— Десять с половиной верст, — ответил Макс.
— А свадьба когда?
— Ровно через три недели. Зима нынче ранняя — надо ждать снега и мороза.
— Ну что ж, будем готовиться. Времени у нас предостаточно.
— Да, чуть не забыл сказать, — улыбнулся Макс, — возможно, это тебя заинтересует.
— Говори.
— Вчера, осматривая дорогу в поисках места для засады, я встретил на дороге другой кортеж — князь Бельский со своими братьями направлялись в загородный дом, что невдалеке от нас — по ту сторону варшавской дороги. Погода была теплая, и все ехали верхом. А рядом с князем Бельским, ну прям как его лучший друг, красовался знаешь кто? Тот парень, которого мы выручили в прошлом году в Горвальском замке… Ну как же его звали… Фамилия такая звериная…
— Медведев? — удивился Антип.
— Во-во! Точно он!
— Ты не ошибся?
— Как можно? Ты же знаешь, какая у меня память на лица; раз увидел — всю жизнь не забуду!
— Гм… Ладно — совет окончен, все свободны.
Разбойники стали расходиться по землянкам.
— Это очень интересно, — пробормотал про себя
Антип, присел на колоду у костра и глубоко задумался.
… Несмотря на занятость в связи с кончиной Ионы, отец Леонтий нашел время, чтобы написать небольшое письмо, которое начало свой долгий путь к адресату сначала с мальчиком на телеге, потом с попутными купцами в коляске, а потом и под крылом голубя, который после долгого перелета благополучно приземлился на голубятне недавно возведенного, но уже известного во всей округе монастыря в Волоколамске…
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Бог благословит! Аминь!
Дорогой крестник!
У нас произошло два события, и я посчитал, что тебе следует о них знать.
Призвал к себе Господь давеча мудрого провидца, старца Иону, о котором ты много слышал еще до меня, да и по моим рассказам знаешь. А было ему от роду, наверно, лет сто, и хотя он сам об этом никогда не говорил, иные сказывали, будто молодость он провел во Твери, в Савватиевой Пустыни, а после случилось нечто такое, отчего должен был он покинуть нашу землю и направился в псковские края, где, едва не погибнув, спасен и подобран был князем Ольшанским, при котором до последнего дня жизни и находился.
Я бы не писал тебе обо всем этом, если бы не одно дивное дело, которое свершилось перед самой кончиной его.
Как ты знаешь, у нас уже почти третий месяц находится хорошо известный тебе Василий Медведев.
Я доподлинно знаю, что старец Иона никогда с ним не разговаривал, хотя и видел издалека.
И вдруг перед кончиной потребовал он к себе этого Медведева: всех, даже меня из комнаты своей удалил и о чем-то с этим молодым человеком четверть часа беседовал.
Вскоре после выхода Медведева Иона на моих руках отошел с молитвами на устах к Господу нашему, а я потом заметил, что иконка его старая, что всегда с ним была, как бы не на месте висела. Внимательно ее осмотрев, обнаружил я в ней тайник под окладом — но пустой.
Мог ли Иона передать что-то незнакомому человеку перед кончиной?
А если так, почему ему — разве не вернее бы было — князю своему Ольшанскому, который почитал и любил его, как отца родного…
Что-то во всем этом чудным мне показалось, потому и решил написать тебе, ты ведь у нас мудр и тайн много разных ведаешь, может, и эта тебе раскроется.
С Медведевым я об этом говорить пробовал, но он молчит как рыба и будто ничего не знает, а о чем старец с ним говорил, мол, и не понял вовсе ни слова — в бреду, говорит, верно, был да с кем-то родным или знакомым его попутал…
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь.
На том остаюсь, как всегда любящий твой крестный — Леонтий.
ГЛАВА ШЕСТАЯ. Анастасия Бартенева, урожденная Картымазова
Тайнопись Y
Секретный документ № 186 канцелярии Высшей Рады
Тайного Братства Служителей Единого Бога.
От 15 октября 1480
Во имя Господа Единого и Вездесущего!
Решение Высшей Рады Тайного Братства.
В присутствии всех своих членов Высшая Рада подробно обсудила рассматриваемые вопросы в их взаимосвязях и противоречиях и взвесила все аргументы «за» и «против».
Ввиду благоприятно сложившихся обстоятельств, а также в результате огромной и плодотворной работы, проделанной членами братства Симоном Черным, Марией Любич и Немеданом Кураевым, сейчас возникает уникальная возможность вплотную приблизить к престолу одного из княжеств, где распространена наша вера, а именно — к престолу Великого Московского княжества, нашу сестру, валашскую принцессу Елену, путем ее брака с наследником московского престола, Иваном Ивановичем по прозвищу Молодой.
В связи с этим в интересах Братства лежит всяческая поддержка и укрепление престола, который потенциально может занять государь, настолько сочувствующий нашей вере, что объявит ее открыто признаваемой, а именно эта цель является первой из победоносных вех, намеченных для исполнения Преемником и Верховной Радой Братства, которое бы в этом случае перестало быть тайным и заняло бы свое место наряду с иными, открыто исповедуемыми вероучениями.
Таким образом, мы должны поддерживать все, что будет полезно Московскому княжеству, и рассмотренный нами сегодня вопрос как раз предоставляет нам такую возможность.
Для всех членов Рады является очевидным, что, узнав о заговоре, грозящем его жизни, король Казимир вряд ли будет в состоянии оказать помощь хану Ахмату, который без этой помощи будет представлять гораздо меньшую опасность для интересующего нас княжества.
С другой стороны, вооруженный бунт князей-заговорщиков Бельского, Олельковича и Ольшанского и их последующий отход со своими землями к Москве чреват для нас серьезными угрозами. Внутренняя усобица в Литовском княжестве, которая неизбежно возникнет в результате попытки с оружием в руках отторгнуть в пользу Москвы огромную территорию, совершенно не находится в наших интересах, поскольку угрожает стабильному и прочному положению, которое занимают здесь многие члены нашего Братства.
В свою очередь радость и восторги Москвы в случае внезапного приобретения больших новых земель могут отвлечь ее внимание от уже завязавшихся, пока еще на тайном и частном уровне, переговоров о браке принцессы Елены и наследника Ивана.
