с него в противника полетели стрелы и камни.
«Кабан» ответил как-то нехотя. Неожиданное появление сильнейшего привело в замешательство хиллдурского ярла. «Кабан» затормозил веслами.
А старый «Змей» показывал способности свои и Эйнара. Он уже возвращался, отрезая «Кабану» единственный путь отступления в открытое море. Чтобы не терять время на поворот, гребцы Грольфа пересели лицом к носу драккара. Поздно! Они были окружены.
Четыре драккара Оттара не спеша сближались с потерявшим ход «Кабаном».
Хиллдурский ярл не стал дожидаться, когда на него обрушатся ливни стрел и камней со всех сторон. Он не мог ни победить, ни уйти, это понимали все. А погибать он не собирался. Следовало спасать себя и дружину.
Грольф закричал Оттару:
– Сдаюсь! Сдаюсь!
Он бросил свой щит и снял шлем. Драккары сошлись так близко, что Оттар видел пасть Грольфа, оскаленную в улыбке. Побежденный ярл приветственно махал рукой победителю, как игрок, потерявший партию в кости или проспоривший заклад. Грольф и делал этот условный знак побежденного игрока – тряс рукой с растопыренными пальцами. На драккарах больше не гребли, и течение тянуло их, как связанных, обратно на север, к мысу Хиллдур, который был виден уже весь. Туман рассеивался, в воздухе посвежело, будет ветер.
«Змей» подошел к «Кабану» вплотную и забросил на высокий борт пленника абордажные крючья и багры. С «Кабана» передавали оружие и доспехи побежденных. «Дракон», «Орел» и «Волк» ждали, сурово нацелившись, разоружения побежденных.
– Торопись, Грольф, торопись! – закричал Оттар, показывая рукой на берег. Там, в опасной близости к каменной гряде, прикрывавшей от западного ветра фиорд Грольфа, покачивалась брошенная «Змеем» баржа. Издали казалось, что неуклюжее тяжелое судно уже вошло в белизну прибоя.
Маленькие фигурки траллсов старались грести рулем, как хвостом рыбы, и удержать баржу. Другие траллсы, прикованные не к рулю, а к палубе баржи, кажется, пытались вырвать кольца из балок. И траллс не всегда хочет умирать. А эти знали, что их продадут в Скирингссале, и мечтали о другом хозяине вместо нидаросского ярла, чуть ли не как о свободе…
В ответ на крик Оттара Грольф бешено заметался по «Кабану», торопя викингов. Гибель баржи была бы дополнительно возложена на его счет. Оружие и доспехи дружины Грольфа полетели на «Змея». Вскоре Грольф, сохраняя остроумие, сообщил:
– Все, клянусь мечом, который уже не мой, все!
На высотах Хиллдурского фиорда развевались тревожные дымы. Из-за каменной гряды, куда тащило брошенную баржу, выскочили два малых драккара. Один храбро пошел в море, а другой помчался ловить баржу.
Эйнар осмотрел «Кабана» и вернулся к себе. Старый драккар отошел от «Кабана». Победитель осел почти на целую доску под тяжестью трофеев.
3
Оттар обнял Грольфа и, по обычаю, выпил с ним пива из деревянного ковша, как хозяин с гостем.
Безоружный «Кабан» болтался на коротком канате за кормой «Дракона». Викинги Грольфа оживленно переговаривались с викингами Оттара; большинство из них были хорошо знакомы друг с другом, а многие были и товарищами.
Ярлы беседовали о погоде истекшего лета, о китовой и рыбной ловле, о результатах хозяйства в своих владениях и прочих делах, имевших общий интерес. Когда все возможные темы были тщательно и совершенно исчерпаны, Оттар кивнул в сторону «Кабана»:
– У тебя сильный драккар, тебе можно позавидовать. Сколько сейчас на нем викингов, девяносто, я думаю?
– Только восемьдесят шесть, Оттар, только восемьдесят шесть. И среди них есть много стариков, утомленных морем и непогодой, и много молодых, еще не накопивших всех знаний войны.
– Нет, Грольф, ты слишком скромен, – возразил Оттар, – клянусь твоим мечом! Я очень хотел бы иметь таких викингов и такой драккар.
– «Кабан» совершенно гнилой, уверяю тебя, он гнилой, – настаивал Грольф. – Я клянусь тебе священными браслетами Вотана. – Хиллдурский ярл встал и торжественно поднял правую руку с вытянутой ладонью. – «Кабан» сгнил и стоит очень дешево, да поразит меня молот Тора, если я лгу!
Голос опытного сорокапятилетнего ярла дрогнул. Молодой сын Рёкина холоден и жесток, как железо. Грольф предпочел бы попасть в другие руки. На месте Оттара Грольф забрал бы пленников в свой горд, посадил на цепь и назначил хороший, но разумный выкуп. Но горд Оттара далеко, Оттар не имеет времени вернуться в Нидарос до зимы. Он должен назначить выкуп, немедленно получить его и плыть дальше. Что еще можно придумать?
Конечно, Грольф не подозревал, что вся флотилия Нидароса так близка. Его привлекала возможность легкого захвата «Змея», который одиноко тащился в водах Хиллдура. Проклятый туман!..
– Мне не нужен твой драккар, – успокоил пленника Оттар. – Кто из ярлов отнимет драккар у другого ярла? Но мне очень нравятся твой меч, твой щит и твои латы. Ты подарил бы их мне, как другу? Сколько они стоят? Я думаю, много. Итак, поговорим о выкупе.
Грольф почувствовал легкое презрение к молодому ярлу, который теряет время на болтовню и собирается торговаться, вместо того чтобы сразу назначить свою цену и предупредить, что скидки не будет.
– Мое оружие стоит очень дорого, – согласился Грольф. – Клянусь Валгаллой и прекраснейшей из воительниц юнглингмöер Гильдис, – напыщенно воскликнул Грольф, указывая на жену ярла, – оно стоит пятисот хороших золотых монет!
Грольф оценил в уме каждого викинга своей дружины и себя в их числе по пяти монет и округлил итог. Сам он взял бы с Оттара или с другого попавшего в плен ярла выкуп приблизительно по тому же расчету.
– Это хорошая цена, – согласился Оттар.
– Наши возвращаются, – вмешался Эстольд.
Из-за Хиллдура выходили, таща на канате по барже, «Орел» и «Волк». Несомненно, что третья баржа успела погибнуть вместе с товарами и траллсами. «Змей» пошел на сближение с малым драккаром Грольфа, который вел выловленную в прибое четвертую баржу, брошенную спасавшимся от погони «Змеем». Узкий «Лебедь» хиллдурского ярла обладал стремительным ходом и не боялся приблизиться к перегруженной вражеской флотилии. Оставшиеся на берегу викинги Грольфа послали «Лебедя» узнать, чем же и когда кончится дело.
– Ты видишь, – упрекнул Грольфа Оттар, – из-за тебя я лишился баржи с товарами и восемнадцатью траллсами, которых я хотел продать в Скирингссале.
– Все будет возмещено, все, – поспешил успокоить Грольф, – назови твою цену, и я выплачу тебе ее сверх пятисот золотых монет, которые ты согласен взять за меня и моих.
Грольф уже считал, что все кончено, и с дерзким простодушием навязывал Оттару свои условия. Нидаросский ярл улыбался, глядя в глаза пленника. Вдруг улыбка исчезла:
– А ты не помнишь ли, Грольф, как десять лет тому назад ты ходил с Рёкином и со мной, еще не имевшим силы мужчины, к саксам и что случилось тогда? Тогда ты тоже клялся.
