Он замолчал и медленно, словно чего-то боясь, поднял ладонь и коснулся тыльной стороной моей щеки.
Я, кажется, забыла, как дышать. Эта ночь, и свечи, и тепло его тела… Меня словно с головой окунуло в волшебство.
Эльф убрал руку, разбивая магию прикосновения.
— Я гораздо старше тебя, избранная. Я слишком долго жил по другим законам, и у меня не получается настолько быстро измениться. Мне нужно больше времени на то, что для вас совершенно естественно. На то, чтобы по-настоящему полюбить. Я надеюсь, ты понимаешь меня.
— Понимаю, — согласилась я, жалея об утраченном моменте.
— Я вижу, — тихо сказал Эл. — Я провел в Фарне с господином Намерадиэлем два года и наблюдал за другими девушками из твоего мира. Ты не такая, как они. Ты как будто опасаешься любить.
— У меня немного опыта в таких делах, — призналась я. — Я собиралась строить карьеру, вообще не думала о своей свадьбе и тем более не предполагала, что мне придется выходить замуж за семерых мужчин.
— В таком случае мы с тобой похожи больше, чем нам обоим кажется.
Эл улыбнулся, и я робко вернула улыбку ему в ответ.
— Тогда предлагаю меняться вместе. Лучше узнавать друг друга, например. Ты же не против?
Он покачал головой.
— Спрашивай что угодно.
Я задумалась на миг.
— Та вещица в твоих руках перед тем, как я вышла из комнаты, — что это? Только если не хочешь — не рассказывай! — спохватилась я, догадавшись, что Эл может счесть это очередным приказом.
Он тихо рассмеялся — так, что у меня защемило сердце. Это была полная противоположность широкому, открытому и всегда громогласному смеху Сокола, создающая такое чувство, как будто со мной только что поделились чем-то сокровенным.
Эльф вытащил из небольшой поясной сумки недавнюю фигурку и протянул мне. Это оказался крошечный заяц размером не больше моего мизинца, выточенный, надо сказать, весьма искусно. Однако мордочка была еще не полностью проработана. Некоторые черты остались лишь грубо намеченными ножом.
— Это всего лишь игрушка, ничего серьезного.
— Красиво, — похвалила я.
— Спасибо. Выстоять всю ночь на посту и сохранить ясность ума достаточно сложно. Такие забавы, — он кивнул на зайца, — помогали нам, стражникам, не заснуть, хотя мы рисковали получить наказание, если бы нас кто-то заметил. Господин Намерадиэль запрещал нам отвлекаться. Но ты говорила, что я иногда могу заниматься тем, чем хочется, поэтому я решил вспомнить старые навыки. Жаль, хороших инструментов не хватает. Не получается закончить работу так, как нужно.
— А ты не пробовал попросить Сокола или Мэйриса? Вдруг они найдут для тебя то, что нужно?
— Я…
Эльф смущенно замолчал. Ему явно не приходило в голову, что можно обратиться к другим моим женихам.
Внизу глухо хлопнула входная дверь. Зашумели мужские голоса. Мы с Элом привстали, пытаясь понять, что происходит. Чужих стража в дом не пустила бы, но и свои не стали бы просто так заявляться среди ночи.
— Это Мэйрис, — эльф посмотрел на меня.
— Пьяный, что ли? Или любовница выгнала? — заворчала я.
— Трезв. И у него сейчас нет любовниц, в этом я не сомневаюсь. Похоже, он чем-то сильно расстроен и испуган.
Эмоции, которые плохо подходили беззаботному оборотню. А если это еще и не из-за девушки или выпивки, то дело было совсем плохо.
Я запахнула накидку-халат и поднялась с кровати. Жаль, что прервался наш доверительный разговор с Элом, однако игнорировать Мэйриса было нельзя.
Эльф, как всегда, последовал за мной. Мы даже не успели спуститься на первый этаж — Мэйрис стоял у лестницы, а путь ему мягко, но настойчиво преграждал Фаудо.
— Леди избранная спит, в этом я совершенно уверен, — говорил он. — Не мешайте ей, лорд Мэйрис.
— Мне надо с ней поговорить, — раздраженно отвечал кот, пытаясь обогнуть «испанца».
Но тот ничуть не уступал ему ни в скорости, ни в ловкости, и каждый раз оборотень натыкался на ярко разодетого стража.
