Каково же было мое изумление, когда наша суровая путеводительница, присмирев, робко прикоснулась к диску, висящему у порога, и подобострастным, тонким голоском осведомилась:
– Натиллочка, к вам можно? Все как договаривались, я привела гостий из другого мира.
– Опаздываете, – капризным тоном сообщил богато модулированный голос изнутри дома. – Ну ладно, заходите.
Мы, словно студенты, пропустившие половину лекции, бочком протиснулись внутрь. Что за Натилла такая, которую боится даже Ригнар?
Волшебница нарядов выглядела потрясающе. Притом что я не слишком люблю данный тип. Габариты… пускай не рубенсовские, однако минимум тициановско-ренуаровские. Короче, пышная дама! И, как на многих картинах этих мастеров, светящаяся белоснежная кожа при рыжеватых длинных волосах, собранных в высокую прическу. Одета ведьма была в нечто переливчато-золотистое, необыкновенное, и я вдруг подумала, что такой должна быть королева!
К этому добавлю, что обычно я не обращаю особого внимания ни на внешность, ни тем более на одежду. А тут – глаз не могла оторвать!
– Уж не знаю, тратить ли на вас время, раз вам это, видимо, не слишком-то нужно, – с той же интонацией балованной юной красотки заметила Натилла. – Вероятно, у вас есть дела поважнее…
– Что вы, Натиллочка, – пропела Ригнар. – Мы так спешили! Просто девочки беседовали с Тай и не могли уйти. А как дела с моим заказом? Вы сможете меня принять в ближайшее время? Кстати, я договорилась с Тай. Конечно, это против правил, но вам разрешат…
Мы так и не узнали, что именно разрешили Волшебнице нарядов – очевидно, все что угодно, лишь бы выполнила заказ. Но тут она соблаговолила перевести взор на нас – и вскочила, всплеснув руками.
– Как интересно! – воскликнула она, причем глаза ее засияли восторженным блеском. – Я никогда такого не видела. Скромно, конечно, но в этом есть шарм. Немножко бы магии… самую чуточку, чтобы все заиграло, – и, пожалуй, в своем роде было бы совершенство. Особенно твое платье… – Натилла обратилась к смущенной Лизе. – Линии, стиль… впрочем, и брюки хороши, – это уже ко мне. – С тобой похуже, – она повернулась к Женьке, внимательно изучая фирменные шмотки. – Вещи неплохие, но носить их надо не тебе и не так. Хотя в целом интересно, очень интересно…
Я, не выдержав, похвасталась:
– Платье и брюки шила сама Лиз!
– Вот как? – встрепенулась ведьма. – Я как раз хотела узнать про этот узор… да, еще про выточки… и про…
Я вздохнула. Увы, я не разбираюсь в шитье и не представляю, какое удовольствие его обсуждать? Хотя результат мне нередко нравится.
Лиза с Натиллой затарабанили что-то на своем непонятном птичьем языке, но от скуки меня спасла Ригнар.
– Натиллочка, – жалостливо пролепетала она, – скоро прием, а девочки не одеты. Не идти же им оборванками?
Волшебница нарядов, прищурившись, оценивающе нас оглядела, и я почувствовала себя чем-то вроде экспоната на выставке – привлекательного, однако по понятным причинам напрочь лишенного права голоса. Хуже – болванкой, из которой намерены выточить деталь.
– Да, одежда не для приема. Ничего, попробуем что-нибудь сотворить. Внешность у всех трех удачная – есть от чего оттолкнуться. С тобой проще всего. Раздевайся!
Женька с несвойственной ей покорностью сняла одну за другой импортные тряпки, оставшись совершенно голой. Натилла медленно водила рукой вдоль ее тела, тихо и радостно напевая. От этого я на миг будто заснула, а когда очнулась, увидела, что Женька… ох… ее покрывает нечто вроде змеиной кожи, зеленой, блестящей и безумно красивой. Лицо, руки и ступни по контрасту казались фантастически белыми, волосы – запредельно рыжими, а общее впечатление… пожалуй, полностью обнаженной было гораздо скромнее. Не так вызывающе, по крайней мере. Бьющий по нервам секс и фонтанирующий драйв. Секс и драв, драйв и секс… надеюсь, мужчины на Эрве хорошо вышколены, а то хлопот не оберешься.
