из мира копий и устных преданий в мир бластеров и компьютеров. Тут и пригодились детективные навыки. Запустив несколько сотен дистанционно управляемых разведывательных дроидов, спецподразделение «Робокоп» за две недели составило досье на основные кланы, делившие между собой этот мир, а затем и на три десятка потенциальных рекрутов в этих кланах. Наиболее перспективными для вербовки были признаны молодые ведьмы, уходящие из клана на «свободную охоту» с целью поймать или похитить себе первого мужа. Они ещё не так скованы традициями, как старшее поколение, и с ними гораздо проще переговорить без свидетелей.
После некоторого размышления Рей выбрала кандидатуру Ашлы Гаталенты. Эта девушка была необычной даже по датомирским меркам. Биологически она была датомири — особым, встречавшимся только на Датомире гибридом человека и забрака. При этом датомири считались вымершими. Девять лет назад войска Конфедерации под командованием Гривуса уничтожили практически всех Ночных Сестёр и служивших им Ночных Братьев, а поскольку почти все датомири были членами этих фракций, культуроцид оказался заодно и геноцидом (хотя Сёстрам из числа людей досталось не меньше).
Но Ашла умудрилась, во-первых, выжить, а во-вторых, не иметь в жизни никакого отношения к Тёмной Стороне. Более того, она и своего отца, чистокровного забрака-ксенолога, прилетевшего на Датомир с научными целями, сумела сохранить в качестве раба. При том, что на момент вторжения Гривуса ей было всего девять лет.
Однако вторжение армии дроидов и гибель матери, похоже, всё-таки не прошли для рассудка девочки даром. Она не озверела, не ожесточилась, как можно было бы ожидать в такой ситуации от форсъюзера, постоянно искушаемого Тёмной Стороной. Она просто стала немного… странной. Не от мира сего. У многих детей есть воображаемые друзья, особенно если они травимы сверстниками и лишены поддержки взрослых. Но у большинства это всё-таки со взрослением проходит. У Ашлы же фантазия с годами становилось только более изощрённой. Так, например, она утверждала, что у неё есть собственный ранкор. Конечно, у многих ведьм Датомира есть ранкоры, этим тут никого не удивишь. Но во-первых, не в десять лет же, если твоя мама не глава клана! А во-вторых, этого ранкора никто никогда не видел. На справедливое возмущение подруг и взрослых таким безудержным хвастовством и насмешливые просьбы к великой укротительнице показать зверя она отвечала, что это особенный, невидимый ранкор. Он очень стеснительный и не любит показываться людям на глаза. Естественно, её поднимали на смех, даже колотили. Её и без этого нередко колотили, скажем прямо. Но девочка, казалось, не обращала на это никакого внимания. При этом слабачкой она не была, отнюдь. По физическому развитию она даже опережала большинство сверстниц, что неудивительно для дочери забрака. А в том, что касалось владения «магией», как на этой планете называли Великую Силу, находилась на приличном уровне — несколько выше среднего — что как раз таки удивительно для дочери чужаков, принятой в клан из жалости. Поэтому юные ведьмочки, вызвавшие её на дуэль, чтобы окончательно сломать, нередко с удивлением обнаруживали, что им нужна помощь целительницы. Но пинки, затрещины и зуботычины, получаемые в процессе повседневного общения, были ей по-прежнему странным образом безразличны. Мнения воспитательниц о таком поведении разошлись: одни полагали, что это банальная трусость, другие наоборот — что проявление настоящего воинского духа. Истинная воительница, говорили эти вторые, умеет терпеть телесные неприятности и не прибегает к насилию по пустякам. Во всяком случае, можно быть уверенными, что она никогда не поддастся искушению гнева и страха, которое сломало так много подающих надежды молодых ведьм.
В лесу девочка тоже чувствовала себя, как рыба в воде. Джунгли Датомира — опасное место даже для местных жителей, но Ашла каким-то образом умудрялась ходить туда каждый день, словно в хижину к подружке. Возвращалась она всегда с гроздьями спелых плодов и без единой царапины. Возможно, дикие звери ощущали в её ауре полное отсутствие агрессивности. А может быть, её в самом деле охранял невидимый ранкор. Датомирские ведьмы были довольно суеверны — трудно быть материалистом, когда живёшь в обществе бронзового века, тем более — когда каждый день видишь и сама творишь вполне реальную магию. Они не просто верили, подобно множеству примитивных племен, в то, что есть вещи, которых глазами не увидишь — они это знали из каждодневного опыта, могли проверить экспериментально. Просто у Ашлы количество таких вещей было неприлично большим даже для ведьмы. Но пока эти вещи работали…
Все соглашались, что из неё бы вышла неплохая шаманка — этим по должности полагается глючить много и особо упорото. Но шаманки на Датомире были только у Ночных Сестёр, и вводить такую профессию в нормальных племенах ради одного подростка казалось как-то всё же чрезмерным.
Окончательным испытанием для неё, как и для всех нормальных девушек, должна была стать добыча первого мужа. Обычно ведьмы идут на такую охоту сами, как только начинают играть гормоны — между 14 и 20 годами. Всем хочется поскорее стать взрослыми, доказать подругам, чего они стоят — ну, и удовольствие заодно получить. Ашлу же на это дело вытолкали едва ли не взашей. Сумеет привести на аркане хорошего самца — значит, на остальные её чудачества можно и нужно закрыть глаза. Не сумеет или не захочет… Ну, убивать собственную воспитанницу, пусть даже дефектную, никому особо не хотелось. Но и оставлять её в статусе полноправной ведьмы тоже нельзя. Возможно, оптимальный вариант — сделать рабыней, хотя рабами на Датомире испокон веков были только мужчины. Словом, всё поверяется практикой. Невидимого ранкора клан Спящей Реки ещё мог терпеть, но невидимого мужа — нет.
Это выглядело, как совершенно случайная встреча. Вот полянка посреди леса. Вот две обаятельных дамы, которые на эту полянку с разных сторон выходят — полные противоположности, словно Инь и Ян. Одна белокожая и беловолосая, совсем юная, в одной набедренной повязке (что даже для датомирских ведьм считалось несколько избыточной вольностью); вторая чернокожая и черноволосая, средних лет, в строгой униформе мышиного цвета (что даже для имперского капитана посреди джунглей смотрелось несколько избыточным бюрократизмом).
Разумеется, ни о какой случайности тут речи не шло. Обе стороны готовились к этой встрече задолго до того как увидели друг друга собственными глазами. Предвидение Силы с одной стороны и дроиды-разведчики — с другой. Обе могли избежать этой встречи, если бы захотели, но обе были в ней заинтересованы. К счастью, большинство датомирцев владели Базовым, так что услуги переводчика не понадобились. Несколько секунд девушки молча смотрели друг на друга, затем Ашла помахала капитану рукой:
— Привет! Ты
