Пальцы Авроры легко и нежно коснулись больной ноги. Не могла же она рассказать ему, как испугалась, когда слуги внесли его в дом. Как вспомнила страшные слова: «Роковая красавица!» И как объяснить мужу, что за короткое время она так к нему привязалась?..
Он оказался совсем не таким, как ей рассказывали. Говорили, что Демидов, как истинный богач, мот и кутила, презирает всех, никого в грош не ставит. А он оказался внимательным, добрым, даже смешливым. «Право, иди спать! – мягко сказал Демидов. – Мне лучше».
Аврора робко улыбнулась. У Павла сердце зашлось: как же она красива, когда улыбается! Все бы отдал, только бы она улыбалась чаще. Вот так и узнаёшь, нелепо лежа посреди ночи с больной ногой, что влюбился в собственную жену. А ведь женился почти по приказу императора. Чистая авантюра была – и вдруг любовь? Не поздно ли – в 38 лет?
Он забросил все свои компании. В дом никого не звал, потому что помнил свои грубые и глупые слова. Боялся, вдруг Аврора и впрямь будет сидеть на своей половине, когда придут гости. Проводил с женой каждую свободную минуту, дарил подарки и драгоценности. Но как сказать ей о любви?
Павел Николаевич взял со стола бумагу и карандаш. В эту ночь он написал свое первое стихотворение. Рондо о любви – для своей жены.
С тех пор она улыбалась все чаще – хрустальная красавица оживала. Демидов не переставал изумляться ее почти детскому обаянию. Это же чудо, что среди сплетен и фривольного поведения двора сохранилась такая скромница! Она даже знаменитый алмаз носила не открыто, а пряча его то за отворот кофточки, то за шаль, то за шейную косынку. Любая женщина гордилась бы таким умопомрачительным богатством. А странная Аврора только улыбалась: «Мне все равно, сколько он стоит. Он – просто талисман нашей любви. И я не хочу, чтобы чужие люди его видели». Ну, как не поверить в чудо любви? Ведь когда спустя два года после свадьбы у них родился сын, Аврора даже назвала его Павлушей в честь мужа.
Однако в марте 1840 года Павел Николаевич простудился. Начался жар, кашель. Больше месяца его трепала лихорадка. Аврора сидела у постели, не выпуская из рук его слабеющих пальцев. О чем она думала? Что все повторилось – и Павел умирал от воспаления легких так же, как когда-то Муханов? О том, что это она, тихая Аврора, стала невольной роковой женщиной для любимых мужчин? Или виновата была не она, а проклятое пророчество мерзкой старухи? Но что Авроре до колдуний – она ненавидела себя! И однажды, спустя неделю после похорон Павла Демидова, верный слуга с ужасом обнаружил на туалетном столике Авроры склянку с каким-то снадобьем, которое она собиралась выпить. С тех пор слуги ходили за хозяйкой по пятам – боялись, как бы та не наложила на себя руки.
Но время шло, и земные заботы требовали дел. Выяснилось, что вопреки всем правилам Павел завещал все, чем владел, не старшему мужчине рода Демидовых, а жене и сыну. Родственники начали разбирательство, однако быстро отступились: тихая Аврора после смерти мужа вдруг стала решительной и жесткой, взяв на себя все хозяйские дела. Твердой рукой она управляла имениями и крепостными, уральскими заводами и приисками.
И опять зимы сменялись веснами, а за летом приходила осень. Шесть лет Аврора Демидова уклонялась от всех ухаживаний, хотя поклонников, как и в молодости, было море. Но однажды сердце ледяной Авроры дрогнуло, оттаяло, и она приняла предложение Андрея Карамзина, младшего сына великого русского историка. Однако памяти о незабвенном Павле не предала, фамилию не сменила и осталась Демидовой, за что подверглась остракизму со стороны высшего света. Любящий Карамзин все понял, ни на чем не стал настаивать. Напротив, взял на себя заботу об огромном демидовском хозяйстве. Стал лично управлять заводами и приисками, часто ездить на далекий Урал. Еще он, человек военной закалки, учил сына Авроры, Павлушу, ездить на лошади, стрелять и фехтовать, рассказывал о боях и атаках.
Однако прошение на увольнение из армии Карамзин не подавал, и потому в 1854 году, когда началась Крымская война, его, как одного из опытнейших офицеров, отправили на передовую. Аврора, страшно переживая, подарила любимому талисман – золотой медальон. Да разве ж она могла предположить, что произойдет?!
Андрей попал в плен. И один из турок позарился на золотой медальон. И чтобы снять его, турок просто разрубил Андрея надвое.
Аврора выслушала сообщение о смерти мужа без слез и истерик. И только когда осталась одна, упала в обморок. Пролежала без сознания два дня, потом поднялась, велела слугам привезти тело Андрея, чтобы похоронить достойно. Сама же села у окна и открыла заветную шкатулку. Там вместе с бриллиантом «Санси» лежали стихи незабвенного Павла Николаевича и письма Андрея Николаевича. Ни одного из них не спасла ни ее любовь, ни ее талисманы. Люди оказались правы – она была роковой Авророй. Или стала ею после проклятия колдуньи?..
А может, к ее горю приложил руку и проклятый «Санси»? У него же тоже есть собственное предсказание: он обещает несчастье всем владельцам. Вот он как ни в чем не бывало блестит и переливается всеми цветами радуги. Но Авроре больно смотреть на его свет. Верно говорят: над старинными камнями всегда тяготеет проклятие. Так, может, не она, роковая Аврора, виновата в смерти мужей – может, это проклятие рокового бриллианта?..
Но как избавиться от него? Аврора перечитала много книг и нашла ответ. Драгоценный камень нельзя выбросить или уничтожить, его можно только продать. Но чтобы отвести пророческое несчастье, обстоятельства продажи камня должны повторять обстоятельства покупки. Павел Демидов купил «Санси» как свадебный подарок, значит, надо искать новобрачных.
Аврора вызвала поверенного. Пусть ищет покупателя! Но это оказалось непросто. Прошло 11 лет, прежде чем сыскался нужный. И все эти годы Аврора боялась – не за себя, за сына. Вдруг и на него перекинется несчастье?..
В 1865 году Аврора получила известие из Лондона, что индийский торговец Джамсетжи Джиджибхи ищет подарок на свадьбу своему магарадже. Аврора встрепенулась: Индия – это же родина «Санси». Это же перст судьбы! Не раздумывая, Демидова велела продать проклятого «Санси» за любые, самые смешные деньги. Вот так и вышло, что бриллиант достался индийскому торговцу всего лишь за 20 тысяч фунтов.
Однако продажа камня Демидовой не помогла: ее любимый сын Павлуша умер у нее на руках. Печальная Аврора вернулась в Гельсингфорс, уже ничем не интересуясь. Громадное состояние Демидовых разошлось по многочисленным родственникам, раздробившись на пылинки. И надо сказать, никому из наследников демидовские деньги не принесли счастья. Но Авроре Демидовой это было уже все равно. Она скончалась в Гельсингфорсе 15 марта 1902 года. Похороны были наискромнейшими.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
