привез очень красивых женщин, очень хороших, очень приятных, очень нежных, с мягкой кожей… А волосы, ах-а!..
Ярл презрительно дернул плечом. Сейчас он думал не о женщинах.
– Как хочешь, как хочешь, – скороговоркой согласился Грам. – И Грек Вальдмер привез очень хороших женщин, он дает их на время и не нужно брать их сюда, в дом, – добавил Грам потихоньку. – Но слушай, – продолжал старый викинг, – от русских опять привезли моржовые клыки, много моржовых клыков, больших, твердых как железо, чистых и пригодных для лучших работ. И длинные клыки неизвестного зверя, толщиной с мою руку. Русские опять сбили цены на моржовую кость, проклятье на них! Подумай, прежде они никогда не имели моржовой кости. Откуда они берут? Я не мог узнать, не мог… Ты получишь за твои клыки меньше, чем прошлым летом. А ты не встречал русских в твоих водах или за нашим Гологаландом?
– Нет. Если бы я встретил их, я привез бы эту кость, а не они.
– Ты прав, ты прав. Я должен узнать тайну русских, должен, должен, – внушал Грам самому себе. И он перешел к другим новостям. – Бондэры требуют отмены страндхуга. Они все уже сговорились между собой. И чтобы действительно никто не давал убежища изгнанным тингом… – Грам невольно понизил голос. – Среди других они особенно называют тебя, да… – Оттар не шевельнулся, и Грам продолжал: – И бондэры не хотят, чтобы ярлы держали мастерские с траллсами. Я говорю верно, верно, верно. Все это – правда. Слушай же! Ярл Гальфдан на их стороне. С ним Лодин, Троллагур, Тгорфред, Торольф, Сивенд, Эрлинг. – Грам перечислял сильных южных ярлов, чьи фиорды были окружены землями бондэров. – И слушай еще! На тинге Черный Гальфдан будет избран. Да. Будет. Он будет королем!
3
Дрова в камине пылали жарким огнем. Оттару стало душно. Он распахнул дверь и остановился на верхней ступеньке лестницы. Старый Грам выглядывал из-за плеча ярла. Рядом они казались героем и гномом из саг, которые рассказывают скальды.
Был легкий, приятный мороз. Серое небо опускалось к вершинам сосен над усадьбой Оттара. Еще недавно тихий угол кипел работой. Сотни ног растоптали и смешали с талой грязной землей чистый слой первого снега. Трудились все викинги, и не хуже траллсов. Сначала следует разгрузить баржи и драккары, перенести товары в кладовые, а потом отдыхать. Перед викингами открывались месяцы беззаботной, бездумной зимовки в Скирингссале, полном развлечений.
Вместе со старыми, своими викингами Нидароса работали новые викинги, покинувшие Грольфа. Тоже свои. Слухи о схватке нидаросского и хиллдурского ярлов уже бегут по Скирингссалу, ползут по фиордам. Придут новые викинги и будут просить места на румах великодушного, щедрого, богатого ярла Оттара. Пора спешить с заказами новых драккаров…
Сколько заказать и каких? Но есть ли время?
Гальфдан Старый, дед Гальфдана Черного, выгнал Гундера с юга. Для себя и для своего рода Гундер сумел свить гнездо в далеком Гологаланде. Гундер сумел забиться на север дальше всех свободных ярлов, и он расширил землю племени фиордов. Но навсегда ли потомки Гундера обеспечены и достаточно ли далеко отступил Гундер? Гальфдан старше Оттара на десять или одиннадцать лет. В жизненных успехах он смог продвинуться дальше Оттара. Черный – друг бондэров? Ложь, Оттар не мог поверить этому. Черный Гальфдан хитер, а бондэры легковерны, хотя и упорны. Гальфдан льстит им, чтобы подняться на их плечах. Его дед выжил Гундера с помощью бондэров. Внук идет по стопам деда.
Рёкин мечтал о прочном союзе всех свободных ярлов и передал сыну врожденное презрение к бондэрам. Бондэры, по крови потомки Вотана, трудились, как траллсы, и они, по словам Рёкина, сами избрали свою долю. Кто мешает им стать викингами, и разве мало викингов родилось под крышами бондэров? Пока сын Вотана – бондэр, он не лучше траллса, учил Рёкин.
Это верно. Но мечты Рёкина о союзе ярлов были праздны. Для деятельности и прочности союза нужна власть одного, на что свободные ярлы никогда добровольно не согласятся.
Сыну Рёкина мыслилось иное. Он хотел перетянуть к себе побольше викингов, ослабить и перебить по одному свободных ярлов, как Грольфа, который больше не поднимет голову. В мире были Александр, великий король греков, Этцель, великий король гуннов, Шарлемань, великий король франков. Когда у Оттара будет достаточно силы, он сделается королем викингов, но не бондэров, каким хочет быть Гальфдан. Бондэры будут усмирены. Часть их превратится в викингов, а другие будут или истреблены, или станут траллсами.
Оттар видел фиорды, полные послушными его воле драккарами, и обширные земли, обрабатываемые траллсами и бондэрами в ошейниках рабов. Какие набеги, походы и завоевания! Поглощена богатая Гардарика. Греки покорены и платят дань. За Валандом лежит Рим, страна роскоши, достойная добыча. Нидаросский ярл видел весь мир у ног страны фиордов и себя – его повелителем.
Но Черный Гальфдан будет королем. Будет… Оттар знал силу бондэров и обреченную раздробленность свободных ярлов. Его мысли – лишь мечты. Чтобы передавить свободных ярлов и сделаться королем викингов, нужно иметь в своем распоряжении десять лет и воспользоваться ими без помехи. Черный Гальфдан передушит свободных ярлов в свою пользу. Оттару следовало родиться на десять лет раньше…
Ему не удастся сделаться владыкой фиордов, королем Вестфольда?! Пусть… Недоступное не существовало для практичного воображения Оттара, невозможное не стоило даже сожаления. Нидаросский ярл был убежден, что всегда останется самим собой и сумеет сохранить свободу. Так, как он понимал это слово…
Глава четвертая
1
На всенародный тинг собрались в Сигтуну, расположенную на берегах великого Маэларского озера в глубине земли фиордов. Зима связала озера, реки и ручьи, скрепила болота и везде открыла пути. Всенародные тинги назначаются зимой. Шли пешком, толкая санки с высоким сиденьем, укрепленным на прочных, выгнутых лыжах. Такие санки легко катить по проложенному следу, поместив на сиденье человека или груз, равный его весу. Бондэр становился на задние концы лыж и скользил, отталкиваясь то одной, то другой ногой, а с уклонов слетал птицей.
Ехали на парных вереницах собак, запряженных в низкие сани. Ехали на оленях, как лапоны. Ехали на косматых лошадях, низкорослых, большеголовых, но резвых и не знающих устали.
Как нити паутины стягиваются к центральному кольцу, где сидит хозяин-паук, так все дороги, дорожки, тропы и тропочки вели в Сигтуну. Можно было не опасаться сворачивать на свежий след, который уходил в лес, если он начинался в нужном направлении. Это прошел кто-то, кто хорошо знал местность и сокращал свой путь к общей цели.
Бондэры, бондэры и бондэры… Лишь изредка встречался свободный ярл
