не помогу. На мою поддержку можешь рассчитывать, только если планируешь стать выше, чем ты есть. С ползающими на самом дне жизни слабаками я не вожусь.
— Так вали тогда, я тебя не держу, — холодно отозвался я.
— Ой, мой маленький нежный мальчик обиделся. — Она взяла мое лицо за подбородок и провела кончиком языка по щеке.
— Отвали, Мист, — оттолкнул я ее.
— Так… — Девушка отошла на пару шагов и сказала: — У меня к тебе предельно серьезный вопрос.
— Валяй.
— Ты — гей? — предельно серьезным тоном спросила зараза.
— Ты дура? — грубо спросил я, с прищуром глядя на нахалку.
— Тогда почему ты отталкиваешь меня? Никогда не поверю, что от этого… — Она соблазнительно провела ладонью по своим аппетитным формам. — …можно отказаться в здравом уме.
— Тогда считай, что я ополоумел. Ты уж извини, детка, но ты не в моем вкусе.
— А ты в курсе, Дан, что ты редкостный урод?
— Ага.
— Идиот.
— Повторяешься.
Отвергнутая секс-бомба возмущенно фыркнула.
— Жертвовать своими дурацкими принципами даже ради дела ты не хочешь. Как ты тогда вообще собираешься выживать в этом мире? И чем конкретно ты планируешь заниматься? — спросила она спустя несколько минут молчания.
— О, ты снова разговариваешь со мной. Спасибо, что спросила. Как раз хотел задать вопрос… Руна в последний раз, когда мы с ней общались, пообещала мне, что найдет человека, который мне дорог, а когда я вернусь с острова, сообщит мне, где он. Но Руна пропала.
— Что за человек?
— Мальчик-подросток.
— Ты это серьезно? Ты собираешься возиться с каким-то мальчишкой? — От удивления Мист даже забыла состроить презрительную гримаску.
— Так, сразу говорю — заткнись на этот счет, — отрезал я. — Просто скажи: ты бы смогла помочь мне найти его? Я только знаю, где мы в последний раз видели его. Это случилось до острова, неподалеку от деревни, где я жил. А затем пришли сторонники короля-узурпатора и вырезали всю общину, кроме тех, кого увели в рабство. Мальчика тоже увели.
— Помочь-то я тебе смогу…
— Уверена? — заволновался я.
— Дан, — Мист посмотрела на меня, как на несмышленого младенца, — я — Бессмертная.
— А, да, конечно, извини, забыл, что ты — птица высокого полета.
— Хватит ерничать. Ты лучше скажи мне, готов ли ты заплатить достойную цену за мою помощь?
— Я готов на многое ради того, чтобы спасти мальчишку.
— Это же просто отлично, — хищно улыбнулась Мист.
***
Договорить мы с Мист не успели: домочадцы вернулись. Страж тут же испарился.
Виам водила семью на прогулку. После нашего с ней разговора на ее лице то расцветала улыбка, то эту улыбку затмевали тучи тревоги и страха. Я понимал, что творилось в душе женщины. Вчера только загибались от голода, а тут какой-то мутный тип отсыпает тебе десять золотых. Их я отдал Виам на продукты и для прочих необходимых трат. Им этого надолго хватит. На ближайшие несколько дней я уже закупил продуктов.
Поболтав несколько минут с Виам и покружив по комнате радостно верещавшую Нур, я отправился, как запланировал еще вчера, за покупками. Решил, что лучше мне самому этим заняться, чтобы Виам лишний раз не светила лицом где не надо.
Для начала я зашел к уже знакомому владельцу лавки, чтобы купить себе одежду поприличнее.
— Какие люди! — дружелюбно приветствовал меня торговец, расплываясь в улыбке. — Как идут ваши дела, молодой человек? Не собираетесь снова наведаться на остров дикарей?
— Пока нет. Но вообще намереваюсь отправиться в дорогу, чтобы подыскать себе хорошую работу. Потому и пришел к вам: мне бы одежу какую, чтобы хорошая была.
— У меня все хорошее, молодой человек, — обиделся немного торговец и вытащил на прилавок всякие разные тряпки.
Я выбрал коричневую рубаху из качественной, плотной материи, с широкими рукавами, зауженными к кистям; кожаный черный жилет со шнуровкой спереди; пару просторных темных штанов.
— Вот это все упакуйте, будьте любезны. Мне бы еще пару комплектов исподнего белья.
Получив желаемое, я попросил легкую обувь. Сапоги у меня все еще были в отличной форме, но постоянно разгуливать в них было невыносимо жарко.
Торговец предоставил мне кожаные коричневые туфли с заостренными носами. Вот дерьмо! Не то, чтобы туфли были какими-то ужасными, но как же я соскучился по удобным кроссовкам!
— И шляпу, если есть.
— У меня есть все, — гордо ответил торговец и снабдил меня черной шляпой с широкими полями.
— Благодарю вас. Сколько с меня?
— Один золотой.
Я вытащил монету и расплатился.
— Все диву даюсь, молодой человек, вы вроде из деревни бежали от нищеты и голода, а тут уже в который раз ко мне приходите… — Торговец хитренько так глазки прищурил.
— Так ведь я, как лощадь пахал, чтобы вот это все купить. Хочется выглядеть прилично. К тому же, наши друзья с острова очень уж подсобили мне своими пряностями тогда. А еще вот что я вам скажу, уважаемый, — я улыбнулся, источая максимум дружелюбия, — если вы умерите свое любопытство и перестанете подозревать порядочного, честного человека непонятно в чем, я к вам еще не один раз наведаюсь за товарами.
— Да что вы такое говорите! — Замахал руками возмущенно хитрый лис. — Да я ж разве подозреваю вас в чем-то? А любопытство мое вы мне простите, молодой человек, такова уж наша стариковская природа — желать узнать как можно больше. А вы заходите ко мне почаще, я всегда рад таким покупателям.
Я поблагодарил мужчину и пожал ему руку, после чего покинул лавку.
Опасался ли я, что торговец нагадит мне из-за своих подозрений? Есть немного. Но я почти уверен, что жажда золотишка пересилит в нем тягу соваться не в свои дела. Деньги, они такие — самый лучший аргумент в любом споре. Но даже если допустить самый худший вариант, важно только одно: Виам и ее семью со мной не свяжут. Подумаешь, угол у них снимаю. Если и будут проблемы, то только у меня, но я придумаю, как выкрутиться. К тому же, я не намерен месяцами тут сидеть. Мист сказала, что поможет отыскать Агнара, а это значит, что скоро мы отправимся в путь.
***
Я забрел в закуток в конце улицы, в котором было безлюдно, и по-быстрому переоделся в новую одежду. Я намеревался отправиться в торговую лавку в более приличной части города, так что надо выглядеть опрятнее. А то старая моя одежда уже поистрепалась основательно. Да и не первой свежести она. Виам предлагала мне стирать мою одежду, но я, конечно, отказался (сам стирал, но не так часто, как это делают женщины). Бедняжка и так стерла все ладони
