и сам не ожидал, что так легко поведется. Еще недавно киборг считал, что ему нужно обязательно встретиться с Марселем и выяснить: кто сильнее.
Сейчас Марсель загибался от боли, а его робот вроде как вышел из строя. По стальной поверхности бешено бегали огоньки, а сам он стоял недвижимо. Нужно немедленно прекращать бой. И срочно заняться роботом. Своего механика Хок с собой не взял. Роботов у него в команде немного. В основном, киборги или люди. А роботы, если сломаются, Хок не сожалея их просто выкинет. Или на запчасти разберет. А механик потом на Хронде починит. Или на любой другой планете Хока. Да, Хок — повелитель Семи Планет! Надо будет Селинде экскурсию по другим шести провести. Вот вернутся с Интрона. Если других дел не предвидится, то обязательно проведет. Покажет все свои владения.
Хок прислушался к болтовне Локвуда. Тот старался привлечь внимание Марселя. Фабер постепенно приходил в себя. Его взгляд стал осмысленнее. Робот перестал мигать. Видимо, совсем отключился.
“Кажется, отпустило,” — решил Марсель. Смартоник на какое-то время затих в его голове и перестал проявлять всякую активность. В этот момент раздался голос Локвуда:
— А ты знаешь, что это Смит убил твоих родителей! — заорал он что есть силы. Лицо мутанта исказилось в нечеловеческой гримасе, как будто он испытывал страшную боль. Глаза вылезли из орбит, рот раскрылся, как у змеи или другой рептилии. Длинный язык высунулся из-за мелких, но острых зубов.
— Если интересно, я могу рассказать! — он взял себя в руки. Начавшаяся истерика резко прекратилась. Мутант снова стал спокоен и безразличен ко всему.
— Я был там, я все видел своими глазами, — безучастно продолжил Локвуд.
— Ты знал моих родителей? — Марсель не поверил ушам.
Он всегда считал себя подкидышем и благодарил судьбу, что однажды в их приют пришел не кто-нибудь, а сам Джон Смит — крупный начальник секретной службы Конфедерации Миров. Никто толком не знал его должность и его полномочия. Коллеги Марселя поговаривали, что Смит имеет выходы на “самый верх”! Фабер никогда не задумывался, почему выбор пал на него. Чем он лучше остальных приютских детей? В их отдел приходили по огромному блату. Дети сотрудников,крупных чиновников Альянса или военных. Случайные люди к ним не попадали. Разве что Кулхацкер. Но и он тоже далеко не простой. Внук талантливого программиста. Сын великого роботостроителя. Сам Айрон унаследовал способности и отца и деда. Он мог бы сделать прекрасную карьеру в Grand Robotic, но судьба занесла его в их отдел. И именно самое лучшее творение Кулхацкера — Смартоник — попало к Марселю. Совпадение? Карьера агента шла гладко. С одной стороны, его посылали на самые сложные задания, с другой, Смит не жалел никаких возможностей, чтобы Марсель проходил самое лучшее обучение, использовал самое современное оружие, получал доступ к любым ресурсам.
Марсель пристально посмотрел на Локвуда. Тот продолжил:
— Когда вернешься к себе в контору, спроси шефа сам. Ты отверг наше предложение. Я не буду ничего тебе говорить. Смит сам расскажет. Если сочтет нужным. А не сочтет, приходи к нам. Я тебе расскажу. Ну, что вы продолжите или закончим? — обратился он к Хоку.
Тот ничего не ответил. В это время Марселя стала душить адская злоба: сначала робота вывели из строя, теперь воздействуют на него.Внутренний голос подсказывал ему: “Довольно!” Но эмоции не слушались его.
— Продолжаем, — выкрикнул Марсель и из последних сил кинулся на Хока. Несмотря на то, что он понял, что это ловушка. Скорее всего, ему не уйти живым! Но он дорого продаст свою жизнь. В конце концов, возвращаться в контору, не выполнив задание, смысла нет. Он не сделает ничего плохого Курту Ману. Не предаст друга. Уж лучше погибнуть сейчас. Смит отомстит за него! За него и за Смартоника. Найдет этого Локвуда, и тому не поздоровится!
Локвуд знаком со Смитом. Локвуд знал его родителей! Кто они! Видимо, Марсель этого никогда не узнает. Фабер кинулся на Хока. Атака оказалась столь неожиданна и неистова, что Хок не успел среагировать и получил пару раз с ноги в голову. Это привело его в краткое замешательство, но лишь на миг! В следующий момент он очухался и ринулся на Марселя, осыпая его градом ударов. А на Фабера вдруг навалилась чудовищная усталость. Легкие разрывались от недостатка кислорода. Руки и ноги перестали подыматься. А тут еще активизировался Смартоник и засыпал его потоком беспорядочных мыслей и слов. И всякий раз в нервной системе Марселя, в его аксонах и дендритах, во всех нервных клетках возникали микроразряды, которые воспринимались им как чудовищные удары током, словно он схватился за высоковольтные провода.
Марсель упал, скорчившись от боли. Тело его извивалось в судорогах. Кричать уже не было сил. Сейчас он потеряет сознание. Возможно, навсегда.
— Э, что это с ним? Я вроде не так уж и сильно бил? — недоуменно спросил Хок Локвуда. Его свита тоже столпилась вокруг поверженного соперника. Киборги удивленно и настороженно смотрели, как Марсель бьется в конвульсиях.
— Оставь его! Ему уже ничем не поможешь! Робота заглючило, видишь? А тот через нейрочип добивает человека!
— Может робота вырубить? — подал идею Хок.
— Не надо! Он сам кого хочешь вырубит! Робот сейчас очень опасен. Лучше уберемся отсюда подобру поздорову! Моя идея не удалась. Хотел его завербовать, а он заартачился. И робота заглючило как назло!
— А что с роботом случилось? Чего он вдруг сломался?
— А я почем знаю? Я не специалист в мехатронике. Я больше по людям спец! Говорил же: искусственный разум до добра не доведет! Люди еще далеки от решения загадок жизни. Возомнили себя богами! А на самом деле мелкие букашки! Копошатся, копошатся. А толку никакого! Искусственный интеллект они изобрели? Черта с два! Все это самообман! Глубокое обучение, свертки - развертки! Чушь собачья! Люди возомнили, что сравнялись с Господом Богом! Что их генеративно-дегенеративная нейросеть и есть ключ к решению основного вопроса!
— Локвуд, ты говоришь мудрено. Ты же знаешь, я не понимаю всего этого.
— Куда тебе, Жрец Великого Ястреба!
— Я прошу не святотатствовать. Мы коллеги, но я не позволю тебе наводить хулу на …
— Да брось! Я просто хочу сказать, что человечество слишком увлеклось в подражании Творцу. А между тем, Господь создавал этот мир не по рандому!
— Конечно же, нет, Локвуд,
