— Вот! — она схватила Таллео за руку. — Синее!
— Точно?
— Сейчас тресну! Синее же!
— А не голубое еще?
— Сам ты голубой! — обиделась Вета. — Говорю тебе, уже синее! Нейто, скажи ему.
— Я не голубой, — проворчал Таллео. — Просто дальтоник тогда. Странное дело. Каппа?
— Талле, не пойму. Вроде еще голубое, но уже синее.
— Кумба?
— Вроде уже синее, но еще голубое.
— Голубое, голубое. Связался, блин. Вета! Будь умницей! Спасай государство. Синее?
— А ты сам что, не видишь? Кудесник несчастный. Это твоя работа, или что? Нейто, скажи ему.
— Только давай про деньги назад не будем. И так тошно. Значит, синее, — Таллео вздохнул. — Значит, поправка. Шесть и одна двадцать четвертая.
Он засветил фонарь, присел к свитку, переписал строчку, спрятал перо, поднялся, вернулся к бездне, начал читать. Снова посыпались страшные звуки. Таллео читал, жезл разгорался ярче, призрачный снова свет вылизал камни.
Во мраке начал медленно рисоваться узкий каменный мост. Он проявился, замерцал и, даже показалось, заволновался. Сияние жезла установилось, призрак-мост стал набирать плотность, все ярче отражая жесткий сапфир жезла. Из бездны повеяло сухим холодом, мост уже казался извечно влитым в устье подземного хода. Мощный, узкий и длинный, он исчезал в темноте, которая поддалась свету только вблизи. Чем мост заканчивался, было не видно. Сухой холодный сквозняк прекратился. Мост вонзался во мрак, и казалось, слегка подрагивал от напряжения.
— Вот эт-ты гад, — ошарашенно поправил колпак Кумба.
— Это не я. Это все Кримге. Столько всякого понавыдумывал. Страшно подумать.
— Это что, правда?.. — Вета огромными глазами смотрела на каменную струну. — И по нему что... Можно пройти? Нейто, видела?..
— Блин, — Таллео оглядел Вету. — Такое сокровище держать в Башне. Это преступление против Волшебства. Откуда ты такая глазастая? Даже у Кримге не было такого глаза! Каппа, сволочь, дай поэксплуатировать.
— В смысле? Термин такой?
— Так мы идем, или как? — Вета подлетела к мосту, обернулась и топнула. — Ну контур же! Ну сдохнет же! А нам еще Лабиринт проходить!
— У нас два часа, — бросил Таллео. — Ну что ты стала, как истукан? Вперед.
— Я?.. — Вета растерялась и посмотрела во мрак, в котором растворялся мост. — А он... Он длинный?
— Не знаю. Ну, вперед! Ты принцесса, или кто?
— Сам дурак! — разозлилась Вета и потрогала мост ногой. — Ой, мамочка!.. Страшно, — она обернулась и беспомощно посмотрела на Таллео. — Он какой-то узкий такой...
— Полтора локтя, хватит. Каппа, не стойте. Я последний, у меня бочка, — Таллео вручил принцессе фонарь. — Только осторожно! Не вздумай разбить! Таких фонарей уже не делают.
— Мамочка... — Вета осторожно просунула голову в цепочку. — А он правда настоящий?..
— Мост? Что за вопросы дурацкие. Это тебе не мясная лавка, сколько повторять можно.
— Да причем здесь мясная лавка, сколько повторять можно? — Кумба осторожно заглянул в бездну. — Молчи, дурак, а то правда в эту дыру улетишь.
— Кумба, тебе захотелось поквакать? — Таллео ушел к бочке. — Вета, ну ты принцесса? Или кто там?
— Мамочка! — Вета обернулась к мосту. — Ну за что мне такое наказание!
— Пошли! — Нейто подскочила к Вете. — Давай я первая!
— Нет!.. Я принцесса... Или кто там... — Вета ступила на мост, снова остановилась. — Блин...
— Ужас какой-то... — Каппа ступил на каменную полосу за Ветой. — Пошли! Я с тобой!
Они двинулись по мосту: Вета, за ней Каппа, за ним Нейто, за ней Кумба, за ним бочка, за ней Таллео. Впереди осветилась стена. Мост вливался в стену под черной аркой нового коридора.
— Такой длиннющий! Обалдеть просто, да, Вета?
— Кошмарный ужас! Сидишь-сидишь в Башне, а тут такое!
— Ничего особенного, — отозвался Таллео из-за спин. — Сто локтей. Главное, чтобы веревки хватило.
— Это зачем еще?
— Кумба, подумать? Мост сейчас на контуре. Бочка насосется дня через три. Представь, идем мы обратно, а под тобой Мост — бах! И государство без кухни. За веревку вытащим. С голоду не попередохнем все.
— То есть — дня через три?
— Кумба, не беси. Это еще Солнце высокое, лето на дворе. И бочка новая, заряжается быстро. А так бы все двадцать дней.
— Талле, ты говорил, бочки заряжают по особенным дням?
— Не чайники — да. Нормальный не кривой мастер заряжает бочку каждое солнцестояние.
— А кривые? А наш какой? А что будет, если не зарядить, вовремя?
— Вета, не нервничай. Наш не кривой, только двойки ставит как сволочь несправедливая.
— А он тебе что...
— Вета! Потом расскажу.
— Ну когда потом?! Сидишь-сидишь в Ба...
— Вета, заткнись. А то, честно, уйду сейчас отсюда нафиг, и кукарекайте как хотите. У нас в Замке система старая. Еще нет промежуточных контуров. Тысяча двести лет все-таки. Пока бочка не зарядится до порога зарядки, она не работает.
— А как же призрак? Ай, держите меня... Он же растворится?
— Если заряжать в солнцестояние, как раз нормально. Все рассчитано так, чтобы бочка не успела упасть ниже Порога до очередной зарядки. А если все-таки упадет, пару дней не страшно. Во-первых, контуры, во-вторых, призраки начинают падать только через какое-то время. Говорю же. Но если прозеваешь — солнцестояние, — попадешь не по-детски. Начинать заряжать надо за сутки. Если опоздаешь на эти стуки, заряжать будешь уже пять дней. Если на двое — неделю. И главное — чем на больше опоздал, тем медленнее будет зарядка. Тем медленнее бочка насосет порог, который зарядки, и тем больше вероятности, что тебя, Вета, украдет совершенно неграмотный принц.
— У меня нож!
— Нейто, я в курсе, и за династию не беспокоюсь. Но только призрак постоит сутки-двое, потом стену можно будет расковырять, Кумба, вилкой. Поэтому, Вета, помни об этом всегда! Как государственный деятель. Бочка ниже Порога — призрак начинает падать, контуры держат не больше двух суток. Да и то если держат — то есть если не чайники ставили... Знаешь, сколько замков вот так попухло, за тысячу лет?
— Сколько?..
— Страшно подумать.
— А мы как тогда?..
— Кадушка не пересосет Бочку ниже Порога. Перельем. Нет, вот ведь делали вещи... — Таллео покачал головой. — Блин, а просто выполняли правила. Следовали спецификациям и не бодяжили материал как сволочи.
— Пришли!
Вета, воздев фонарь над головой, выскочила в коридор. Каппа, Нейто, Кумба вышли за ней. Таллео вывел бочку, остановил у края.
— Два часа? А если мы не успеем? — Вета обернулась во мрак, глотающий струну моста.
— Вета, не нервничай. Будем ждать, пока зарядится бочка.
— Так мы с голоду попередохнем все.
