такие, от которых зависит вся дальнейшая жизнь.
— Приготовились! — прогремел голос за моей спиной, и я резко выключила все ненужные мысли. — На счет три отпускаем стрелу.
Уже? Нутром чувствовала: я что-то пропустила, — но метаться было поздно, и я бросив несколько взглядов на соперниц, сосредоточилась на цели.
Девицы сосредоточенно держали оружие. Задача обойти их с каждой секундой казалась все менее и менее выполнимой. Особенно после одного дня псевдотренировок.
За спиной раздались шаги. Наверное, Аравелл вышагивает, но проверить догадку не решилась. Вдруг отведу взгляд от разрыва пространства и больше его не увижу?
— Огонь!
«Точно, его светлость тут как тут, командует», — улыбнулась я про себя, отправляя стрелу в полет. А после, сама того не желая, представила лицо с черной повязкой. И зябко поежилась.
Десяток стрел взлетел в воздух и пронзил небо над Млыном.
— На первый раз отлично! — оценил наши старания Аравелл. — Повторяем! Закрепляем стрелы!
Я резво схватила из колчана еще одну стрелу и едва успела ее закрепить, как последовал приказ:
— Огонь!
Стрелы израсходовались быстро. Или просто я научилась быстро стрелять. Впрочем, имея такую громадную мишень перед глазами, попасть в нее оказалось несложно. Решение стрелять не в зеленую ленту, а в разрыв пространства оказалось верным — констатировала я про себя.
Аравелл вышел вперед и довольным голосом огласил итоги испытания:
— Все справились. Выбывших на этом этапе нет. А сейчас наступает самый ответственный момент отбора. Каждая из вас получит особую стрелу. С древней магией. Решающим для прохождения отбора и окончательного закрытия бреши в Великом Млыне будет выстрел такой стрелой, — выдержал он долгую паузу, — в самый центр разрыва пространства.
— Мы и так стреляли в центр, — послышались возгласы слева и справа от меня.
— Выстрелите еще раз, в чем проблема? — непривычно миролюбиво ответил Аравелл. — Будет даже проще. Если древняя стрела признает ваш дар, сама полетит в цель. Сейчас особенные стрелы принесет толье Орминдт.
Ух ты! Все замерли в ожидании.
Тишину нарушил лишь шорох обуви Одэна, который нес непривычно большой колчан. «Вот, значит, как его род называется», — отметила я про себя.
Одэн инт Орминдт неторопливо приблизился и, останавливаясь перед каждой участницей, доставал стрелу и клал ее к ногам девушки.
Вот он совсем рядом со мной. Я даже слышу терпкий знакомый аромат его кожи. Мой быстрый взгляд в глаза не остался незамеченным. Одэн приободряюще улыбнулся и положил стрелу к моим ногам. Приятно, когда хоть один человек поддерживает меня в этом сражении.
— Теперь каждая из вас по очереди подходит ко мне. Становится на это место, — инквизитор показал рукой на ничем не примечательный клочок земли, — и наводит стрелу на цель. Кто самый смелый?
«Только не я! — инстинктивно попятилась я назад. — Я не смелая. Совсем не смелая!»
Смелых девушек оказалось много. Пока я успокаивала трясущееся сердце — и почему волна паники вдруг окатила меня? Все же идет неплохо! — и дрожь в руках, к инквизитору потянулись одна за одной участницы отбора. Делали выстрел и возвращались на место. Я, сколько ни пыталась понять, успешно ли пройдено ими испытание, увидеть ничего не смогла.
Кроме одной детали: инквизитор перед каждым выстрелом становился прямо напротив стрелка, словно проверяя технику стрельбы. «Так же он будет стоять, и когда придет моя очередь, — просочилась непрошеная мысль. — Интересно, что будет, если я случайно попаду не в цель, а…»
Толчок в плечо оказался своевременным и отогнал прочь ядовитый червячок соблазна проверить нервы его светлости на прочность. Спасибо, Хенна, что вернула из нелепого мечтания. И очередь свою потерять заодно не дала.
Не спеша я зарядила стрелу, приблизилась к инквизитору. Тот предсказуемо отошел на несколько метров вперед и стал прямо напротив меня. Отклони я прицел чуть вниз, и стрела улетит не в небо над Великим Млыном, а прямо в голову его светлости…
Быстрый взгляд на разлетевшиеся в беспорядке волосы, чуть отросшую щетину и на черную повязку. Понять беспечность грозы всех попаданцев я так и не смогла. Он специально ищет приключения на свою голову? Или у него есть защита, если один из соискателей вдруг сойдет с ума и направит стрелу не туда, куда положено правилами?
Озадаченно бросила еще один взгляд на фигуру, источавшую уверенность в себе, и подняла лук. Прицелилась в пятно, вдруг на миг ставшее белесым, а после растворившееся в чистом небе. Зеленые ленты магической энергии, сделав несколько оборотов вокруг своей оси, тоже исчезли, словно их и не было.
Ну вот, этого я и боялась! Была цель и исчезла! Что теперь делать? И я направила лук на место, где еще несколько мгновений назад видела разрыв пространства.
Легкое движение рукой, и стрела ускользает на волю. Уже в небе вспыхивает ярко-синим цветом, который переходит в пронзительное свечение. А после взрывается над лопастями Великого Млына, словно в небо выпустили дюжину снарядов салюта.
Под воцарившуюся тишину я возвращаюсь на место. Кожей чувствую пронзающий взгляд единственного глаза. А еще чувствую, как метка на руке, еще ни разу не побеспокоившая меня, раздражается зудом. Хочется вцепиться в кожу ногтями и выдрать его. Лишь бы унять этот достающий до каждой нервной клетки зуд.
Но соревнования еще не окончены, и я, сдерживаясь от желания то ли почесаться, то ли посмотреть на инквизитора и просто радостно улыбнуться — я куда-то попала, точно попала! — иду на место.
Последней стрелять идет Хенна, но повторить мое шоу ей не удается. Ее стрела летит и исчезает в небе, не показав даже одной крохотной искорки.
— Все видели победителя? — вопрос инквизитора заставляет девушек закивать головой. Только я стою не шевелясь, в нерешительности, что делать дальше.
Вроде бы и выиграла это соревнование. Но осадок на душе все тяжелее и тяжелее. Почему только от моей стрелы вспыхнул фейерверк? Вдруг его светлость обратит на меня внимание и начнет проверять метку, которая все еще продолжала жечь кожу огнем?
— Брешь окончательно закрыта, — нарушает тишину Одэн. — Тольину Элинию поздравляю с поступлением в школу наемниц. Древняя магия вас признала, и теперь вы одна из нас.
— А кто вы? — едва слышно прошептала я, стараясь показаться более растерянной, чем было на самом деле.
— Борцы со злом, — прозвучал мне в ответ голос инквизитора. Хотя ответ я ждала от Одэна.
— С контрабандистами, циклопами и прочей нечистью?
— Да, с ними. Но главное зло не они. Попаданцы — вот наш основной враг.
Жаль, что падать в обморок мне нельзя, даже если очень хочется. Потому что от слова «попаданцы» и металлического тона, каким оно было произнесено, мне
