а французские войска состояли из шести дивизий, разбросанных по всей стране.
Высадку в Сафи проводила американская Южная ударная группировка в составе линкора «Нью-Йорк», крейсера «Филадельфия», эскортного авианосца «Сэнти», десяти эсминцев, подводной лодки «Барб», пяти транспортов, минного заградителя и шести других судов.
Боевых кораблей в Сафи не было. Береговая оборона включала в себя три батареи: 4—130-мм пушек, снятых с эсминца «Райоз», и двух батарей по 4—75-мм пушки. Кроме того, южнее Сафи находилась армейская гаубичная четырёхорудийная 155-мм батарея. Гарнизон Сафи состоял из двух рот 2-го Иностранного легиона и двух рот марокканской пехоты.
Вторжение началось в ночь на 8 ноября 1942 г. Линкор и крейсер обстреляли город 356-мм и 152-мм снарядами с дистанции 14,6—16,5 км. Батарея «Райоз» с 4 ч. 38 мин. до 8 часов утра вела с ними артиллерийскую дуэль. Следует отметить, что как в Сафи, так и в Касабланке и Алжире французская военная техника оставалась на уровне начала 1940 г., да ещё с поправкой на то, что в колонии обычно отправляли старье. Никаких РЛС ни на кораблях, ни на береговых батареях у французов не было. А янки вели огонь, используя самолёты-корректировщики и РЛС орудийной наводки.
В 8 часов утра 356-мм снаряд с «Нью-Йорка», ударившись у края скалы перед постом управления огнём, рикошетом попал в наблюдательную щель. На посту все были убиты, а оборудование разрушено. Кстати, это был единственный удачный выстрел американской эскадры. Все 75-мм, 130-мм и 155-мм орудия французы сами вывели из строя перед уходом.
Самолёты «Уайлдкэт» с авианосца «Сэнти» действовали на редкость бестолково. С 8 по 10 ноября из 31 самолёта авианосца были потеряны 21. Причем, все потери были… эксплуатационными.
Потери англичан были бы куда большими, если бы американская разведка не сговорилась бы с генералом Мартеном, командовавшим французской авиацией в этом районе. В итоге французская авиация фактически бездействовала.
Однако 8 ноября самолёт с авианосца «Сэнти» сбросил две бомбы на аэродром Марракеш. Обе бомбы не взорвались. Но Мартен был вынужден выслать эскадрилью бомбардировщиков для атаки американских транспортов. В ходе бомбардировки были убиты 3 американца и 12 ранены, сожжено 4 автомобиля. Один из французских бомбардировщиков сбит зенитной артиллерией кораблей.
10 ноября французская подводная лодка «Медуза», вышедшая из Касабланки 8 ноября, безуспешно выпустила торпеду по авианосцу «Сэнти» в 60 милях от берега. В тот же день бортовой самолёт с крейсера «Филадельфия» повредил лодку, и «Медуза» выбросилась на берег.
Утром 11 ноября французы получили приказ адмирала Дарлана о прекращении сопротивления и французской капитуляции. В ходе боев за Сафи американцы потеряли около 20 человек убитыми и 100 ранеными, а французы – 27 человек убитыми и 44 ранеными.
Для атаки Касабланки американцы сформировали два соединения: Центральную ударную группу для десантирования в порту Дедала и Группу прикрытия для атаки непосредственно порта Касабланка. В состав Центральной ударной группы входили: авианосцы «Рейнджер» и «Суони», три тяжёлых крейсера, 15 эсминцев, две подводные лодки, 12 транспортов и 10 других судов. Группа поддержки состояла из современного линкора «Массачусетс» водоизмещением 35 тыс. тонн, крейсеров «Вичита» и «Тускалуза», четырёх эсминцев и танкера.
Американское командование решило действовать наступательно и «подкупательно». Вспомним военный совет в Оренбурге, описанный Пушкиным в «Капитанской дочке». Там мудрый советник рекомендовал действовать против Пугачева «подкупательно».
Главными действующими лицами американской интриги были советник американского посольства Роберт Мерфи и американский «наблюдатель» в Танжере подполковник морской пехоты Вильям Эдди. Они вступили в сговор с пятью французскими генералами. А 23 октября 1942 г. в 75 милях к западу от города Алжир с британской подводной лодки высадился американский генерал-майор Марк Кларк.
Командир дивизии в Алжире генерал Шарль Маст доложил американцам о состоянии вооружённых сил Франции в Алжире. Позже Кларк писал: «Французы подготовили объемную кипу информации в письменном виде, которая впоследствии оказалась точной во всех отношениях. Они предоставили нам сведения о местах дислокации и боевой мощи армейских соединений и сил флота, рассказали, где хранятся запасы снабжения, в том числе боеприпасов и бензина», сообщили детали о аэродромах, на которых ожидалось наиболее сильное сопротивление, а также информацию о наиболее удобных местах для высадки воздушного десанта»[105].
