решу, что для меня важно, а что нет.
— В чём дело? Илья снова что-то натворил?
— Думаю, ему пора включиться в работу. Через два дня он будет у тебя. Возможно даже раньше.
* * *
— Он это сам решил? Или ты предпринял попытку на него надавить? Ты же знаешь, Влада…
— Отец! — прерываю его. — Если Влада будет все время потакать Илье, вскоре вы оба пожалеете об этом. Он молод. Горяч. Бесится с жиру. Ему нужна семья. Вот пусть Влада займется сыном. Мальчику 23 года! Илье не хватает её внимания.
— По поводу семьи… — отец делает многозначительную паузу, прикуривая сигарету. Слышу в трубке, как выдыхает дым.
Сделав затяжку, подхожу к балюстраде. Впиваюсь усталыми глазами в безликие стекла окон, в которых мелькают отражения ночного города. Тупо пялюсь, рассматривая тени. Курю…
— Ты пока ему не говори, — отец продолжает разговор. — Чтобы не взбесился и не наломал дров. Влада аккуратно подготовит его «тонкую» психику к новым переменам. Мы нашли ему достойную партию. Дочь партнера по бизнесу. Девочка чуть постарше, но будет держать этого засранца в узде.
— Ты решил его женить? — уточняю, поперхнувшись дымом.
— Да.
— А как же его последнее слово?
Решение отца по поводу женитьбы брата слегка шокировало. Все эти годы он потакали Илье и тут вдруг резко выдвинул ультиматум.
— У него был шанс доказать мне, что он сын своего отца. Теперь будет так, как я скажу. Женится, как миленький и займётся бизнесом. Больше никаких тусовок и блядей!
Последнее слово режет по ушам, будто лезвием. К Иванне оно не относится, но нереально триггерит. Ведь причиной нашей встречи стал Илья.
Вспоминаю её в откровенном красном белье, в чулках, в своей рубашке, и внутри снова всё скручивается в тугой узел. Дыхание сбивается.
Не могу не думать о ней. В очередной раз ломаю себя, отвлекаясь от дел. Пытаюсь вбить себе в голову, что она обычная. Такая же, как все. Ничего особенного в ней нет, чтобы тратить на неё время и нервы. И в ту же секунду осознаю, что нихрена она не такая! Другая эта девочка. Запутавшаяся в чувствах, в себе и собственных желаниях.
В ней много доброго, светлого. Тянет к ней с невероятной силой, как к исцеляющему источнику. Тянет, как ни к кому другому не тянуло.
С ума схожу, вспоминая вчерашний вечер. И всё во мне воет от тоски по ней.
Хочу Иву себе, как что-то запретное, сладкое, нежное.
Хочу свежих эмоций, охренительных ощущений, бесконтрольного выброса адреналина.
Она даёт мне всё это даже на расстоянии. Даёт то, чего мне не хватает в отношениях с Кристиной…
— Кстати, сын, чуть не забыл, — голос отца выдергивает меня из круговорота мыслей. Выбрасываю в урну истлевший бычок. Растираю ладонью лицо, чтобы прогнать воспоминания о вчерашней ночи. — Заскочи к нам домой. Забери из моего сейфа синюю папку. Там документы по новостройкам. Утром передай их Валевскому. Он знает, что с ними делать. Я с Тимуром всё обсудил.
— Хорошо. Разберусь. До завтра, отец.
— До завтра, сын.
Вырубаю телефон и прячу его в карман.
Решаю, что на сегодня с меня достаточно эмоций.
Пора валить домой.
Глава 52
Макс
— Когда ты планируешь закончить проект небоскреба? — спрашивает Кристина, когда мы подъезжаем к особняку отца.
Торможу у ворот. Открыв их пультом управления, въезжаю во двор. Останавливаюсь у парадного входа. Заглушив мотор, отстегиваю себя от водительского кресла и только потом поворачиваюсь к Брагиной корпусом. Устремляю взгляд на неё.
— Еще недели две-три. Как раз, когда документы на покупку земли будут готовы. Почему ты спросила об этом? Ты никогда не интересовалась моими делами. А если и делала это, то вскользь. В начале наших отношений.
— Не знаю, — Крис пожимает плечами, отстегивая ремень безопасности. В её голосе звучит искренность, сбивающая меня с толку. — Просто захотелось узнать о твоей работе. А что?
— Да так. Ничего. Я приятно удивлен, — смотрю в упор на Кристину и не могу понять, когда она успела принять новую ипостась.
Брагину словно подменили: чуткая, спокойная, рассудительная, как во времена нашего знакомства. Приятно находиться с ней рядом. Прям ангел во плоти. Всю дорогу от ресторана вела себя как мышь. Сейчас же пытается найти со мной общий язык, что не может не откликнуться глубоко во мне взаимностью.
— Покажешь мне землю, которую ты собираешься купить? Хочу съездить туда с тобой. Она же в самой высокой точке столицы? В лесу. Верно?
— Верно, — подтверждаю, думая о том, как будет выглядеть величественным и спокойным самое высокое здание в самой высокой точке города. Этот масштабный проект на данный момент — моё главное детище. Он не выходит у меня из головы. Я каждый день им горю. И пока не добьюсь своего, не успокоюсь.
— Макс, мы так редко проводим время вместе. Может… начнем что-то менять в наших отношениях? В любом браке сложно жить, придерживаясь дистанции. Я не хочу нарушать твои личные границы. Мне просто хочется чуточку больше внимания. Ради нашего ребенка ты мог бы оттаять… — практически шепчет она, выпрашивая взглядом нежности. — Мы ведь не чужие друг другу люди. В наших отношениях были чудесные моменты. Я хочу их воскресить.
Были. И я бы согласился с Крис, если бы не встретил Иву.
Сейчас, чтобы сблизиться с Брагиной, мне придётся себя ломать. Потому что вся моя сущность настроена на другое энергетическое поле, которое излучает Ваня.
Снова я, как одержимый, думаю о ней. Безумно хочу эту девочку себе. Ещё и потому, что я у неё первый.
— Макс?… — зовёт Кристина.
Отбросив мысли об Иванне, переключаюсь на Брагину.
— Вернешься из Европы, я отвезу тебя на участок. Не боишься диких животных? — стараюсь быть с ней помягче, как она того хочет. В принципе это несложно, если не ненавидеть. С Кристиной до такой отметки мы пока не дошли.
— С тобой я ничего не боюсь.
Наблюдаю замедленный взмах ресниц. Крис поправляет волосы на висках и чуть склоняется ко мне.
— Скажи, ты совсем не рад моей беременности?
— Я еще не привык к этой мысли, — говорю, как есть.
— Дай мне свою руку, — Кристина протягивает ладонь и я инстинктивно откликаюсь. Просто делаю то, чего она хочет. Мои пальцы касаются её плоского живота. Мышцы женского пресса вздрагивают, а затем замирают. — Чувствуешь? — шепчет, опустив мою руку себе на живот.
— Что? — смотрю в её горящие глаза.
— Энергию. Ты не можешь её не чувствовать. Там твой ребёнок, Макс. Твой сын.
— Ты так уверена в этом? — сглатываю,
