— Эй, послушайте! — голос виновника и стук его пальцев, барабанящих по ее поднятому стеклу, напомнили Свете, что место аварии не лучший вариант для анализа личной жизни.
Вздохнув, и прикинув, что удар, наверное, не прошел бесследно, если она здесь о таком думает, Света вышла под мелкие капли теплого летнего дождя.
Дурная погода. И самая опасная. Дождь только начался, и пыль, смешиваясь с одинокими каплями, становилась очень скользкой, превращая асфальт если не в каток, то в его подобие. А слишком немногие водители об этом помнили. И ее визави, судя по всему, не принадлежал к таковым. Потому его внедорожник и занесло на крутом повороте.
Они стояли у обочины, отогнав туда свои машины, чтобы не мешать движению остального транспорта. И во время этого перемещения Свету до ужаса напугал шум, который теперь издавала ее «хонда», при работе двигателя. Без капитального ремонта точно не обойтись.
— У меня есть предложение. Давайте все уладим на месте, а? Без ГАИ, — мужчина лет тридцати восьми-сорока, вопросительно и несколько нервно посмотрел на нее. Его лицо казалось Свете смутно знакомым, но она никак не могла вспомнить, где и когда видела того. А может это все из-за травмы головы. — У меня важная работа и мне некогда терять время, здесь.
Света пожала плечами. Она бы не против, да только не знала, во сколько может обойтись такой ремонт, а взять мало, и потом ремонтировать за свои — не хотелось.
— Если торопились — не стоило нарушать, быстрее бы добрались, — как-то вяло произнесла она, оперевшись о капот своей помятой «хонды». — Я тоже опоздала, и более того, причинила лишние волнения своему любимому человеку, а все из-за вашей дурацкой манеры вождения. Но спокойно жду, — Света прижала пальцами пульсирующую от боли голову.
— Вот только не надо мне морали читать, — мужчина фыркнул и снисходительно осмотрел ее с ног до головы, — не хватало, чтобы какая-то девица меня водить учила! Да я за рулем сидел, еще когда ты под стол пешком ходила, — категорично возмутился он.
— Очевидно, и тогда вы правил не учили, а стоило бы, — пожала плечами Света. — Что и возвращает нас к корню теперешней проблемы.
— Да, пошла ты! — мужчина махнул в ее сторону рукой. — Ты хоть знаешь, кто я? Лучше б ты согласилась взять сейчас деньги и разъехались бы с миром. Потому как я могу крупно осложнить тебе жизнь…
Света рассмеялась.
Наверное, стресс сказался.
Но она никак не могла перестать хохотать. А мужчина, который, судя по всему не ожидал от нее смеха, растерянно смотрел в упор на Свету.
— Это еще как посмотреть, — сквозь истеричные смешки попыталась вставить она. — Кто кому жизнь осложнить может, потому что…
Визг шин затормозившего автомобиля прервал Свету как раз на том моменте, когда она пыталась выдавить из себя сообщение о том, кто ее отец. Да и сама она, без вмешательства внутренних служб, могла затаскать любого виновника по судам. Потому как прекрасно знала, как работает их система.
Но при одном взгляде на выражение лица Руслана, который выскочил из подъехавшей машины — смеяться расхотелось.
Оттолкнув ничего не понимающего мужчину, она пошла навстречу Русу.
Света не знала зачем. Просто испытала потребность прижаться к нему, почувствовать его силу и дать Руслану ощутить, что с ней самой все в порядке.
Едва она оказалась в зоне его досягаемости, Руслан сгреб Свету в настолько крепкие объятия, что стало тяжело вдохнуть.
— Скажи мне, что с тобой все хорошо! — с напором потребовал он, едва не встряхнув ее. Буквально впился глазами в ее лицо, а потом, без перерыва, вдавил голову Светланы себе в плечо, обняв еще сильнее.
Света ойкнула. Больше от неожиданности, чем от боли.
И Рус тут же ослабил свои тиски, начав ощупывать Свете руки и плечи, прошелся ладонями по спине, груди и животу, добравшись до ног.
— Господи, малышка, у тебя ничего не болит? Как ты себя чувствуешь? — все тем же, странно жестким, надрывным и каким-то неживым голосом, который почти пугал ее, выяснял Рус.
Она даже потерялась от такого напора. И не успела ничего сообразить для ответа, только покачала головой. Темные глаза Руслана тут же остановились на ее лбу, откуда, по всей видимости, синяк никуда деться не успел.
Рус прищурился, так сжав челюсти, что желваки заходили на щеках, и Света почему-то очень ясно представила себе ход его мыслей. И почти не сомневалась, что он уже придумал самый страшный диагноз и безусловно приписал ей как минимум внутричерепное кровоизлияние, если не перелом черепа.
Сложно было не понять причин таких его умозаключений, но следовало их срочно прервать, а то мало ли до чего Руслан мог еще додуматься.
— Руслан, — она постаралась произнести его имя спокойно и веско, с ударением, чтобы привлечь внимание. И поймала какой-то потерянный, почти безумный взгляд, от которого у нее сжалось сердце. — Руслан, со мной все хорошо, — уверенно и четко проговорила Света. — Это просто синяк и небольшая ссадина, — она махнула на лоб рукой. — Ничего больше. Помнишь, у меня хрупкие сосуды? — она помахала перед его лицом левым запястьем, на котором виднелись уже желтеющие следы от его же пальцев.
Выражение лица и дрогнувшие, сжатые в белую полоску губы не указывали на то, что Руслана подобное объяснение успокоило. А Света поняла, что он сейчас и это может истолковать не так, как стоило. Тогда она просто обхватила его, крепко обняв и сама прижалась головой к груди.
— Все хорошо, со мной правда все нормально, — убежденно повторила она.
Он только секунду оставался неподвижен, а потом вновь стиснул Свету с такой силой, что это невозможно было назвать объятиями или поддержкой.
Руслан уткнулся лицом ей в волосы и глубоко вдохнул, вероятно, стараясь успокоиться, поверить ей. Казалось, он пытался вдавить ее в себя, растворить в себе. И Света серьезно забеспокоилась, что сейчас может получить еще и пару переломов ребер. Но не могла возмутиться. Потому что имела представление о том, насколько непросто в данную минуту самому Русу.
Только теперь, через его плечо, она заметила, что позади них остановился Сергей, который, наверное, приехал с Русланом. И что он как-то напряженно смотрит ей за спину.
Насколько она знала — смотреть там особо было не на что, разве что на две помятые машины и виновника аварии. Вот только что из этого вызвало такое выражение лица у Сергея?
Впрочем, может это от кислородного голодания мерещится?
— С тобой точно все нормально? — уже другим, более привычным ей голосом, хрипло прошептал Руслан, так и не ослабив своих объятий. — Ничего не болит, малышка? Иногда сразу не обращаешь внимания, и только потом понимаешь, что ударился где-то, не заметив, — он отстранился немного. Совсем чуть-чуть, не больше чем на пару сантиметров, и внимательно посмотрел на Свету. И его глаза опять потемнели, когда Руслан осмотрел синяк. — Тебе надо в больницу, — вдруг решительно произнес он. — Немедленно, чтобы я был уверен, что здесь нет ничего страшного…
