«Я огранил его 32 гранями, мой господин! – слышится шепот ювелира. – Это называется двойная бриллиантовая розетта. Правда, вес самого камня стал меньше: в алмазе было 100 карат, а в бриллианте осталось чуть меньше 54. Зато я сохранил его природную форму – в виде груши. К тому же, заметьте, размер у него больше двух с половиной сантиметров. Так что это – один из крупнейших бриллиантов мира. И цвет у него замечательный – чистой воды, хотя и слегка желтоватый. От этого он еще более ценен, ведь желтые бриллианты – редкость. Вот только… – Ювелир замялся. – Работа была сложнейшая, мой господин, ну и цена…» – «Сколько?» – бросает Карл. «Три тысячи золотых…»
Карл кивает, почти не слушая. Да какое значение имеет цена?! Карл просто не в состоянии расстаться с таким сокровищем. И пусть короли всего мира носятся со своими алмазами. Ни у кого из них нет и не будет такого бриллианта!
…Голос мальчика возвращает Филиппа к рассказу: «Что было дальше?»
«Увы, в 1477 году состоялась битва при Нанси. Знаменитый бриллиант украшал шлем герцога Карла, когда его убили. Камень же выпал из шлема. Его после боя нашел швейцарский солдат. Он не разбирался в камнях и продал бриллиант полковому священнику за один гульден и то радовался: денег хватило на выпивку. Вот только сразу же после попойки солдата забили в драке. Священник же сбыл камень уже за три гульдена, но и его в ту же ночь зарезали в темноте. Видишь, мой мальчик, этот бриллиант с самого начала приносил смерть своим обладателям. Поэтому-то я и не хочу, чтобы ты брал его в руки. В казне достаточно преотличных камней, которые приносят только радость». – «Но как этот камень попал к нам?»
Филипп пожал плечами: «Это тоже запутанная история. Говорят, его привез Николя д’Арлей де Санси. Поэтому камень и получил его имя. Николя был суперинтендентом, проще говоря, министром финансов, заведовал казной Генриха III. В то время французские короли сидели на мели – вот что значит ослабший род Валуа, не то что мы – славные и богатые Бурбоны. Николя приходилось ссужать Генриха деньгами. Он давал Генриху и бриллиант пофорсить. Историки пишут, что вот этот самый бриллиант «Санси» Генрих носил на берете, которым прикрывал лысину. А ведь ему было всего лет тридцать. Вот до чего доводит развратная жизнь! Недаром все только возрадовались, когда 1 августа 1589 года Генриха Валуа заколол монах Клеман. Однако в день убийства берет с бриллиантом «Санси» был у короля в кармане.
Впрочем, самому Николя удалось вернуть себе камень. Наш предок, Генрих IV Наваррский, вступивший на престол после Генриха III, оставил суперинтендента в должности, и надо сказать, Николя Санси служил ему верой и правдой. Когда в 1589 году Генриху понадобились деньги, Санси предложил королю свой знаменитый бриллиант для заклада в банк. Вот только Николя в то время находился далеко от Парижа, и ему пришлось послать к Генриху верного слугу, дабы тот привез сокровище. Ну и случилось страшное: на слугу напали разбойники и…»
Филипп не успел закончить. Его прервал разгоряченный рассказом юный Людовик: «Я вспомнил, я читал про это! Разбойники напали на слугу в темном ущелье. Но он оказался верен господину и предпочел умереть, но не отдать сокровище разбойникам! И те его убили. Но бриллианта не нашли. А умный суперинтендент приказал потом вскрыть труп слуги и нашел камень у него в желудке. Слуга проглотил его и обманул грабителей!»
Глаза юного монарха сверкали, голосок срывался. Еще бы, история про разбойников – мечта любого мальчишки, будь он хоть трижды король. Только взрослый способен понять, каково это – подвергнуться такому ужасному «приключению». Может, потому Николая Санси решил-таки избавиться от зловещего бриллианта?
В 1605 году он продал камень английскому королю Иакову I. Даже цену сбил, чтобы избавиться от камня. Запросил всего 60 тысяч золотых экю. Правда, Иаков бриллиант не любил. Зато его сын, Карл I, обожал. И чем кончилось? Революцией! Да бедному королю Карлу отрубили голову – прямо на площади в присутствии подданных!
Нет, это юному Людовику знать пока рано. Пусть читает про разбойников. Не стоит говорить ему и о том, что обратно во Францию камень привезла вдова несчастного казненного Карла. Ей надо было на что-то жить, и она продала бриллиант. За 460 тысяч ливров он достался кардиналу Мазарини. Однако этот хитрый лис расспросил об истории камня и потому его не особо жаловал. Другие бриллианты своей огромной коллекции кардинал часто вынимал, любуясь. «Санси» – никогда, словно чувствовал некое мистическое зло, исходящее от желтоватого камня. Хитрый осторожный Мазарини даже завещал бриллиант не собственной семье, как другие камни коллекции, а королю Людовику XIV. Наверное, решил: пусть король сам разбирается…
Филипп вздохнул и закончил: «Этот камень не любил и твой прадедушка, «король-солнце». Носил его только в аграфе – заколке для шляп. Он говорил, что желтоватый цвет его бледнит». Юный Людовик задумчиво почесал нос. Он отлично помнит прадедушку. Тот любил его и даже допускал в личные покои – поиграть на ковре. Все говорят, что прадедушка был великим правителем. Людовик XV вырастет и станет таким же. «Тогда я тоже не буду носить «Санси», – задумчиво проговорил он.
И надо сказать, свое обещание Людовик XV сдержал. Он не просто не носил «Санси» – он его вообще отдал. Впрочем, не на сторону, а собственной жене – королеве Марии Лещинской. Эта гордая полячка неизменно являлась на балах и торжественных приемах в одном и том же гарнитуре, который при дворе называли «парой Мари»: в золотистых волосах ее всегда сверкал бриллиант «Регент», ну а на груди желтел «Санси», вставленный в подвеску. И то ли унылый вид королевы приелся пылкому Людовику, то ли мутный свет «Санси» навевал грусть, но любвеобильный монарх понял, что ему скучно с женой. Что за этим последовало, известно. Появилась фаворитка, за ней другая, третья. А вот четвертой стала маркиза Помпадур, в которую Людовик влюбился без памяти. Именно ей он преподнес всю сокровищницу королевских драгоценностей. Говорят, в спальне маркизы стояло бесчисленное количество ваз, доверху наполненных бриллиантами, рубинами, изумрудами. Но никаких камней желтого оттенка маркиза не переносила. Говорила, что от желтого цвета у нее разыгрывается мигрень.
Зато когда после смерти Людовика XV на трон взошел его внук – Людовик XVI, он приказал вставить «Санси» в корону, которой и короновался. К тому времени по «бриллиантовому списку Европы» камень занимал почетнейшее седьмое место по величине и первое по исторической значимости. Узнав это, супруга Людовика XVI, капризная красавица Мария-Антуанетта, затребовала камень себе. И применение ему нашла самое экстравагантное: вставила в фермуар – застежку любимого веера. И когда разговаривала с кем-то, постоянно открывала и закрывала веер. Это помогало ей справляться с нервами. А вот ее собеседникам приходилось туго: порхая на веере, бриллиантовые грани часто ранили собеседника, ибо слабая на глаза королева придвигалась к человеку вплотную.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