К утру 8 ноября 1942 г. в Касабланке находился недостроенный линкор «Жан Бар», который не имел хода, а стрелять могла только одна четырёхорудийная 381-мм башня. Там же находилась 2-я лёгкая эскадра контр-адмирала Жерве де Лафона, состоявшая из крейсера «Премогэ», лидеров «Альбатрос» и «Милан», эсминцев «Брестуа», «Булоннэ», «Фрондер», «Альсьон», «Фуге», «Симун», «Тампет», 8 авизо, 11 тральщиков и 11 подводных лодок, из которых 5 прибыли из Дакара. Порт защищали артиллерийские батареи на плато Укаша и в Эль-Ханк, вооружённые четырьмя старыми 194-мм и четырьмя 138-мм пушками.
Как уже говорилось, ни французские корабли, ни береговые батареи не имели РЛС орудийной наводки, которыми располагали американцы.
Французскими ВМС в Марокко командовал вице-адмирал Мишелье, отвечавший также за непосредственную оборону Касабланки. Как глава обороны города он руководил не только морскими и воздушными силами, но и дислоцированной там дивизией, возглавляемой генералом Бетуаром, находившемся в связи с «группой пяти». Имеются в виду генералы, вступившие в контакт с американской разведкой.
В порту Касабланка не замечалось никаких предвестников вторжение, за исключением нескольких загадочных листовок, появлявшихся то здесь, то там. В 7 часов утра 8 ноября пять французских подводных лодок вышли на заранее определенные позиции для патрулирования, самолёты приготовились к разведывательным полётам, но 2-й эскадре лёгких сил понадобилось ещё полтора часа, чтобы подготовиться к выходу.
В этот момент самолёты с американских авианосцев нанесли первый удар с моря. В 7 ч. 50 мин. произошел первый бой над Касабланкой, когда французские истребители поднялись в воздух и встретились с истребителями с американского авианосца «Рейнджер». В короткой стычке 7 французских и 5 американских машин были сбиты.
Сам город ещё спал в утреннем тумане, когда в 8 часов утра французские зенитные батареи открыли огонь по воздушной цели, принятой за вражеский торпедоносец, которая на деле оказалась американским самолётом-корректировщиком артиллерийского огня.
Любопытно, что в 14 ч. 15 мин. американский командующий адмирал Гиффен обратился к личному составу с речью, которой позавидовал бы и доктор Геббельс: «Если обстановка вынудит нас стрелять по французам, которые одно время были нашими союзниками, делайте это с твердым убеждением в том, что вы стреляете не по французскому народу, а в людей, отдавших предпочтение рабскому гитлеровскому режиму перед свободой… В добрый путь с Богом!»[106]
Итак, Бог должен был благословить нападение на нейтральную территорию, отстоявшую на 2 тысячи километров от театра военных действий.
В 7 ч. 01 мин. 8 ноября американские корабли открыли огонь с дистанции 18,3 км. «И почти одновременно дали о себе знать орудия линкора «Жан Бар» и батареи Эль-Ханк.
Орудия береговой обороны первым залпом накрыли линкор «Массачусетс», а пять или шесть снарядов, выпущенных с линкора «Жан Бар», упали за целью в 600 ярдов от нее»[107].
Линкор «Массачусетс» и тяжёлый крейсер «Тускалуза» отошли на дистанцию 26,5 км и оттуда вели интенсивный обстрел «Жана Бара». Американцы надеялись быть в полной безопасности, поскольку на французском линкоре не только что радиолокационных дальномеров не было, но и штатных оптических, и он пользовался двумя временными оптическими дальномерами.
В 7 ч. 06 мин. крейсер «Уичита» открыл огонь по батарее на мысе Эль-Ханк с дистанции 20 км, пользуясь при этом данными со своего разведывательного самолёта.
Линкор «Массачусетс» дал девять залпов из своих 16-дюймовых орудий, стрелявших шести– и девятиорудийными залпами. При этом удалось добиться пяти попаданий.
Первый снаряд разорвался в пустом артиллерийском погребе. Второй, разорвавшийся ниже кормового поста управления, который был совершенно разрушен, проделал большое отверстие ниже ватерлинии. Третий и четвёртый снаряды не разорвались. Пятый снаряд около 7 ч. 20 мин. ударился о носовую башню, стрелявшую в этом момент по «Массачусетсу», и рикошетом отскочил в верхнюю часть барбета. Силой удара снаряда о барбет была повреждена орудийная башня, из-за чего вся главная артиллерия вышла из строя на 48 часов. Таким образом, в течение всего 16 минут был ликвидирован один из важнейших оборонительных рубежей Касабланки, орудия которого на предельном угле возвышения накрывали район стоянки транспортов у Федалы.
В течение всей этой истории над линкором «Массачусетс» пролетали со свистом и падали в воду у самого борта тяжёлые артиллерийские снаряды. Пренебрегая укрытием бронированной боевой рубки, адмирал Гиффен и кэптен Уайтинг руководили боем с верхнего мостика. В 7 ч. 27 мин. с дистанции 24,7 км крейсер «Тускалуза» открыл сосредоточенный огонь по месту стоянки подводных лодок в Касабланке. Затем он переместил огонь на береговую батарею в Табль-д’Окаша, а район стоянки
