гам в гостиной прекратились и воцарилась приятная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием камина. Некоторое время они молчали. Каждый обдумывал что-то свое, но так или иначе то, о чем они думали, было схоже.
— Я знаю, что вы скучаете по дому, — вдруг проговорил граф. — И мне жаль, что пришлось вернуть вас в замок.
Анна осторожно повернула к нему голову, но, вслушиваясь в его слова, мысленно все равно находилась в другом мире и даже времени. Она видела во сне это лицо. Лицо графа Эмирсона. Но тогда он был прекрасным королем, от которого у него сейчас ничего не осталось. Разве такое может быть? Разве может тот молодой человек с красивыми глазами, сияющими неподдельным счастьем, быть тем, кто сидел напротив Анны? Она не могла в это поверить, потому что это было сложно осознать.
Анна опомнилась только тогда, когда граф протянул ей какой-то узорчатый ключ.
— Это ключ от ворот, — его рука повисла в воздухе в ожидании, когда Анна заберет его. — Отдавая его вам, я заявляю, что вы в любой момент можете уйти. В отличие от этого места, которое держит меня в плену, я не держу вас в заточении. Но…
— Но что? — Анна поглядела на него, ощущая легкую дрожь во всем теле.
Граф Эмирсон опустил глаза, но Анна успела уловить в них усталость от жизни и тяжелую грусть, накопленную за сотни лет в плену.
— Я долго размышлял и пришел к выводу, что не имею права держать вас насильно. Но если вы по-прежнему горите желанием помочь мне, то прошу вас задержаться здесь ненадолго. До тех пор, пока я точно не выясню, имеете вы метку или нет.
Анна сжала в руках отданный графом ключ. Сжала так сильно, что пальцы побелели. Это был ключ к ее свободе, дорога к ее дому! Неужели это не сон, и она действительно держит его в руках?
Анна бегло огляделась. Она могла убежать из замка прямо сейчас и оставить все услышанное и увиденное позади. Все страхи за свою жизнь и за собственные воспоминания улетучились бы. Она увидела бы своего отца, который, вероятно, переживает за нее. Она вернулась бы домой. Избавилась бы от заточения в замке…и все это в случае, если она воспользуется ключом. Но могла ли она так поступить?
Анна перевела взгляд на графа. Голубые глаза посмотрели в его желтые, увидев в них всю его боль и печаль. Внезапно, сквозь холод, она разглядела тепло, которое таилось в его душе, скрываясь от всего мира, но не от нее.
— Я обязательно открою ворота этим ключом и уйду, — пообещала Анна, сжав ценный предмет в руках, — но только когда мы точно убедимся, что метки у меня нет. А если есть, то сперва я помогу вам избавиться от проклятия и вернуть прежний облик.
Сперва граф не поверил ей. Кто бы отказался от такой возможности, будь у него путь к свободе. Но искренность и решимость, с которыми она произносила эти слова, вселили в него надежду, что она не обманывает его. И лицо графа прояснилось. Будто солнечный луч, прокравшись сквозь вечную мерзлоту, скользнул по его лицу и придал его чертам мягкость.
— Что насчет книги? Она вам понравилась? — спросил граф.
Анна улыбнулась и с готовностью пустилась в рассказ о том, как трудно ей сначала давалось чтение. Как она не понимала смысл прочитанного, а потом и ее вовсе стало клонить в сон. Но в итоге книга сумела заинтересовать ее и даже в большей степени очаровать своими ярко описанными приключениями.
Анна говорила без умолку, пересказывая графу сюжет прочитанной истории. И хотя граф прекрасно знал ее и перечитывал не один раз, все равно слушал девушку с интересом. И постепенно до него дошла одна очень странная истина. Ему был приятен ее голос. Приятно было ее слушать. А Анне в свою очередь понравилась сосредоточенность, с которой он внимал ее словам. Он действительно испытывал неподдельный интерес ко всему, что она рассказывала. Но еще от внимания Анны не укрылось то, с какой нежностью он смотрел на нее в это время.
Глава 33
В свою комнату Анна возвращалась с улыбкой на лице. Разговор с графом оказал на нее положительное влияние. Ей понравилось обсуждать с ним прочитанное, делиться впечатлениями и узнавать от него что-то новое. За плечами графа Эмирсона было множество книг, и его широкий кругозор мог открыть Анне глаза на то, что она упустила в процессе чтения, в силу своей неопытности.
Запомнив каждое сказанное хозяином замка слово, Анна прокручивала их в голове по пути в комнату. Впервые разговор с кем-то вызвал в ней сложную смесь чувств, в которой было все — от захлестнувшего интереса до волнения.
Захлопнув дверь, Анна прислонилась к ней спиной и достала из кармана отданный графом ключ. Этот ключ способен был открыть перед ней путь к свободе. Путь домой! Но от того останется ли она, зависела судьба графа Эмирсона. Да и Анна ничего не теряла, если провела бы здесь еще пару дней.
И все-таки ключ в руках приятно грел душу. Анна прижала его к себе, словно мать, бережно прижимающая к груди свое дитя, и подошла к окну, окинув взором ночное небо. Полная луна ярко заливала все вокруг чудесным серебряным светом, а бесчисленное количество звезд напоминало мерцающие песчинки на дне глубокого океана.
Анна снова посмотрела на изящный узорчатый ключ и вздохнула. Сегодня что-то явно изменилось между ними, подумала она. Они оба сделали шаг навстречу друг другу и к хорошим отношениям. А значит, прежнего холода больше не будет. По крайней мере, ей очень хотелось на это надеяться.
Девушка вновь перевела взгляд на окно и вдруг увидела, как на холм, на котором располагался замок, поднялся силуэт. Анна неосознанно замерла, будто ночной гость мог разглядеть ее на такой высоте и напасть. Кто это подошел к замку в столь поздний час, да к тому же так близко?
Сперва Анна подумала, что это может быть Сэм, вышедший в город по поручению графа и теперь возвращающийся обратно, но, когда человек подошел достаточно близко, чтобы свет факела в его руках смог осветить его лицо, Анна забыла как дышать. Это был ее отец! Уставший и измученный, но такой родной и такой любимый!
— Папа… — прошептала она срывающимся голосом.
Анна отступила от окна, все еще не сводя взгляда с мистера Раина. Неужели это не сон? Сглотнув нервный ком, девушка повернулась и выбежала прочь из
