказала она. - Расскажи мне об этой силе.
- Когда ты произносишь мое настоящее имя, я слышу его не только ушами, но и всей душой. Этим словом ты касаешься моей души.
- Человеческой души, Астерий.
- Так и богиня мне говорила, - кивнул он.
- А ты ей не веришь?
- Я никогда не страдал недостатком веры в Гекату, - быстро ответил Астерий.
- Значит, ты не веришь самому себе, - сказала Микадо.
Он отвел взгляд от ее слишком понимающих глаз и несколько мгновений просто молчал, сжимая и разжимая кулаки. Потом наконец неохотно признался:
- Наверное, мне действительно трудно поверить в человека, который скрыт внутри чудовища.
Микадо надолго замолчала. Он ощущал ее мысли. Он не мог прочитать их, но знал, что она думает о нем… размышляет… взвешивает слова для ответа…
- Может быть, тебе нужен кто-то, кто поверил бы в человека, чтобы ты перестал видеть в себе одно только чудовище?
Когда до Астерия дошел смысл ее слов, он вздрогнул, и в нем загорелась такая сильная надежда, что он почувствовал, как зверь шевельнулся в ответ.
- Да как же ты можешь видеть во мне что-то, кроме монстра? - От силы его чувств голос Астерия загремел как гром, и хотя он заметил, что на этот раз Микадо не отшатнулась в испуге, он все же постарался совладать с собой. - Посмотри на меня. Послушай меня. Я не в силах даже смягчить свой голос, чтобы сказать несколько слов тебе! В моей внешности уж слишком мало человеческого.
- Тогда, видимо, я просто должна заглянуть поглубже, под внешность.
От улыбки, появившейся на ее пухлых губах, сердце Астерия болезненно заколотилось. Ему захотелось подхватить Микадо на руки и прижать к себе. Но он не мог… не здесь и не сейчас, а возможно, и никогда. Он не мог прикоснуться к ней. Разве что на мгновение…
Астерий поднял руку и тихонько дотронулся пальцами до ее щеки.
- Микадо, ты заставляешь меня думать, что я все еще сплю, - пробормотал он как можно тише и мягче.
Она посмотрела ему в глаза.
- Мне иногда кажется, что это было бы прекрасно. Джии говорила, что у меня есть сила ткать сны. Может быть, мне удастся придумать, как соткать один такой сон для нас…
Пальцы Астерия начало покалывать, и он неохотно убрал руку от лица Микадо. Она вздохнула, как будто тоже была разочарована тем, что он перестал прикасаться к ней. Потом встряхнулась.
- Ладно, оставим сны на потом. А прямо сейчас давай-ка поскорее поедим. Я не закончила здесь все, что нужно, а мне еще хочется проверить, как идут дела у Неры и Джии, пока не слишком стемнеет.
И вот, как то ни было удивительно, Астерий и Микадо пообедали вместе на виду у множества женщин этого мира, которые частенько бросали взгляды в их сторону, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь в густой тени древнего дуба.
Нечеловечески острый слух Астерия уловил шаги задолго до того, как Микадо заметила свою служанку, и украдкой заставил тень под деревом рассеяться. А потом встал и отошел, приняв такой вид, словно он стоял здесь лишь потому, что ожидал очередного приказания Эмпузы, а вовсе не сидел рядом с ней за весьма интимным обедом,
- Эмпуза, женщины уже поели, - сказала Флога, бросив косой взгляд на Стража.
- Отлично! Мы тоже пообедали.
И Микадо весьма подчеркнуто протянула руку Астерию. Он помог жрице встать на ноги. Она улыбнулась и поблагодарила его, как будто он был рядовым мужчиной, привыкшим касаться женских рук. А потом повернулась к вытаращившей глаза Флоге.
