— Нет, — пробормотала Дилария, отскочив назад. — Но как же так…
— Наивная, — в голосе некроманта послышалась довольная усмешка. — Не забывайся. Помни, против кого идёшь.
Но вместе с осколками, на пол упали капли крови. Ди подняла взор. Левая ладонь колдуна была обезображена. Пальцы вывернуты и переломаны, а по центру зияла сквозная рана.
— У тебя хорошо получается, когда злишься. Стоит потренироваться, и тогда станешь одной из сильнейших. А пока знай своё место.Прошёл мимо неё, направляясь к трону. Девушка стояла сама не своя. Она поддалась негативным эмоциям. То, что так долго скрывала внутри, вырвалось наружу. Обида, ненависть, печаль. Все чувства смешались воедино и призвали Тень.
«Мы с тобой ещё отомстим», — послышался в голове шипящий голос.
Дилария вздрогнула, но не подала вида.
«Правильно. Он не должен знать о наших разговорах. Он вообще ничего не должен знать. Я помогу тебе овладеть моими Силами. А взамен, ты выпустишь меня на волю».
От подобных разговоров девушку пробирал страх. Но вместе с ним приходил интерес. А ещё жажда власти. Ведь внутри неё проснулась огромная мощь. И стоит только с ней совладать, как Ир-Саал поплатится за все свои злодеяния.
***
«Ну уж нет. Так просто я тебе не сдамся».
Азак в зверином облике валялся на боку в луже собственной крови. Рыча от злости и боли, пытался совладать с телом, но ничего так и не получилось.
Тем временем к нему подбежал шипастый ящер. На лице чернокожего мага появился хищный оскал.
— Что же ты? — заговорил тот, столь спокойно, будто сталкивался с подобным каждый день. — А ведь всё так хорошо начиналось.
Он поднял зажатый кулак. В солнечных лучах блеснуло лезвие кинжала. Противник занёс его свободной рукой над собственным кулаком.
— Признаюсь, это довольно неприятно. Но что поделать, если нет иного выбора. Превратиться в человека у тебя вряд ли получится. И будь ты в ином облике, то наша битва могла затянуться подольше. А так…
Маг вскинул оружие. В его глазах блистали огоньки безумия. А белозубая улыбка напоминала пасть гиены. В тот миг Азак понял, что попал в самый простой фокус. И от обиды зарычал ещё сильнее.
«Нет, нет, нет, — бормотал его внутренний голос. — Да ни за что! Какой-то чернозадый решил меня прикончить? Этому не бывать!»
И стоило мысленно закричать, как тело противника затряслось. Глаза наездника выпучились. Он явно не ожидал такого сопротивления. Но в следующую секунду злобно рассмеялся и пронзил свой кулак.
В тот же миг острая боль полоснула Азака в груди. Его будто пронзили раскалённым лезвием. Лёгкие вспыхнули нестерпимым огнём. Сердце сжалось, а изо рта хлынула кровь. Дыхание перехватило. В глазах стремительно темнело. Сознание уходило, возвращая директора Школы медведя в самый жуткий момент его жизни.
***
Кровь хлестала из разорванного плеча. Громадный зверь ревел так, что слышала вся округа. Позади осталась небольшая деревенька. Там были дети. Много детей, оставшихся один на один с призраком. Тёмный дух, пожиравший людей.
Когда напали на Школу, Азак велел всем спрятаться в том поселение. Десятки чудовищ налетело на учебное заведение. Директор и остальные учителя с трудом отбивались. Учеников спасали женщины и старшеклассники. Деревня была окружена магическим барьером. Через него не могла проникнуть никакая тварь.
Но Азак просчитался. Нападение на Школу — лишь отвлекающий манёвр. Главный монстр вселился в одного из учеников. Благодаря этому, ему удалось оказаться за границей барьера. Там, где были остальные дети. Там, где были жена и дочь Азака.
Однако дух не успел расправиться со своими жертвами. Супруга директора вычислила его и заставила раскрыться. Всё же она была не простым человеком. В её жилах бурлила кровь мага огня.
В тот момент столб пламени был виден издалека. Конечно, Азак его увидел. Он знал магию жены, потому, не раздумывая, бросился туда. Но опоздал.
