Андре, казалось, утверждал, что он каким-то образом заполучил в свои руки R & # 246; gnvaldur, и его намек на маску соответствовал лоскуткам кожи, которые Сигурд & # 211; ли видел у него на кухне. Андре позвонил с явным намерением предоставить ему эту информацию, но не пожелал идти дальше, и его колебания подразумевали, что он не был уверен, чего хочет достичь. По состоянию его квартиры было ясно, что он не жил дома, действительно, уже давно не жил. Сигурдур Óли пытался установить личность и адрес R & # 246;gnvaldur, о котором упоминал Андр 233; с, но в столичном районе было всего несколько человек, чье имя и возраст соответствовали друг другу, и ни один из них не числился пропавшим без вести. Но отчим Андре и раньше использовал псевдоним — на самом деле, не один — и, возможно, делает это до сих пор, что еще больше усложнило бы его поиск. Возможно ли, что Андре напал на него? Или это была просто запутанная фантазия человека, погрязшего в алкоголизме? Должен ли он поверить ему на слово? Следует ли серьезно относиться к любым заявлениям такого беспокойного человека с долгим стажем бродяжничества и злоупотребления психоактивными веществами?
Эти и многие другие вопросы занимали Сигурдура ли, когда он ехал в дом своей матери после встречи с Бергтом ра. Несмотря ни на что, он думал, что Андре следует верить, по крайней мере, до некоторой степени. Он никак не мог примириться с демонами своей юности, которые все еще кошмарно угнетали его душу. Ему нужна была помощь, и он обращался с мольбой, хотя и делал это странным образом. Видеозаписи фильма и их встречи на кладбище было достаточно, чтобы убедить Сигурдура ли признать презумпцию невиновности.
Андр преследовал Сигурдура Óли; его мысли постоянно возвращались к нему, вызванные случайными видами или звуками. Что Андре сказал о своей матери? «Не спрашивай меня о ней. Я не хочу о ней говорить». Что сказал Бергт ó ра о Сигурдуре Óли? «Иногда ты можешь быть так похож на свою мать». После всех их проблем Бергт & # 243;ра был тем, кто положил конец их отношениям. Все закончилось, их пути разошлись, и теперь он не знал, что и думать. Он сожалел о потере Бергтаóра. Наконец до него дошло, что он хочет попробовать еще раз, сделать все, что в его силах, но было слишком поздно. Он вышел из себя, и она заговорила об эмоциональной холодности, о снобизме его и его матери. И все же он не мог припомнить, чтобы за все годы их совместной жизни произнес хоть одно критическое слово в адрес Бергта ó ра.
Уставший и подавленный, Сигурдур Óли предпочел бы пойти домой, в постель, но были вопросы, которые он хотел задать своей матери на две несвязанные темы; один как своей матери, другой как бухгалтера, которого не впечатлили так называемые «Новые викинги» и заоблачные нормы прибыли.
Гагга была несколько удивлена визитом своего сына так поздно ночью. Когда Сигурдур Óли усаживался на кухне, он услышал звук телевизора из гостиной и спросил, дома ли Сэмундур. Да, сказал Гагга, он смотрел какую-то программу. Собирался ли он поздороваться? Сигурдур Óли покачал головой.
«На днях вы говорили о банках. Много ли вам известно о том, как они работают?» — спросил он.
«Что тебе нужно знать?»
«Почему у них вдруг появилось так много денег? Откуда они все берутся? И что банкиры могут делать такого, что не выдерживает критики? Есть идеи?»
«Я не знаю», — ответил Гагга. «Вы слышите так много историй. Некоторые люди говорят, что мы движемся к краху, если будем продолжать в том же духе. Невероятная экспансия, свидетелями которой мы являемся, почти полностью основана на иностранных кредитах, и есть различные признаки того, что эти источники либо скоро будут заблокированы, либо просто иссякнут. Если глобальная рецессия, о которой они говорят, действительно произойдет, банки окажутся в большой беде. Риск заключается в том, что вместо того, чтобы урезать паруса и быть более осторожными, они просто повысят ставку. Только вчера я слышал, что они планируют получить в свои руки больше иностранной валюты, открыв депозитные счета в других европейских странах. По крайней мере, я так понимаю, что планы есть. Вы сейчас ведете расследование в отношении банков?»
«Я не уверен», — сказал Сигурд Óли. «Возможно, какие-то люди связаны с ними».
Исландские магнаты, которые приобрели крупные пакеты акций в банках через свои компании, берут у них кредиты, что, конечно, неэтично, не говоря уже о том, что это рискованно, если практиковать чрезмерно. Они используют банки, которые являются публичными компаниями с ограниченной ответственностью, для получения собственной прибыли. И, поделив между собой все крупнейшие компании страны, они теперь заняты покупкой всего, что может попасть им в руки за границей, и все это финансируется за счет дешевых заимствований. Не говоря уже обо всех играх, в которые они играют, чтобы повысить ценность своих компаний, которая часто основана не более чем на иллюзии. Вдобавок ко всему, они вторгаются в публичные компании, продавая им свои собственные активы по завышенным ценам. Тем временем руководители банков предлагают себе опционы стоимостью в сотни миллионов, если не миллиарды крон, а затем играют в азартные игры, беря кредиты для покупки акций самих банков».
«Мы постоянно слышим о подобных вещах».
«Вот как им платят за сотрудничество с владельцами», — объяснил Гагга. «Затем существуют перекрестные холдинги. Всегда одна и та же горстка людей совершает эти сделки, предоставляя и беря кредиты. Опасность, конечно, заключается в том, что если разорвать одно звено, все здание рухнет, как карточный домик».
Сигурдур Óли задумчиво посмотрел на свою мать. «Это все законно?»
«Почему бы тебе не поговорить со своими коллегами из отдела по борьбе с мошенничеством? Или ты уже поговорил?»
«Возможно, мне это скоро понадобится», — сказал он, его мысли обратились к Финнуру.
«Я не думаю, что исландское законодательство содержит достаточные положения, чтобы охватить половину того, что задумали эти люди. Парламент — это шутка: он на тридцать лет отстал от того, что здесь происходит. Все, о чем они когда — либо говорят, это о ценах на сельскохозяйственную продукцию — они совершенно бессильны. Тем временем правительство контролирует все, и оно поощряет это безумие, поднимая шум из-за Новых викингов и банкиров, которые летают по всему магазину на своих корпоративных самолетах. Банковский долг почти в двенадцать раз превышает ВВП, но никто ничего с этим не делает. Но что именно вы
