class="p1">Выдохнув, я постарался успокоить свой терзающий организм.
— Бумаги сюда тащи. В моё крыло дома, — тихо отдал я команду, глянув на гоблина. — Посмотрим, где он шлялся под Мглой.
Ушастик задумчиво посмотрел на меня, придерживая пальцем козырёк фуражки. Но стоило мне попытаться изобразить вопросительное выражение лица, как сразу умчал в дом.
Правда, ему пришлось меня подождать. Перед тем, как приступить к изучению трофеев, я занялся Кью. Уж больно её напряг визит киборга. Настолько, что косуля постоянно свистела, бешено кося алыми глазами в сторону ворот и намекала, что не прочь сорваться в самоволку.
Помня о том, что привязь в её случае играет больше формально-декоративную роль, я предпочёл успокоить косулю. На что ушло не меньше десятка минут. А когда вернулся в своё крыло, на полу одной из комнату уже сидели Гоша с Кэпом и Йорик.
Карты и записная книжка лежали между ними. Судя по виду — нетронутые. Могу поспорить, не будь тут кобольда, гоблины не удержались бы. У них аж глаза блестели нетерпением — настолько оба хотели понять, что такого ценного может оказаться в бумагах.
— Чё там, Тони? Этот подхвостыш ариковский ценности какие нашёл? — сразу же повернулся ко мне Гоша. — Мы прям щас пойдём и всё заграбастаем? Раз за спасение не отблагодарили, это всё наше, так то. По справедливости.
— Не все меряется деньгами, мой друг, — вдруг скрипуче изрёк Йорик. — Некоторые горизонты совсем о другом.
— Вот чё ты начинаешь, панцирник? — возмущённо уставился на него лидер зеленокожих карликов. — Если речь не о спасении братанов, то мир крутится вокруг бабла и сисек. Иногда ещё жоп.
Разные они всё-таки. Как небо и земля. А вот на документы и правда взглянуть интересно. Начав например вот с этой карты. Интересно. По сути — карта зоны заражения Мглой. Именно тот участок Балкан, что оказался покрыт смертоносным туманом.
Сейчас я держал копию той самой карты, которую совсем недавно изучал в сети. С той разницей, что здесь имелись пометки. Вернее, всего одна — нарисованный от руки череп, который потом был обведён красным кружком.
Резово. Тот самый анклав цвергов, куда я думал заглянуть, если придётся тащиться в Болгарию. Около самой границы их Царства. Что там такого, раз поручик пометил его черепом?
Ладно. Что у нас в следующей карте? Хм. Окрестности того самого Резово и само поселение. На этот раз — с целой грудой разнообразных пометок. На любой вкус — от черточек, до разноцветных кружочков внутри. И опять же — черепа. Только теперь сразу пять штук. Каждый из которых был расположен внутри анклава цвергов.
— Череп, это чё? Грохнули там кого? — подхватил Гоша первую карту. — Или он так какое-то паскудство пометил? Нахрена он туда вообще попёрся? Может эти скряги золото заныкали?
Как-то не сильно эти карты напоминали схему прорыва к чему-то ценному. Если посмотреть на вторую, чёрточки вокруг анклава вовсе походили на оборонительный периметр. Только вот, кто такой станет сооружать под Мглой? И как? Свенги, предположим, могут протянуть там долго. Дарги ещё дольше. В теории, если загнать в туман пару тысяч вооружённых орков, они смогут какую-то защитную линию оборудовать. Особенно, если им тяжелое вооружение дадут.
Однако, кто ими командовать будет? Разве что целый клан взять со своими собственными лидерами. Но даже если так — скрыть переброску пары тысяч орков с тяжелым вооружением, проблематично. К тому же, ротацию им всё равно нужно обеспечить. Иначе с ума сойдут.
— Не пахнет тут золотом, Гош-скош. Чё-то другое в отбитой башке того типа крутилось, — философски изрёк Кэп. — Может они там оружие какое спрятали?
Третья и четвёртая карта снова отображали побережье. Крупный план маршрута от Константинополя до Резово и дорогу туда же из Бургаса, вплотную к которому подступала Мгла. Основательный подход.
Взяв в руки ежедневник, я только сейчас заметил, что с его задней стороны прицеплено что-то вроде кожаного мешочка. Знаете, есть такие хреновины, которые на телефоны цепляют или планшеты. Чтобы туда несколько банковских карт засунуть или ещё какую херню. Вот тут было похоже. Только крепилось с одной стороны и почти на всю поверхность записной книжки.
Что было внутри? Четыре фотоплёнки. Сначала я даже удивился. Электрика же под Мглой не пашет. И только потом сообразил, что обычные фотоаппараты могут и без батареек обойтись. Ловкий, кстати ход. Хотя оба гоблина и кобольд смотрели на плёнки с такими лицами, что было понятно — для них он полностью очевиден.
— Где их можно проявить? Так, чтобы информация не ушла на сторону, — поднял я глаза на Гошу.
— Ну… — не слишком уверенно протянул ушастый эксперт по услугам в отчуждённой зоне. — Мест много, Тони. Но болтать точно будут все.
Твою ж дивизию. Что за мир такой, где никому нельзя верить.
— Йорик, а у тебя в памяти предков ничего подходящего нет? — повернулся я к кобольду. — Если купить всё необходимое, может справишься?
— Мне жаль наставник, но таким мои предки не занимались, — после короткой паузы, качнул головой мой падаван. — Или не сочли это знание полезным.
А вот зря. Не селфи же поручик там делал на механическую фотокамеру. Кстати, если подумать — для съёмок в Ферзе, которыми я угрожал, такой тоже можно использовать.
Так. Не отвлекаться. Четыре плёнки. По тридцать шесть кадров на каждой. Либо Латов — отбитый на всю голову псих, либо снимал что-то важное. И помня о видимости под Мглой — с близкого расстояния.
Не, понятное дело, вариант с его личным заскоком исключать было нельзя. Мало ли — может он любовник чьей-то там дочери или даже муж. Либо наоборот сын. В крайнем случае — бастард. Арик, который сам выбирает себе развлечения. На этот раз допустивший ошибку. Вот только слишком уж убедительно он звучал при первой нашей встрече.
— Гоша, поищи в сети герб, который ты сфотографировал на телефон, — смотря на гоблина, я положил четыре плёночных кругляша рядом с собой. — И подумай, как можно всё устроить, чтобы получить фото, но не привлечь внимания.
— Тони, я тебе могу только повторить — языком любой трепать станет. Без вариантов, — пожал он плечами. — Опция одна. Сделать фото, а потом снести голову.
Звучало то надёжно. Но идея взять и просто убить человека, к которому явился за услугой, выглядела для меня диковато. Да — мир