Когда ворвался в деревню, она лежала вся в крови и еле дышала.
— Маришка, — указала пальцем в сторону тёмного леса.
Именно там скрылся дух, похитив их дочь. Пообещав, что вернёт её, директор бросился следом. Но дух оказался хитёр. Он умел плодить временные сущности. Размножаться на несколько секунд. От него, будто отпочковались такие же монстры. И когда в лес ворвался медведь, набросились скопом. Азак отбился, но раны были настолько серьёзные, что сводили от боли с ума. И всё же он не мог остановиться. У тёмного духа оставалось мало сил. Оборотню удалось догнать его у озера.
— Попробуй! — кричал виновник множества смертей, прижав ревущую девочку.
Но в тот момент разумом медведя овладело безумие. Он не отдавал себе отчёта, что делает. В тот момент для него существовали лишь он и жертва. Потому бросился в бой, не раздумывая. Казалось, дух не ожидал такого напора. И был сражён первым же ударом, пробившим его грудь насквозь. Но… он так и не отпустил девочку.
***
Алые капли медленно падали на высохшую землю. Ящер топтался на месте. Ему не нравилось, что под лапами образовалась кровавая лужа. Маг с довольной улыбкой смотрел, как задыхается в агонии противник. Он не хотел столь быстрой развязки. Но получилось то, что получилось.
— А ведь могли повеселиться, — пробормотал он с той же наглой улыбкой.
«Ещё успеем!» — со злостью подумал Азак и заревел, что было мочи.
Его рык эхом пронёсся по степи и умчался в ущелье. Там, наверняка его услышали остальные разбойники. Пускай знают, что вскоре встретятся с тем, кто разорвёт их на части.
Медведь вскинул морду и выгнулся. Лапы рванули в стороны, будто кто-то невидимый решил устроить ему растяжку. Из горла доносился тяжёлый хрип. На сопротивление уходило слишком много сил.
— Не может быть, — вот теперь маг испугался.
Со стоном боли, вырвал из зажатого кулака кинжал. Пальцы уже не слушались. Он не мог ими пошевелить, чтобы управлять оборотнем. Тогда решился на отчаянный поступок. Взмахнул рукой, сжимающей оружие. А через секунду лезвие полоснуло по мизинцу.
Из груди медведя вырвался очередной рык. Но теперь ему уже подыгрывал кричащий маг. Ему почти удалось отрубить себе палец. А на плече оборотня зияла глубокая рана. Если у человека был отрезан лишь небольшая часть, то на зверя то заклинание перекладывалось с утроенной силой.
Разум Азака помутился от боли. Бороться с магией противника становилось всё сложнее. Но он не мог позволить себе проиграть. Но, увидев поступок противника, решил последовать примеру.
Клыки вонзились в собственную лапу. Агония, давно терзавшая его, усилилась. Но Азак терпел до последнего. Рванул мордой, и из оторванного пальца брызнула кровь. Понимая, что продержится ещё недолго, мотнул головой. И в ту же секунду раздался сдавленный захлебнувшийся крик. А ещё через мгновение, заклинание спало.
Боль, туманившая разум, отступила на задворки сознания. Оборотень резко перевернулся на живот и выдохнул. Тело начало трансформироваться, отбрасывая куски волосатой плоти под ноги.
— Ты прав, — Азак почти что моментально стал человеком и поднялся. — Бой будет скоротечным.
Напротив валялся чернокожий маг. И теперь обе его руки были окровавлены, ведь второй он зажимал глубокую рану в горле. Коготь, что метнул в него оборотень, угодил точно в цель. Всё произошло так быстро и неожиданно, что тот не успел даже уклониться. Ящер, лишившись наездника и его воли, улепётывал в сторону гор. А маг валялся в красной луже.
— Не стоило меня недооценивать, — устало прохрипел Азак.
Набрав полную грудь воздуха, закричал, вскинув руки. Между двумя ладонями вспыхнула огненная сфера. Магия, которой его обучила покойная жена. Он помнил её голос, каждое слово. Любил, когда она учила его. Ведь только в те моменты женщина чувствовала себя уверенной. И потому директор запомнил всё.
