ввиду их бестелесной природы они выше законов материального мира. Они, в отличие от ангелов и святых, совершают чудеса не с помощью Бога, не для Него, не в Нем, не через Него, а против Него, не имея любви к Нему и к людям, поскольку всегда действуют с целью уничтожить их. Поэтому их чудеса не свидетельствуют о силе Божией, сиянии Его благой энергии, действии Его исцеляющей и спасительной благодати, они имеют не бо́льшую ценность, чем уловки фокусника, который обманывает своих зрителей внешним представлением.
Любовь к Богу и ближнему не просто придает ценность и значимость всему, что мы можем сделать и узнать. Благодаря любви мы можем жить настоящей и наполненной жизнью. Мы способны достигнуть совершенства только через любовь к Богу и к нашим ближним. Человек может стать в высшей степени человеком, только став богом по благодати. Бог есть любовь, поэтому человек может сделаться богом только благодаря любви и через нее. Без любви он обнаруживает наготу (см.: Быт. 3, 7), то есть ничтожность своей падшей природы.
Апостол Павел: Любовь – мать и сумма всех добродетелей
Текст
Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.[537]
Комментарий
В этом небольшом отрывке из Первого послания к Коринфянам апостол Павел указывает несколько признаков того, что есть христианская любовь, и, кроме того, подчеркивает ее связь с большинством иных добродетелей.
Удивляет в первую очередь то, что апостол определяет любовь в отрицательной (чем она не является и чего не делает) и утвердительной (чем она является и что делает) формах.
Можно видеть, что любовь не является (как часто думают) ни одним лишь чувством, ни всего лишь чувством, но она есть сложная совокупность, в которой нет места одним ощущениям и состояниям, но есть место другим.
Заметим, что среди того, что несвойственно любви, почти все основные страсти, которые впоследствии были определены православными авторами.
Среди положительных чувств, которыми представлена любовь и которые служат ее проявлениями, апостол Павел называет следующие:
– любовь долготерпит;
– любовь милосердствует;
– любовь сорадуется истине;
– любовь все покрывает;
– любовь всему верит;
– любовь всего надеется;
– любовь все переносит.
Долготерпение можно понимать как «великодушие»;[538] оно противоположно связанным с эгоизмом скаредности и мелочности и служит основой для открытости, сострадания и прощения.
Милосердие [539] есть готовность послужить ближнему, то есть со смирением прийти ему на помощь каждый раз, когда она ему необходима в плане духовном, психологическом, материальном. Милосердие созвучно наставлению Христа быть всем слугою (Мк. 9, 35; см.: 10, 43-44) и подражать Ему, так как Сын Человеческий пришел, чтобы послужить (Мф. 20, 28; Мк. 10, 45).
Расположение сердца все покрывать [540] противоположно гневливости, оно коррелирует с милосердием и прощением, но шире, больше, последнего, потому что прощают ошибки, вину, а покрывают – поступки и слова, которые не обязательно бывают ошибками, провинностью, но могут нас покоробить, вызвать раздражение или заставить осудить. По этой причине умение все покрывать также связано с неосуждением ближнего.
Всему верить не значит быть наивным или слепым, но подразумевает доверие ближнему априори, исключающее подозрение, мнительность или любое другое отношение к нему, из-за которого мы можем закрыться от другого человека и, как следствие, замкнуться на себе.
Любовь «всего надеется», потому что никогда не отчаивается [541] в ближнем, но утверждает, что он, каким бы ни было его состояние, благодаря собственной свободе и внутренним ресурсам, а также при содействии благодати Божией сможет измениться, стать лучше, духовно вырасти, и это возможно даже если он величайший грешник. Если говорить в более широком смысле, благодаря такому расположению мы будем непрестанно желать ближнему величайших благ.
Утверждая, что любовь «все переносит», апостол имеет в виду аллюзию на терпимость, а в более глубоком смысле – на терпение, которое все святые отцы считают основополагающей добродетелью. Терпение – добродетель многогранная, противоположная различным страстям и связанная со многими добродетелями. В контексте отношений с ближним имеется в виду то, что ближнего нужно принимать таким, какой он есть, – с его недостатками, никогда не следует раздражаться на его слова, суждения, поведение, которые могут показаться обидными или неприятными, нужно совершенно уклоняться от осуждения, систематически прощать его ошибки, ожидать, когда он исправится, считать себя бо́льшим грешником, чем он, молиться за него. Об этом единодушно пишут святые отцы, а множество примеров исполнения приведенных принципов в жизни можно найти в патериках и житиях святых.
Слова о том, что любовь сорадуется истине, значат, что она исключает всякое злословие ближнего, клевету в его адрес или ложь в отношениях с ним. Кроме того, они значат, что христианская любовь неотделима от принятия ближнего таким, какой он есть, – в его истинной природе, сотворенного по образу и подобию Божиему, человека, который призван стать чадом Божиим по усыновлению и богом по благодати. Эти слова подразумевают, что, памятуя о существующей и потенциально возможной связи нашего ближнего с Богом, мы ощущаем духовную радость. При этом воспринимать ближнего не таким, какой он есть, – всегда источник грусти, обмана и греха. Всякий недостаток любви обусловлен тем, что, когда мы видим ближнего и вступаем в отношения с ним, замечаем только то, что находится на периферии, – второстепенное, временное, связанное с его греховной природой, а не его истинную, глубочайшую сущность: что он пребывает в Боге и Бог – в нем, что он может стать богом по благодати. Именно так святые видят всех людей, и поэтому преподобный Серафим Саровский встречал каждого человека словами «Радость моя!».
Апостол Иоанн Богослов: Благодать брака преображает естественную любовь-чувство в духовную любовь
