меня готовить, потом разожжём костёр, ну а дальше сам знаешь, чем это дело завершится, — возмутилась я, глядя на спину Дмитрия, который копошился в холодильнике и что-то уже, судя по движениям, жевал. Однако махом Яматов очухался, ещё пять минут назад без сознания лежал, а сейчас сам ходит и за обе щеки уплетает. — Дима, ты меня вообще слушаешь?
— Угу…
— А как на счёт Глеба, разве он нас больше не ищет? Ты же сам им меня всю дорогу стращал, — вспомнив о жутком типе, который в своём камине планировал из меня сделать кучку углей, встрепенулась я. Причём, по сути, Яматов собирается проделать со мной то же самое, а именно — отправить на костёр, но под его контролем. Сей факт почему-то совсем не пугает.
Дмитрий выпрямился и, не оборачиваясь в мою сторону, произнёс:
— Прошлый сеанс был последним, я закончил. Глеб, конечно же, ищет тебя, да и меня, наверное, тоже, но ты полностью готова. Даже если он каким-то невероятным образом умудрится тебя у меня отобрать, — на этой фразе Яматов всё же соизволил развернуться, а когда встретился взглядом с моими переполненными ужаса глазами, заверил: — Машка, не переживай, у меня всё под контролем, и вероятность того, что ты окажешься у Глеба, ничтожно мала. Так что даже в голову не бери, я это сказал лишь для того, чтобы объяснить, что ты как нельзя лучше готова к огню и, по сути, теперь даже неважно кто и когда тебя сожжёт.
— Но я бы предпочла, чтобы это был ты. Только тебе верю, — призналась я и почему-то почувствовала что-то сродни стыду. Такое ощущение, что я не высшую степень доверия выказала Яматову, а призналась в любви.
Глава 40
С гаджетами или нет, но мне, горожанке от мозга и до костей, как-то в каменных джунглях комфортней, чем в милом деревянном лесном домишке. Поэтому в дорогу собралась я крайне оперативно.
Пока ехали по лесополосе, даже в окно не глядела. Мне этот натуральный пейзаж почти за неделю так приелся, что кроме отторжения ничего не вызывал. Поэтому смотрела я исключительно на Яматова и любовалась тем, как он уверенно управляет автомобилем. Когда на обочине появились нормальные, в моём понимании, дома и магазины, чуть от восторга не визжала. Разглядывала их как диво дивное и чудесное.
— Дима, а давай где-нибудь остановимся, ну, в кафе какое зайдём. Лучше, конечно, с вредной и быстрой едой, но, в принципе, я на любое согласна, если там есть сладкая газировка. Посидим, перекусим, вдруг там телевизор есть, а?
Яматов, не отрывая напряжённого взгляда от дороги, отрицательно мотнул головой.
— Когда доберёмся до моей квартиры, тогда и посмотришь ты свой телевизор, хоть все их по дому собери в одной комнате и разом включи, а пока придётся потерпеть.
— Вредина, — показала я Дмитрию язык. — И к тому же ещё и врунишка. Всё время меня обманываешь.
— Не преувеличивай, — отозвался Яматов. — Может быть, пару раз соврал, и то в самом начале знакомства, причём тебе же на благо.
— Пару раз… в начале знакомства… — передразнила я мужчину. — А кто мне заливал: «Ещё один сеанс подготовки, потом передышка и продолжим бла — бла — бла». На самом деле ты знал, что это будет последний сеанс, подозреваю, что ты даже знал, что после него отключишься на несколько дней от истощения. Так ведь?
— Так, — легко подтвердил Дима.
Открыла рот, чтобы сказать что-нибудь едкое, но передумала, в зеркале бокового вида мелькнул чёрный джип. И всё бы ничего, автомобиль как автомобиль, но за рулем, как и на пассажирском сиденье рядом с водителем, сидели два мордоворота подозрительной наружности. Им обоим в боевиках можно без грима головорезов играть. Этакие Джейсоны Стэтхэмы местного разлива.
Обернулась назад и обомлела — внедорожник двигался не один, рядом с ним ехал его брат близнец с такими же бугаями внутри.
— Дима, похоже, у нас проблемы, — оглядываясь назад, сообщила я.
— Если ты имеешь в виду два внедорожника, что нас сопровождают, то это не проблема, а страховка на случай неприятностей, — насмешливо ответил Дима и добавил. — И старайся быть внимательней, за нами хвост едет дольше часа, а ты его только сейчас заметила. Твоя жизнь кардинально поменялась и теперь всегда и везде надо быть начеку.
От новости, что угрозы никакой нет, на душе сразу полегчало, и я даже решила пропустить мимо ушей упрёк по поводу невнимательности.
— О-о-о, сопровождение, — помпезно протянула я. — Пока жили в домике, я и позабыла, что ты у нас крутой босс.
Высказывание мужчина не прокомментировал, лишь глаза закатил.
— Кстати, крутой босс, а кто и когда решил, что до сожжения мы будем жить у тебя? Почему не у меня, например?
— Если в твоей квартире помимо нас поместится ещё и охрана, это человек шесть или семь, не проблема, можем пожить и у тебя, — лукаво покосившись в мою сторону, отозвался мужчина. — Ну так что, едем к тебе?
Воображение мигом нарисовало, как в моей крохотной однокомнатной квартирке толкается очередь из мордоворотов, желающих попасть в ванную и туалет. Тем более эти два нужных помещения у меня объединены в одно. Да и ладно Яматов, он теперь как родной, но перспектива тащить в свой дом толпу незнакомых мужиков как-то восторга не вызывает.
— Нет, думаю, тебе у меня не понравится. Я живу скромно, без излишеств, к которым ты привык.
— С чего ты решила, что не понравится? На мой взгляд, у тебя очень даже милая квартира. Единственное — что совсем маленькая.
Если до последних слов я сидела в пол-оборота к Дмитрию, то тут полностью к нему развернулась.
— Дим, что-то я не припомню тебя в списке моих гостей. Ты вламывался в мою квартиру?
— Конечно. Только слово ты какое-то нехорошее подобрала — «вламывался». Так, аккуратненько вскрыл замок, походил, посмотрел, ничего не ломал, да я даже обувь снял на пороге. И не надо на меня волком смотреть и пыхтеть, мне пришлось. Должен же я был знать, чем ты дышишь.
Закрыла глаза и глубоко дышу. Успокаиваюсь. Борюсь с желанием наброситься на Яматова с кулаками. Сейчас ни в коем случае нельзя взбучку мужчине устраивать. Он за рулём, аварии только мне не хватало.
— Дмитрий Тагирович, если тебе хоть капельку дорога жизнь, никогда больше не упоминай о том, что рылся в моих вещах без моего ведома.
— Машенька, по шкафам я не лазил. Так, по верхушкам прошёлся, посмотрел, какие книги читаешь…
— Ди-ма, — строго произнесла я, и мужчина умолк.
Когда мы
