в гору. Кай, несший спящего ребенка, начал заметно уставать и наконец немного снизил темп. Им уже давно не встречалось заброшенных камер, а сам коридор, по которому они шли, едва вмещал по ширине одного человека. Казалось, толща воды над ними немного истончилась, и на песчаном дне стали изредка мелькать мутные блики.
Внезапно после очередного поворота Кай остановился и обернулся к Дарине, чуть не врезавшейся в него носом: «Все. Дальше ты сама».
Опешившая Дарина не двинулась с места. Она машинально прижала к себе спящего малыша, когда Кай протянул его ей, продолжая прожигать спутника недоуменным взглядом. Сверток, по ощущениям, весил преступно мало.
«Об этом выходе знают только несколько человек из управляющих Тюрьмами, охраны тут нет, – продолжал Кай. – Иди прямо, никуда не сворачивай, и выйдешь на побережье. Кажется, что берег там очень скалистый и пройти невозможно, но, если возьмешь чуть левее, через пару сотен шагов между скалами будет проход. Он выведет тебя на пустошь за городской окраиной. Тебе есть куда пойти?»
Дарина оторопело кивнула, вспоминая заветный адрес. У каждого в ее семье было свое убежище, неизвестное остальным, на случай если других поймают. Оставалось молиться, чтобы оно уцелело и там действительно можно было найти приют.
«Дождись на пустоши ночи и иди туда. Постарайся, чтобы тебя никто не видел. Береги Литу».
Дарина крепче прижала к себе малышку. Она даже не догадалась спросить имя ребенка.
«Ну все уже, иди!» – Кай слегка потянул ее за рукав, пытаясь вывести из оцепенения. По-прежнему не сказав ни слова, Дарина сделала вперед шаг. И еще один. И еще. Она слышала, как за спиной Кай пошел в противоположную сторону. Но ее собственные ноги будто приклеились к дну.
«Стой!» – мысленно крикнула Дарина, прежде чем успела подумать. Кай обернулся и недоуменно посмотрел на нее. Дарина уже спешила обратно.
«Пойдем со мной. Пожалуйста. Они убьют тебя! Если узнают… Все это как-то вскроется… А не они, так мятежники! Никто же не знает…» – Дарина путалась в мыслях, не замечая, как ее щеки становятся мокрыми от слез.
Кай смотрел на нее отрешенно, но что-то в его взгляде было такое, отчего сердце Дарины болезненно сжималось.
«Тебе помогут, я им все расскажу… Обещаю! Пойдем, пожалуйста!» – она подошла еще ближе. Ей ужасно хотелось схватить Кая покрепче, но руки были заняты. Он же стоял неподвижно.
Путаясь в словах, она продолжала невнятно убеждать и умолять его, сходя с ума от собственной беспомощности. Когда она наконец замолчала, Кай осторожно опустил руку ей на плечо. Дарина вздрогнула.
«Я не могу оставить им Майю», – коротко ответил он и вдруг наклонил голову, прижавшись лбом к ее лбу. Внутри у нее все разрывалось от жалости, грусти и желания помочь.
Они оба стояли не шелохнувшись, в оглушающей тишине. Кругом были лишь песок, вода и застывающее, вязкое время. Дарина судорожно искала нужные слова, хотя бы маленький повод продлить это мгновение. Но секунды растаяли, и Кай осторожно отстранил ее от себя.
«Давай, иди! – Он отвернулся, пряча пронзительный взгляд. – Мы и так потеряли кучу времени».
«Спасибо тебе за все», – Дарину душили рыдания, перед глазами все плыло. Повинуясь внезапному порыву, она встала на цыпочки и прижалась губами к губам оторопевшего Кая. Неловкий поцелуй пришелся на уголок рта, ближе к щеке, и длился меньше секунды. Не давая себе или ему времени осознать произошедшее, Дарина развернулась и быстро зашагала прочь.
1009 год от сотворения Свода, Себерия, Край Ветра, тридцатый день третьего осеннего отрезка
Мик
От танцев и шумной музыки у Мика уже гудело в висках, а глаза сами начинали слипаться. Но уходить не хотелось, давно уже ему не было так весело и почти легко на душе.
Смеющаяся Вьюга разломила кусок ягодного пирога надвое и протянула ему бóльшую часть.
– Ох, нет, только не еще один, – шутливо простонал Мик, беря угощение.
– Это последний, обещаю. Самый вкусный у Лилы.
– И я должен купиться на это третий раз подряд? – усмехнулся Мик. – Такие штуки лучше проворачивать с Риккардом.
Он все же попробовал немножко и не смог остановиться, пока не доел весь кусок. Лакомство и правда было изумительным на вкус. Мик на секунду блаженно прикрыл глаза. В той, прошлой жизни он не слишком любил праздники и танцы. Но все же каким удовольствием было хоть на один вечер забыть про тренировки и приближающуюся войну. Мик просто наслаждался пляшущим светом костров, веселыми лицами и довольной улыбкой на губах Вьюги, потемневших от ягодного сока.
– Что-то не так? – Вьюга заметила его пристальный взгляд и потянула руки к лицу.
– Нет, извини. – Мику стало неловко. – Просто у тебя вот тут… – Он машинально прикоснулся к ее нижней губе. Вьюга казалась очень смущенной.
– Не помешал? – голос Рика раздался у Мика над самым ухом. Они с Вьюгой оба вздрогнули и тут же отпрянули друг от друга, будто их застали за чем-то постыдным.
– Ты меня так до седых волос доведешь, – пробурчал Мик, чувствуя, как щеки против воли заливаются румянцем. – А где Мирра?
– Осталась погреться у костра. Хочешь? – Рик протянул ему пирог. В другой руке он держал целую корзинку таких же пирогов, предназначавшихся для общего угощения.
– Нет, спасибо, – ухмыльнулся Мик. – Я и так уже объелся.
– Ну как знаешь. – Риккард с аппетитом сам откусил от пирога. Мик даже не брался предположить, какого по счету за вечер. – Можно украду тебя на минутку? Ты не против? – Он вопросительно повернулся к Вьюге.
– Пойду составлю компанию Мирре, – улыбнулась она. – Найдешь меня потом?
– Конечно, – кивнул Мик.
Риккард проводил Вьюгу взглядом, в котором читалась укоризна.
– Что-то случилось? – первым заговорил Мик. Ему не хотелось ни с кем обсуждать происходящее. В конце концов, они ведь просто танцевали.
– Нет… То есть да, – стушевался Риккард. Он вдруг принялся рассматривать утоптанный снег у себя под ногами, будто впервые в жизни видел что-то подобное.
– Выкладывай. – Мик не на шутку встревожился.
– Все хорошо, не переживай… Мы с Миррой в общем-то давно хотели поговорить об этом. Но решили, что сначала обсудим с Даей, так будет правильнее, что ли, раз уж мы живем под ее крышей. Она дала добро, так что уже все решено. Хотел теперь рассказать тебе.
– Да о чем ты? – Мик едва разбирал бормотание Риккарда.
– Мы с Миррой хотим пожениться этой зимой, – Рик наконец поднял взгляд и смущенно посмотрел на Мика. В его голосе слышалась плохо скрываемая радость. – Мы… Еще когда мы узнали об истинных даллах, мы договорились, что не будем искать
