больно. Рив вздрагивает, видит меня, и у него отваливается челюсть. Он делает тише музыку и пытается открыть окно.
– Привет, – говорю я нарочито сладко. – Как хорошо, что у тебя прошла нога. – Закончив притворяться, я убираю с лица улыбку и добавляю. – И не утруждай себя ответом ни сегодня, ни когда-либо еще.
После этого я поворачиваюсь и бегу прочь.
Я слышу, как за моей спиной хлопает дверь, и стучат по асфальту его ботинки. Я бегу так быстро, как только могу, но Рив даже с травмированной ногой все равно меня настигает. Я роняю ноутбук на землю. Но мне плевать. Я не хочу его видеть.
Неожиданно Рив обхватывает меня сзади руками.
– Отпусти! – Я пытаюсь вырваться из его медвежьей хватки, но его руки крепко держат меня.
– Лилия, подожди секунду!
Я не хочу ждать. Я извиваюсь и борюсь, пока силы не оставляют меня.
– Оставь меня в покое! – кричу я.
Несколько человек на стоянке поворачиваются в нашу сторону.
– Не нужно устраивать сцен! – шипит он. Это правда. Мне не хочется, чтобы сюда приехала полиция. Пусть он просто от меня отстанет. А это возможно только, если я остановлюсь.
– Пожалуйста, Лилия. – Я успокаиваюсь, и он меня отпускает.
Мы оказываемся лицом к лицу, у меня сбилось дыхание.
– Хочешь объяснить мне, почему ты врал?
Рив сжимает челюсти.
– Нет, вообще-то не хочу.
Я чувствую, как слова подступают к горлу. Мне нужно ему рассказать все: что я встречалась с ним только ради Мэри, что все было враньем, что я только делала вид, что увлечена им, а на самом деле он вызывает у меня отвращение.
Но я не могу, что для него мои слова? Плевать он на них хотел. Иначе он бы не стал врать и отказываться от встречи наверняка ради свидания с другой.
– Скажи, куда ты собрался? – Я вдруг осознаю, что ревную. И мне становится противно.
Он протягивает мне сумку с ноутбуком.
– Лучше, если я не буду тебе этого говорить. – Я беру сумку у него из рук, и слышу, что в ней шуршат пластмассовые обломки. Компьютер разбит.
У меня на глаза наворачиваются слезы.
– Надеюсь, та девушка хоть что-то знает по поводу экзамена. Или ей вообще наплевать, поступишь ты или нет? – Пытаясь помочь Риву, я столько времени потеряла. Мне нужно было тупо следовать нашему дурацкому плану, и наверняка мы бы уже несколько недель назад вовсю целовались!
Лицо Рива бесстрастно.
– Ты думаешь, что я еду встречаться с другой девчонкой?
Я иду прочь.
Он снова меня догоняет и становится у меня на пути.
– Отлично. Хочешь знать, куда я еду? – Он достает что-то из кармана. Листок бумаги. И протягивает его мне.
Я вытираю слезы, чтобы прочесть его. На нем написаны два имени, оба не женские. А еще адрес общежития в Массачусетском университете.
Я смотрю на него и ничего не могу понять.
Его рот кривится в усмешке.
– Я собирался надрать задницу тем засранцам, – говорит он, поворачивается и идет к своему грузовику.
Мне требуется несколько секунд, чтобы сложить два и два.
– О, господи, – говорю я, уставившись в записку. Там значатся имена Иена Розенберга и Майкла Фенелли. – О, господи.
И вот уже я бегу за ним.
– Ты с ума сошел? – кричу я ему.
Рив не сбавляет шага.
– Я идиот, что не подумал об этом раньше. Они же сняли дом, за которым приглядывает мой отец. Нужно было только посмотреть, где они живут, и все. Я выяснил их адреса, номера телефонов и даты рождения. А теперь я поеду туда и заставлю их пожалеть, что они встретили вас с Ренни.
– Я не хочу, чтобы ты это делал! – Гудит паром, и люди начинают заводить свои машины, собираясь грузиться. – Я не хочу, чтобы ты к ним приближался!
Рив открывает дверь.
– Почему? Ты считаешь, они этого недостойны?
Я судорожно ищу слова, чтобы ему ответить. Парни виноваты так же, как и я. Это я пошла в дом к незнакомым людям. Это я сильно напилась. Я сама создала ситуацию, когда могло случиться что-то ужасное. И мне не повезло, что так оно и случилось.
– Это ничего не изменит! – Я хватаюсь двумя руками за его свитер. – Ты туда не поедешь. Если это из-за меня, то я не хочу.
Но Рив уже мотает головой. Он меня не слушает.
– Те парни должны заплатить за то, что совершили. Нельзя это так оставлять!
Мне тяжело дышать.
– Я знаю, что ты хочешь помочь. Но что бы ты ни сделал, это ничего не изменит. – Я пытаюсь взять себя в руки, чтобы он меня послушал, но начинаю трястись. – Если ты туда поедешь, это снова ко мне вернется. А я очень хочу забыть.
Я вижу, как он немного смягчается.
– Но ты не можешь просто так похоронить это, Лил. Случилось то, что случилось. Ты должна принять это.
– Знаю. Просто разреши мне сделать это самой, – я смотрю на него умоляющим взглядом. – Не так, как ты собрался.
Мы, не моргая, смотрим друг другу в глаза, и Рив в конце концов кивает.
– Мне хотелось просто… просто сделать все по справедливости. – Он протягивает руку, берет ладонь и сжимает. Я не сопротивляюсь, хотя и знаю, что зря.
Позже, когда я вспомнила его взгляд и слова о том, что все плохие поступки людей не должны оставаться безнаказанными, меня передернуло от страха. Я знаю, что он прав. Все мы должны быть наказаны. Возможно, мы – больше всего.
Глава сорок вторая. Кэт
В понедельник после занятий я иду в компьютерный класс, чтобы проверить почту. Я вынуждена делать это в школе, ведь наш домашний компьютер страшно тормозит. Во-первых, он очень старый, а во-вторых, Пэт загрузил в него столько игр и порнухи, что в нем теперь вирусов больше, чем у больных в инфекционном отделении.
Как только я залогинилась, на экране возникает надпись, гласящая, что почта переполнена. Ничего удивительного. Около месяца назад моя тетя Джекки узнала, что такое электронная почта и попросила меня дать ей мой адрес. Теперь она присылает мне по десять писем на день: стихи про ангелов, молитвы для больных раком, статьи о последних научных изысканиях в лечении рака. Она просто одержима маминой ранней смертью. Не меньше, чем миссис Чиразо.
Единственное, что я не нахожу среди писем, это, к сожалению, ответа из Оберлина. Я знаю, что они должны обязательно ответить мне к концу января, но все время держу пальцы скрещенными, надеясь получить письмо пораньше. Миссис
