нами очень простой, но невероятно толстый защитный купол.
- Ничем его с одного удара не пробить! – похвастал он, глядя, как я удивленно рассматриваю многометровую конструкцию над своей головой. – Я уж, наверное, бочек двадцать вина на спор выиграл. Один раз даже тройной сплетенный удар ребята применили. Они четыре дня к нему готовились, а я потом неделю пил, не просыхая!
Глядя на него, я с невольным умилением думал, что было бы неплохо, если бы на жизненном пути почаще попадались такие бесхитростные простые и понятные люди, которых боязно обмануть, ибо расстроятся и нечаянно раздавят. Тогда, глядишь, меньше было бы коварных, одновременно липких и скользких, хитрецов. И можно было бы жить, не опасаясь условного удара сзади, или исподтишка. Все было бы честно, просто, благородно. Да, возможно, скучно и примитивно, но мне, все равно такое положение дел было бы по душе.
- А бьешься ты лихо! – продолжал этот энергичный во всех смыслах здоровяк. – Я еще по детству тебя помню. Ты тогда бился красиво, но скучно. Без злобы. Сейчас совсем другое. Ты мне знаешь, кого напомнил? Дружок у меня был в детстве. Мы с ним выходили, бывало, на поле с крапивой и устраивали соревнования разные. А кто проигрывал, то по крапиве потом бегал кругами. Так он, когда проигрывал, потом ее знаешь как яростно палкой бил?! Вот такое у него лицо было, как у тебя сегодня. Видать, доставалось тебе раньше от этих ребят, да?!
- Отстань от него Тилли! – прервал словоохотливого парня Таах. – Канону завтра сражаться с Субботом, а ты мозги ему полощешь…
Сначала я удивился имени, так по-родному прозвучавшему в этом мире, а потом меня встревожила реакция простодушного увальня. Он выкатил глаза на лоб и закрыл рот обеими руками. Даже щит свой на миг перестал поддерживать, за что тут же получил очередную выволочку от Тааха.
Больше парень ко мне не обращался. То ли действительно не хотел мешать, то ли уже записал меня в покойники. Причем по тем взглядам, что парень, как ему казалось, незаметно бросал на меня, второй вариант был явно ближе к действительности.
Второе покушение произвело на всех, кроме меня, просто-таки неизгладимое впечатление. Смотрели фильм Дрожь земли? Ну, а мои спутники, по понятным причинам – нет. Вот они и испугались образины, что, разметав в разные стороны камни мостовой, вылезла буквально в двух шагах от нашего авангарда. Тварь была здорово похожа на монстров из фильма. Я даже невольно залюбовался и задумался. Какое необычное совпадение: сначала имя, напомнившее про лучший из дней моего мира, теперь вот практически идентичный плод фантазии сценаристов, оттуда же…
Соклановцы вышли из ступора раньше и начали бить по червяку-переростку всем, что было у них в загашниках. Монстру это не понравилось. Он раскрыл свою шестилистную пасть и по баллистической траектории обрушился на ближайшего к себе атакующего. Тот никак не успел среагировать, и был бы проглочен, если бы не ювелирное, как обычно, вмешательство Тааха. Глава клана создал порыв ветра, который отбросил потенциальную жертву червя в сторону буквально за мгновение до его атаки.
Должен ответить, что ребята в отряде оказались не из робкого десятка: панике не поддались, хотя явно видели такую пакость впервые в жизни. Они, наоборот, сразу же смекнули, что тактика, подсказанная Таахом, может стать ключом к победе и тут же стали проверять эту идею в действии!
Большая часть бойцов отошла назад, вперед выступили четверо магов, ставших в шахматном порядке и принявшихся бросаться в червя заклинаниями по очереди.
Сначала исполин растерялся, словно не решался с кого бы ему начать, а потом, вдруг, решил не сразу есть свою добычу, а сначала раскатать ее в лепешки. Ударившись о землю сбоку от самого крайнего мага, червь быстро проутюжил землю в том месте, откуда в него летели заклинания. Группа поддержки была к этому готова и четверых храбрецов тут же, не медля оттащили назад невидимыми арканами.
На смену первой четверке тут же выдвинулась вторая! И ситуация повторилась практически один в один. И все бы было хорошо, но ребята не могли нанести червю никакого видимого урона.
Нужно было срочно придумывать что-то новое, пока монстр не взял нас измором, или к месту событий не подоспели другие враги.
Таах уже было хотел приказать нам разделиться и добираться до убежища порознь мелкими группами, но я вовремя предложил альтернативный вариант!
Глава 5
Легкая разминка перед дракой
Объяснять суть плана было некогда, благо, у Таллана тут имелся определенный авторитет, и меня послушались безоговорочно. Самым сложным было найти среди нашей пестрой боевой команды нормального иллюзиониста, наподобие покойного Салида. В итоге нашелся один, явно смущающийся фактом владения подобными не слишком уважаемыми в боевой среде навыками, парень. Необходимые для моего наполовину спираченного у сценаристов плана артефакты уже были собраны и разделены между Таахом и Тилли.
Завершающий этап сражения начался!
План был прост до безобразия. Вперед вместо четверых магов в очередной раз вышли двое. Таах начал атаковать. Ни столько для того, чтобы нанести ущерб монстру, потому как магия его явно не брала, сколько для того, чтобы привлечь к себе его внимание. Тилли просто спокойно стоял, с нескрываемым уважением глядя на противника, и ждал оговоренной команды. Стояли ребята плечо к плечу, так что явно слепой страшила каким-то своим шестым червяным чувством понял, что его пасти как раз хватит, чтобы сожрать одним махом обоих букашек. Что он тут же и попытался сделать.
Мгновенный бросок сверху вниз. Ментальная команда от Тааха к Тилли – над парнями засветился толстенный щит. Тварь врезалась в него, разбивая преграду на осколки, но не доставая прятавшихся под ним магов. Которых тут же выдергивают из-под распадающегося заклинания и заменяют на фантомы. Фантомы хорошие: их можно потрогать и они могут держать на себе два рюкзака со всеми имеющимися у двух десятков боевых магов артефактами, способными отдавать собранный в них Дар.
Дальше все до банального просто. Червь глотает-таки оба фантома, а заодно и рюкзаки с бомбой дистанционного взрывания. Потом бомба активируется.
По плану червь, незащищенный изнутри своей магонепробиваемой внешней оболочкой должен был превратится во что-то наподобие неприятно пахнущего и выглядящего фонтана. Однако гладко было на бумаге,
