— Все смертные, — повторил он. — Даже те, кто когда-то были Богами. Ты говоришь о Валтонисе!
— Мина, направляясь в Дом Богов на поиски матери, ищет также и своего отца. Валтонис, бывший некогда Паладайном, не связан клятвой Гилеана. Валтонис — единственный, кто может помочь Мине.
— А Мина поклялась убить его — единственного человека, который способен ее спасти.
— Саргоннас умен, намного умнее Чемоша. Он намерен предоставить Мине выбор — Тьма или Свет. Гилеан не может вмешиваться в это дело. Саргоннас предоставит выбор и Валтонису. Горькая дилемма для Мины, для Валтониса, для тебя, брат, — сказала Мишакаль. — Завтра я могу послать тебя, Мину и тех, кто решит идти с вами, на встречу с Валтонисом, если ты все еще хочешь с ним встретиться. Я дам тебе ночь на размышления, потому что тебя, возможно, ожидает смерть.
— Мне не нужна ночь, чтобы решить, Белая Госпожа, — возразил Рис. — Я уже все решил. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь Мине и Валтонису. И я не боюсь за него. Он не путешествует в одиночку. Его постоянно сопровождают Верные, добровольные телохранители, поклявшиеся защищать его…
— Это так, — сказала Мишакаль с сияющей улыбкой. — Его охраняют многие из тех, кто любит его. — Она вздохнула и тихо добавила: — Но они не могут выбирать. Выбор принадлежит Валтонису, и только ему…
Глава 3
Женщина из народа Диковатых Эльфов по имени Элспет странствовала с Валтонисом с самого начала. Она была одной из Верных, хотя на нее нечасто обращали внимание.
Валтонис решил добровольно покинуть Пантеон Богов, чтобы сохранить Равновесие, нарушенное после изгнания его темной противницы Такхизис. Выбрав смертный удел, он принял облик эльфа и присоединился к этому народу в его горьких скитаниях вдали от древней родины. Он не желал вести за собой последователей. Он хотел идти своим трудным путем в одиночестве. Те, кто решил сопровождать его, сами сделали этот выбор, и люди называли их Верными.
У всех Верных сохранились живые воспоминания о первой встрече с Богом-Странником — они помнили даже час, в который это произошло, помнили, светило ли солнце, шел ли дождь; его слова проникали прямо в сердце и навсегда меняли жизнь человека. Но никто не помнил первую встречу с Элспет, хотя все знали, что она была с ним, они просто не могли припомнить время, когда ее не было.
Элспет, женщина неопределенного возраста, носила простую, грубую тунику и кожаные штаны — обычную одежду Диковатых Эльфов, которые никогда не чувствовали себя уютно среди цивилизации и вели одинокую жизнь в безлюдных уголках Ансалона. У нее были длинные белые волосы, рассыпавшиеся по плечам, и прозрачные синие глаза. На приятном, но неподвижном лице редко отражались какие-либо чувства.
Элспет держалась особняком даже в компании других Верных. Те понимали причину такого поведения — или им казалось, что понимали, — и обращались с ней мягко. Элспет была немой, у нее был отрезан язык. Никто не знал, каким образом она получила это ужасное увечье, хотя про нее ходили кое-какие слухи. Некоторые утверждали, что женщина подверглась насилию, и насильник вырезал ей язык, чтобы она не смогла назвать его имя. Кто-то говорил, что это дело рук минотавров — нынешних правителей Сильванести. Известно было, что они отрезали языки у всех, кто осмеливался порицать их.
Самый жуткий слух, который все опровергали, гласил, что Элспет сама отрезала себе язык. Никто не мог объяснить, зачем ей это было нужно. Какую тайну она скрывала, тайну настолько ужасную, что даже решила стать немой, чтобы не выдать ее?
0стальные*3ерные всегда были добры к ней, пытались вовлечь ее в свои дела и беседы. Однако Элспет отличалась болезненной застенчивостью и замыкалась в себе, если кто-нибудь заговаривал с ней.
Валтонис обращался с Элспет точно так же, как и с другими Верными, — со сдержанной, но мягкой вежливостью, не свысока, но несколько отчужденно. Между Богом-Странником и Верными существовала преграда, которую невозможно было преодолеть. Он был смертным. Будучи эльфом, он старел не так быстро, как люди, но постоянные путешествия наложили на него свой отпечаток. Он всегда ночевал под открытым небом, отказываясь принимать приглашения в хижины и замки, и путешествовал в любую погоду, в ветер и дождь, под палящим солнцем и снегопадом. Его светлая кожа обветрилась и почернела. Он был стройным и худощавым, одежда — туника и штаны, сапоги и шерстяной плащ — была потрепана непогодой.
Верные смотрели на своего лидера с благоговейным ужасом, никогда не забывая о жертве, которую он принес во имя человечества. В их глазах он по-прежнему был почти Богом. А кем он был в своих собственных глазах? Этого никто не знал. Он часто говорил о Паладайне и Богах Света, но всегда так, как смертные говорят о небожителях, — благоговейно и с почтением. Он никогда не говорил о высших " существах так, словно некогда был одним из них.
Верные часто рассуждали между собой о том, помнит ли Валтонис, что прежде являлся самым могущественным Богом во вселенной. Иногда во время разговора он замолкал и смотрел куда-то вдаль, и лоб его прорезала морщина, словно он изо всех сил старался вспомнить нечто очень важное. Верные считали, что в такие моменты его посещали мимолетные воспоминания о прежней жизни, но когда он пытался воскресить эти воспоминания, они ускользали, эфемерные, словно утренний туман. И ради Валтониса его спутники молились, чтобы он никогда не вспомнил о прошлом.
В такие минуты Верные всегда замечали, что Элспет пододвигается поближе к Валтонису. Случайно взглянув на нее, они замечали, что она сидит тихо, неподвижно, не сводя взгляда с Валтониса, словно он был для нее всем, единственным, что она желала видеть. Озабоченное выражение исчезало с его лица, и он слегка встряхивал головой, улыбался и продолжал свой рассказ.
Число Верных каждый день изменялось: некоторые решали присоединиться к Валтонису в его бесконечных странствиях, некоторые покидали его. Валтонис никого не просил остаться, никого не просил уйти. Последователи не клялись ему в верности, потому что он не принял бы такой клятвы. Они принадлежали к самым различным расам и слоям общества, как богатым, так и бедным, среди них были люди ученые и простые, благородные и низкие. Никто не расспрашивал новичков об их жизни — Валтонис не разрешал этого.
Все Верные помнили тот день, когда из леса внезапно появился людоед и приблизился к Валтонису. Несколько воинов схватились за мечи, но Бог-Странник взглядом удержал их. Он продолжал говорить с теми, кто шел рядом, но спутники едва слушали его, будучи не в силах оторвать глаз от людоеда. Гигантское чудовище неуклюже шагало следом, бросая вокруг злобные взгляды и рыча на тех, кто осмеливался приблизиться к нему.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
