ей с хворающим сыном, что-то случилось.
Накануне вечером запланированное во дворце на Мойке убийство пошло не по плану. Яд не подействовал на Распутина, и заговорщики выстрелили в него из револьвера. После первого выстрела ему удалось вырваться – он выбежал на улицу, но его снова ранили, поймали и связали. Затем еще живого Распутина бросили в полынью на Неве.
На следующий день Феликса Юсупова и Дмитрия Павловича вызвали на допрос и расспросили о выстрелах, которые слышали соседи. Их показания оказались неубедительными, а из-за того, что тело Распутина еще не нашли, атмосфера в Петрограде накалялась. Александра Федоровна требовала немедленно схватить и расстрелять князя Юсупова и его сообщников, однако Протопопов вежливо предложил ей дождаться супруга, ибо отсутствие тела ставило следствие в очень трудное положение. Впрочем, узнав о том, что их придворный старец исчез, императрица мгновенно отправила телеграмму Николаю II, который находился на фронте.
Первой подсказкой стали пятна крови, найденные на парапете и устоях Петровского моста. Их нашел обычный рабочий и сообщил городовому. Городовой тщательно исследовал место и нашел между устоями коричневый сапог, который впоследствии опознают Мария и Варвара. Однако тело все еще не нашли.
Утром 19 декабря из воды близ Большого Петровского моста на Малой Невке подняли труп. Он выглядел ужасно, и особенно пугали вскинутые вверх руки. Тело доставили в деревянную хижину на берегу реки.
Министр Протопопов позвонил Марии и сообщил ей о страшной находке. Девушка задрожала. Несмотря на то что она уже догадывалась о том, что произошло, весть о смерти отца оборвала тонкую нить надежды.
– Мария, – говорил министр, – мне жаль, что приходится просить тебя об этом, но нам нужен родственник погибшего для опознания. Сейчас в Санкт-Петербурге находитесь только ты и Варвара.
Молодая девушка замешкалась. Все мысли ее были заняты другим – отец умер, и больше она его никогда не увидит. Однако она понимала, насколько важную миссию возлагает на нее полиция.
– Да, господин Протопопов, я сделаю это.
– Я должен предупредить тебя, Мария, – продолжил он. – Твой отец… выглядит очень плохо.
В тот момент Мария действительно разозлилась. Значит, отца не просто убили, но еще и изуродовали до неузнаваемости. Когда за ней приехала машина, Мария хотела поехать одна, но Варя и Катя настояли на том, чтобы отправиться с ней.
Когда они подъехали к Петровскому мосту, то увидели, что близлежащие улицы оцеплены – полиция пропускала только служебные автомобили. К тому же снега выпало столько, что машины то и дело застревали в сугробах.
Увидев тело, Мария сразу узнала отца. Несмотря на то что труп был прикрыт одеялом, девушки видели, что Распутин боролся за жизнь до самого конца – на висках запеклась кровь, нос сломан, а веревки, от которых он наверняка пытался избавиться, пока его тащили к реке, крепко впивались в запястья.
Мария открыла было рот, чтобы закричать, но с губ не сорвалось ни звука. Девушку словно парализовало. С другой стороны, разум начал задавать логичные вопросы: разве им не хватало обычного убийства? Зачем нужно было его мучить? Кто эти люди? Нет, это не люди, а чудовища.
Понимая, что больше не может находиться в хижине, Мария жестом показала собравшимся, что закончила опознание, и вышла наружу. Ее сердце билось как сумасшедшее, ее тошнило, и она хотела как можно быстрее оказаться дома.
– Вы опознали погибшего? – официальным тоном спросил Протопопов. Служба обязывала его задать этот вопрос.
– Да… – тихо ответила Мария. Она также знала, что должна ответить: – Это мой отец… Григорий Ефимович Распутин.
Вернувшись домой, девушки заметили, что министр разместил по периметру квартиры охрану, чтобы защитить Распутиных от возможного нападения.
В тот вечер Мария думала о том, что это мучительное событие навсегда изменит ее жизнь, превратив ее в кошмар, от которого невозможно проснуться.
За месяц до смерти отец отправил домой странное письмо, наказав Марии прочитать его, когда он умрет:
Дорогие мои!
В будущем грядут несчастья. Лицо Богоматери Воскресения скрыто, мы не можем рассчитывать на помощь… Ужас есть гнев Божий! Куда нам бежать?
Я не увижу этого, потому что мой час очень близок, но, хотя это и горько, я не боюсь. Я возьму на себя страдания и обрету вечное Царство. Молитесь и будьте сильны в своей скорби, и вы будете спасены! Беды твои да молитвы известны Богу, а других жертв так много будет, что за всех и не помолишься! Невозможно перечислить их всех. Будет много мучеников.
Зло будет настолько велико, что вся Земля будет трепетать от него, и по всему миру разразятся голод, болезни и чудесные знамения.
Молитесь Господу, ибо молитвы приносят спасение и радость миру, и по милости Господа нашего мы получим защиту Покрова Богородицы.
Григорий
Читая письмо, Мария разрыдалась, осознавая, что пророчество ее отца стало реальностью. На мгновение она возмечтала, что тот не умер и вскоре придет домой и обнимет ее. Увы, мечты ее так и останутся мечтами.
В ночь на 20 декабря профессор Косоротов, один из наиболее известных и влиятельных судебно-медицинских экспертов Российской империи, произвел вскрытие тела Распутина и подготовил свой отчет.
Мария и ее сестра не были приглашены на церемонию погребения тела Распутина в Александровском парке Царского Села во избежание нападений на семью. Впоследствии сестер все же привезли на могилу отца; более того, царская семья предложила сестрам свою протекцию, чтобы
