импровизированная поездка, скажем… я не знаю. В Монтану?
Я бросила на него свирепый взгляд.
— Может быть, ты прекратишь это?
— Извини. — Он поднял руки. — Это было всего лишь предположение.
— Ты хуже, чем мои родители.
Мои родители были совершенно очарованы Дакотой. Это была приятная неожиданность, учитывая их холодное отношение, когда я приводила домой других мужчин. Мой отец едва поговорил с Брайсоном, когда я впервые пригласила его на семейный ужин.
Но с Дакотой все было по-другому. Моему отцу нравился его предпринимательский дух. Бабушке нравилась его способность подшучивать. Обри нравилось, что он был трудолюбивым. И мама просто оценила, что он опередил официанта, чтобы отодвинуть ее стул за обеденным столом.
Как и я, они все влюбились в Дакоту. Потребовалось почти три месяца, чтобы заставить их перестать спрашивать, когда он снова приедет. Они не понимали, почему у нас не было отношений.
Особенно когда отношения, в которых я была, были с такими неудачниками. Мама особенно была озадачена тем, что я отпустила Дакоту.
Чего моя семья не понимала, так это того, что мы освободили друг друга.
Это было к лучшему. Я продолжала говорить себе это. Если он не мог видеть нас вместе, мы были обречены еще до того, как попробовали.
Несмотря на то, что он был взрослым человеком, который сам прокладывал свой путь, я знала, что влияние его семьи играло определенную роль в его решениях — хотел он признавать это или нет. Так долго его учили выбирать подходящую партнершу, женщину, которая разделяла бы его наследие.
Я не была той женщиной.
Может быть, причина, по которой он не мог представить нас вместе, заключалась в том, что я никогда не была подходящей женщиной. Это было сокрушительно. Сокрушающее душу. На этот раз я нашла подходящего парня. И на этот раз я была неподходящей девушкой.
Ирония судьбы привела меня в мое новое состояние трудоголика. Было ли достаточно трех месяцев для этого самозваного титула?
Неважно. Я оставляла его себе. Потому что это было мое наследие.
— Прекрасно. Я согласна на замену учителя, — сказала я Дэниелу, затем отошла от окна и пошла по коридору в свой кабинет.
— Ты босс. — Дэниел последовал за мной и занял кресло для гостей перед моим столом. — Ты можешь отменить мое решение.
— Нет, ты прав. Мы должны нанять инструктора. Если мы сможем найти кого-то с несколькими профессиональными наградами, это тоже может помочь в сборе средств.
— Если ты продолжишь собирать деньги, нам нужно будет расширяться.
— А должны ли мы?
Его лицо побледнело.
— Я пошутил.
— Но что, если бы это было так?
Дэниел на мгновение задумался, обдумывая эту идею. Мы были открыты всего три месяца, но наши классы были переполнены, и у меня был список школ, в которых дети хотели посещать нашу студию вместо внеклассной программы.
На нашем торжественном открытии мы получили пожертвования, которых хватит на три года, что в семь раз превысило наши прогнозы. Это дало прекрасную возможность держать студию на плаву в течение многих лет. И в худшем случае, если бы все развалилось на куски, я была бы не прочь использовать свой фонд в дополнение к пожертвованиям.
Расширение означало удвоение затрат. Может быть, в три раза. А это означало поиск здания побольше или открытие спутниковой студии.
Но перспектива очередного грандиозного проекта, отнимающего у меня каждую свободную минуту, была настолько заманчивой, что я практически пускала слюни, пока Дэниел сидел, молча обдумывая мое предложение.
— Так быстро. — Он прикусил нижнюю губу — нервная привычка, которую я заметила в начале наших рабочих отношений.
— Давай подумаем об этом. Найми инструктора. Проведи несколько вычислений, потому что я тебя знаю, и ты не сможешь уснуть, пока не проанализируешь все в электронной таблице. Тогда давай поговорим. Но я не хочу сбавлять скорость. Сейчас у нас есть импульс, и я не хочу его терять.
Властность в моем голосе была неожиданной. Даже волнующей. Обычно он был тем, кто отдавал мне приказы, хотя технически я была боссом.
Дэниел кивнул, все еще погруженный в свои мысли. Когда он встал со стула, я поняла, что вызвала у него интерес, потому что он ушел в свой соседний кабинет и закрыл дверь.
Дэниел закрывал дверь своего кабинета только тогда, когда ему нужно было сосредоточиться.
У меня было предчувствие, что посреди ночи я получу электронное письмо с красочными графиками и диаграммами, показывающими мне, что именно повлечет за собой расширение.
Оставшись одна в своем кабинете, я провела остаток вечера, отправляя несколько электронных писем, написав от руки благодарственные письма нашим последним спонсорам. Я пожелала спокойной ночи последнему классу детей, подождала, пока инструкторы соберут свои вещи и уйдут, затем постучала в дверь кабинета Дэниела.
— Пора идти домой.
— А? — Он поднял взгляд от беспорядка бумаг на своем столе. Он закатал рукава рубашки и достал очки для чтения.
— Уже семь часов.
Он посмотрел на настенные часы и нахмурился.
— Я еще не закончил. Но если я сейчас же не уйду, то пропущу ужин, и это очень разозлит мою прекрасную жену.
— Мы не можем этого допустить. — Я улыбнулась и оставила его собирать свои вещи. С моей новой сумкой от Шанель, перекинутой через плечо, я выключила свет в своем кабинете как раз в тот момент, когда Дэниел вышел из своего.
Мы вместе вышли на улицу, окунувшись в душный вечерний воздух. Это лето выдалось ужасно жарким, и даже в этот поздний вечер середина августа была жестокой. Одетая в легкие льняные брюки и шелковый топ без рукавов, я все еще потела.
— Где твой водитель? — Спросил Дэниел после того, как я заперла дверь студии, увидев, что моего автомобиля не было заметно на улице.
— Я сказала ему, чтобы он приехал на 30 минут позже. Я собираюсь пойти выпить кофе со льдом. — Я указала на кофейню в соседнем квартале. — Увидимся завтра.
— Я буду здесь. — Он помахал рукой и зашагал по тротуару в противоположном направлении.
Я направилась в кофейню, хотя на самом деле мне не нужен был кофеин. Я просто не была готова вернуться домой.
Там было бы пусто. К тому времени, как я доберусь до Сохо, уже стемнеет. Кэрри ушла несколько часов назад, приготовив мне ужин, который я могла просто разогреть. Что оставило мне огромный, просторный пентхаус, в котором не было ничего, кроме телевизора, чтобы составить мне компанию.
Одинокая и скучающая, я, без сомнения, уставилась бы на имя Дакоты в своем телефоне. Я хотела услышать его голос больше, чем углеводы,