Зато у меня как у женщины тут же возникла неприличная мысль – а в туалет бедняге как теперь ходить? Но брякнуть этого я, по счастью, не успела.
– Теперь ты! – ткнула в меня пальцем с остро наточенным золотым ногтем ведьма. – Снимай брюки! Свитер тоже ни к чему. Так… так… надо подумать… с тобой неясно, совсем неясно… хотя как раз ясно. Носи! Поверь – ты такая. Тебе кажется, что нет, но мне лучше знать.
Несколько опешив, я бросилась к зеркалу – и отшатнулась. Это была не я! На меня смотрела совершенно чужая и безвозвратно взрослая женщина. Нет, не подумайте, я все понимаю и не спорю. Двадцать семь – давно не ребенок, другие в этом возрасте растят детей, мама Джульетты и вовсе готовилась стать бабушкой, Лермонтов успел написать кучу шедевров и погибнуть… список можно продолжить. Но, если честно, внутренне я воспринимаю себя как… только не смейтесь… даже не девушку, а девчонку. И подруг тоже. Так и обращаюсь к ним: девчонки. А женщина в зеркале казалась очень умной, неприятно самоуверенной, слегка высокомерной и неуловимо загадочной.
Но как это было красиво! Вишневое платье из невесомой сверкающей ткани облегало фигуру и в то же время текло, летело, менялось каждый миг. Я не могу объяснить… Там, где только что была складка, через миг ее уже не оказывалось. Платье одновременно обнажало и скрывало, существовало и исчезало, не давало разглядеть себя – и не позволяло оторвать взгляда, интриговало и завораживало.
Я настолько обалдела, что не заметила, как Натилла закончила с Лизой. Теперь подруга стояла, окутанная голубым облаком. Оно было таким нежным и пушистым, что я сделала то, о чем часто мечтаю, глядя на облака, – прикоснулась к нему рукой. Оказалось, оно не просто мягкое, но живое и теплое, словно цыпленок. И в то же время рука практически проходила насквозь, не ощущая сопротивления.
– Как в нем хорошо, – растерянно прошептала Лиза. – Каждая клеточка радуется…
– Вы действительно лучшая в мире Волшебница нарядов, – твердо заявила Женька. – Лучшая во всех мирах! Зуб даю!
Натилла улыбнулась, затем нахмурилась.
– Для нашего и вашего миров – да, не сомневаюсь. А вот взять Эллию… вряд ли я кому-то буду там нужна.
– Будете, будете! – горячо заверила Женька. – Такие наряды…
– Ведьмы Эллии не слишком увлечены нарядами, а многие Наставницы вообще предпочитают стандартную тунику, – вздохнула собеседница. – А если и захотят принарядиться по случаю – тамошние мастерицы обучены лучше меня, я рядом с ними буду дилетанткой. Не хочу! Мое место – здесь.
– То есть вы против возвращения на Эллию? – уточнила я. – Вы отказались выслушать Деллу?
Натилла, помрачнев еще больше, махнула рукой:
– Да вот пошла на поводу у Герины, отказалась. Но я же была уверена, что еще успею! Неделей раньше, неделей позже – какая разница? А теперь все, не увидеть мне своими глазами чудесное платье богини Мэй… говорят, оно необыкновенное! Другие видели, а я нет. А воспроизвести образ не могут, бездари… хотя действительно трудно передать присутствие богини, это нужен талант Деллы. Бедная Делла погибла… а я уже придумывала для нее новый наряд. Она изменилась после своего чудесного сна, и было бы интересно отразить это. Но ничего, – взбодрилась ведьма, – пришли вы, это еще интереснее! Женщин из другого мира я раньше не одевала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