— Не вижу причин, почему вы не можете подождать до утра. Вы же знаете, как леди тяжело засыпает после нападения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я замерла. Фаудо заметил… А я думала, никто не в курсе, что я начала оставлять хотя бы одну свечу на ночь, чтобы не засыпать в полной темноте и не гадать, мерещатся мне тени в углах или нет. Только сегодня сдуру нарушила это правило.
Под ногой эльфа скрипнула деревянная ступенька.
— Рина! — воскликнул Мэйрис, зло сверкнув на «испанца» желтыми звериными глазами. — Ты не спишь? Опять этот извращенец пытается меня обмануть!
— А я опять повторяю, что если вы не перестанете меня беспричинно оскорблять, лорд Мэйрис, — вкрадчиво произнес Фаудо, — то я вызову вас на дуэль. И ей-боги, я выйду из нее победителем, выпотрошив вашу кошачью тушку не хуже кроличьей.
Ладонь он уже держал на рукояти меча. Кажется, вспыльчивый «испанец» ее оттуда не убирал даже во сне.
— Не сердись, Мэйрис, — поспешила вмешаться я. — Я правда спала. Услышала, что кто-то пришел, и решила проверить кто.
— Он помешал вам, прекрасная леди? — Фаудо повернулся и пристально всмотрелся в меня. — Скажите лишь слово — и я заставлю его извиниться или выкину из дома.
Я вздохнула. Его бы в нашу общагу, где всем было плевать с высокой колокольни на то, что они шумом поднимают на уши несколько ближайших этажей. А тут великая трагедия — меня разбудили.
— Спасибо за заботу обо мне, лорд Фаудо, но ничего страшного не случилось. Не надо никого выкидывать. Если у Мэйриса что-то важное, я готова его выслушать.
«И заодно надеюсь, что у него действительно есть серьезная причина устроить этот сыр-бор!» — мысленно закончила я.
— Достаточно важное, — надулся кот. — И вообще, побыть со своей невестой ночью наедине — это что, неважное желание?
— Если в очереди еще шесть желающих того же самого женихов, а невеста хочет спать, то ее потребности важнее, — парировал «испанец».
О боже, как же все-таки мне не хватало кого-нибудь вроде него в общаге…
— Это очень по-рыцарски, — признала я. — Вы хороший защитник и галантный кавалер, лорд Фаудо. Но сегодня немного не тот случай. Я все равно в ближайшее время не засну, поэтому не против поболтать с Мэйрисом.
— Чудно!
Кот, воспользовавшись замешательством противника, наконец проскользнул мимо него и стремительно взбежал по ступенькам ко мне.
— Мне действительно нужно с вами поговорить, — прошептал он. — Обоими. И без этого.
Мэйрис кивнул на Фаудо, недооценивая его внимательность. Тот провел рукой по усам и упер руку в бок, наблюдая за нами без капли восторга.
Я понимала чувства «испанца» — мы слишком очевидным образом что-то от него утаивали. А ведь он был одним из моих стражей, искренне обо мне беспокоился и рассчитывал попасть в число мужей. Я не могла сказать, что он мне не нравился — наоборот, еще при первой встрече, на арене академии, я оценила его галантность и тактичность. Да и внешность у него была вполне привлекательная, горячая, подходящая его бурному нраву. Чего стоили одни лихо закручивающиеся усы и выразительные карие глаза, будто поведенные сурьмой.
С ним следовало бы поделиться нашим секретом. Но… Я перевела взгляд на нервничающего, лихорадочно переступающего с ноги на ногу Мэйриса.
Пожалуй, объяснения с Фаудо придется отложить. По крайней мере, до утра.
— Простите, лорд, — я склонилась перед ним, повинуясь порыву. — Мы с Мэйрисом и Элом чуть-чуть пообщаемся в кабинете. Вы будете так добры, что не откажетесь охранять нас в этот момент? Уверена, под вашей защитой мне ничего не грозит.
Попытка подольститься вышла чересчур откровенной. Однако Фаудо, пусть и немного грустно, с пониманием низко поклонился мне в ответ, на особый ровирский манер взмахнув при этом рукой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ваше желание — закон, прекрасная леди. Я вас не потревожу, пока вы сами об этом не попросите.
— Очень вам признательна, — честно сказала я.
По пути до кабинета кот так спешил, что едва не перегонял нас с Элом. Ему явно не терпелось о чем-то рассказать, однако сперва пришлось зажечь свечи и только потом начинать разговор.
