и говорит уже минут пять.
– Пять минут назад он вышел от нас, – напомнила я.
– Знаю. Я подождала внизу, пока Женечка помогал.
– Это капец, – прошептала я, задыхаясь от возмущения.
– Ты любишь кино? Женечка уже забронировал билеты, а я приготовлю вкусняшки. Не волнуйся, я буду сидеть через три ряда от вас.
– Хватит! – рявкнула я, потеряв последние капли терпения. – Хватит нести чушь! Я не пойду с вами в кино! Ни с вами, ни с вашим сыном. Это ненормально! Это ненормально, – повторила я тише.
Ну не зря мне эта женщина показалась неадекватной. Не бывает таких поехавших крышей людей.
– Сеар! – прошипела я, окончательно удостоверившись в своих подозрениях, подхватывая сумочку и пулей вылетая из кабинета.
Глава 32. Ты меня не удивила, Анна
Я считала метры до бара принца Преисподней, даже не сомневаясь, что он там. Откуда я это знала, и сама не понимала. Просто была уверенность, что застану Сеара на месте.
До чего мне хотелось взглянуть ему в лицо и сказать: план, который он придумал, мог бы и сработать, если бы он не прислал неадекватную тетю Лизу. Которая откровенно переигрывала! Ну нельзя быть насколько пришибленной особой, которая устраивает личную жизнь сыночки-корзиночки так настойчиво и так топорно.
До ее появления на нашей кухне я верила, что Сеар дал мне выбор.
– Лживый демон! – выпалила я, влетая в кабинет, игнорируя приветствия иллюзий. – Подумал, что я не догадаюсь?!
– Добрый день, Анна, – поздоровался он, сидя на краю стола и прикуривая сигарету.
– Ты знал, что я приду! – я продолжала нападение. Ну не мог он не знать о моем появлении, выглядело все так, что он был готов к нашей встрече.
Нетронутая бутылка вина, два бокала.
Принц Преисподней красиво проворачивал в руке золотистую зажигалку, то открывая ее, то закрывая со звонким щелчком.
– Не имел представления, – ответил он, глубоко затягиваясь сигаретным дымом и выпуская его, чуть приподняв подбородок и смотря на меня сквозь длинные ресницы.
– Ну, конечно.
– Я могу поклясться, если ты этого попросишь.
– Поклянись, – хмыкнула я.
– Клянусь, – сказал он спокойно, продолжая курить и выпускать дым струйкой.
– Я тебе не верю.
– Ты меня не удивила, Анна.
Я смотрела на демона и была готова расплакаться. Я ожидала, что он будет отрицать, пытаться доказать непричастность ко всему, что происходило и происходит. Или улыбнется дьявольской улыбкой и скажет, что вновь обманул меня, заставив прийти к нему. А он был спокоен и… равнодушен! Словно и не прошло больше двух месяцев с момента нашей последней встречи. Словно он не испытывал ничего, а я была для него простым контрактом, который он завершил.
– Тетя Лиза переигрывала, – сказала я.
И если бы не мое глупое и фееричное появление в кабинете принца Преисподней, то я бы уже бежала к выходу.
– И что же она сделала?
– Она сделала все, чтобы ее сын никогда не нашел нормальную девушку.
– Угу, – протянул Сеар. – С ней был и сын? И зачем они приходили к тебе? А кто они вообще? Родственники? Знакомые?
– Не делай вид, что ничего не знаешь, – я вдыхала терпкий аромат сигарет, ощущая, как внутри поднимается приятная волна жара. Она обволакивала, даря ни с чем несравнимое чувство уюта.
– Не буду. Так что с тетей Лизой и ее сыном?
– Они оба нездоровы. Абсолютно! Как с другого мира или планеты. Не удивлюсь, если тетя Лиза Женечку кормила грудью лет до десяти.
– Печально, – принц Преисподней поддерживал разговор в раздражающей безэмоциональной манере. Так говорят с малознакомым человеком на скучную для тебя тему.
– Ты сделал все, чтобы моя жизнь была ужасной. Подсказал маме с работой у Веры Марковны. Самой противной женщины на Земле. Никогда не встречала человека более жадного, высокомерного и…
– Это я ее сделал такой? – уточнил Сеар.
– Наверное, – ответила я без прежней уверенности.
– Что еще я сделал?
– Портил мне жизнь.
Улыбка искривила красивые губы.
– Мне жаль тебя разочаровывать, но ты жила именно так, как и хотела. Человеческой жизнью. Простой. Без вмешательства потусторонних сил. Опять мне не веришь, – хмыкнул он.
– Не верю, – произнесла я, краем глаза замечая движение кресла. Когда я вбежала, оно стояло к входу спинкой, а теперь я видела в нем красивую женщину, которая наблюдала за мной. Без насмешки или превосходства – с интересом.
– Сеар, ответь девочке, – сказала она, забирая из его рук сигарету и туша в пепельнице.
– Что именно я должен ответить? – он говорил с ней, но смотрел на меня. – Любые слова Анна принимает за ложь. Любые действия – за кражу ее свободы. Все же феминизм был ошибкой в этом мире, – добавил он, и незнакомка звонко рассмеялась.
– Да-да. Так говорит любой мужчина, который не может справиться со своей женщиной.
– А я не хочу справляться. Я хочу любить.
– А Анна тебе не дает этого?
– Яростно сопротивляется.
– Так, может, пора настоять на своем. Мы иногда сами не осознаем своих желаний. Или привыкаем бежать и не можем остановиться.
– Кто вы такая, чтобы знать обо мне что-то?! – воскликнула я.
– Я знаю о тебе все, Анна. Жаль, что ты о себе так мало. До встречи, принц, – произнесла она, грациозно поднимаясь с кресла, подхватывая бутылку вина и неторопливо выходя из кабинета, едва задевая меня плечом.
Цок. Цок. Цок.
Каждый шаг – как удар по гордости и самолюбию.
Каждая секунда здесь – сравни смерти.
Мы остались одни.
Я в дверях кабинета.
Демон – сидя на крае стола.
– Вновь побежишь? – спросил он, теряя человеческий облик и представая передо мной в истинном обличье, не показав лишь крылья. – Или обвинишь в чем-то перед этим? В неверности? В жестокости? Во вмешательстве в жизнь? Я могу взять все смертные грехи на себя, если от этого тебе станет легче. Так чего же ты хочешь, Анна?
– Кто она? – спросила я, все еще чувствуя мягкий аромат чужих духов.
– Ревность? – усмехнулся он. – Если бы я знал, что она так действенна, то давно воспользовался ею.
– Кто она? – повторила я, чувствуя, как лечу в бездну. Мой мир, который я посчитала выдуманным и ненастоящим, оказался реальным. Принц Преисподней действительно предоставил меня самой себе. И жил. Жил в свое удовольствие, не отказывая в радостях и приятностях. Минуту назад здесь стояло вино и сидела красивая женщина.
Эта мысль так больно кольнула, что из глаз брызнули слезы.
– Слезы. Одна из женских уловок.
Я ничего не ответила, чувствовала себя бесконечно глупой и несчастной.
– Так что мне делать, Анна?
– Сгинуть в Преисподней! – выкрикнула я, поворачиваясь к демону
