у меня в руках, мой противник появился, казалось бы, из ниоткуда. Его клинок взметнулся вверх, намереваясь снести мне голову, и только благодаря многолетней практике я увернулась и откатилась в сторону.
Когда я остановилась примерно на полпути через комнату, две вещи заставили меня ахнуть. Во-первых, весь участок пола, по которому я только что ходила, треснул и раскрошился, проваливаясь в кажущуюся бездонной яму под комнатой.
Во-вторых, это был мой противник.
— Лорд Тайпанус? — пролепетала я, крадучись отползая еще на несколько шагов и видя, как пол осыпается при моем движении. Хуже того, Тайпануса, казалось, совершенно не беспокоило отсутствие твердой почвы под ногами, когда он надвигался на меня с поднятым мечом.
Выругавшись, я уклонилась от очередного удара и вскочила на ноги. К черту болтовню, мне нужно было побить этого молокососа.
Наши клинки встретились с режущим нервы звоном стали, и я сильно стиснула зубы. Я все еще была слаба после ночи отравления ядом, и удар Тайпануса болезненно отозвался в моих руках. Потребовалось обменяться еще несколькими ударами, чтобы заметить ключевой аспект в его стиля.
Это было не в его стиле.
Или, по крайней мере, если это было так, то это было чертовски большое совпадение, что это был еще и мой стиль. Подтверждая мою теорию, я заметила, что все его атаки, парирования и защиты были хрестоматийными приемами, которым я научилась у мастера Кровавого Глаза. Итак, как можно победить саму себя?
Быть непредсказуемой, как я предполагаю.
Вкладывая свой не слишком значительный вес в следующие несколько ходов, я действовала настолько хаотично, насколько это было возможно. Полностью выбросив свой опыт в окно, я сражалась на чистом инстинкте. По большей части, это сработало. Но при одном небольшом промахе лезвие Тайпануса порезало мне предплечье, и по моей коже потекла самая настоящая кровь.
Вот дерьмо. Это разрушило мою смутную идею о том, что он был не более чем иллюзией. Иллюзии не могут заставить тебя истекать кровью… но эта версия Королевской Змеи, безусловно, могла бы.
С удвоенной настойчивостью я усилила атаку. Не настолько глупя, чтобы забыть об отвесном падении в темноту, которая преследовала меня по пятам, мне нужно было проскочить мимо Тайпануса, а не отступать. Это движение привело бы к тому, что я продвинулась бы еще дальше к концу комнаты… и к двери, которая, как я надеялась, вела в последнюю комнату.
Именно после такого трюка я заметила свой шанс. Как ни странно, это была ошибка, которую я часто совершала, тренируясь с парнями в Понду, и именно из-за нее весь левый бок Тайпануса оставался незащищенным ровно настолько, чтобы мой клинок скользнул между его ребер и положил конец бою.
— Да! — Воскликнула я, подпрыгивая от радости, когда отвратительный пожилой мужчина рухнул на каменный пол, и я выдернула свой окровавленный меч из его тела. — Отчасти это заставляет меня пожалеть, что ты не настоящий Тайпанус, — выдохнула я, стоя над усатым мужчиной в его предсмертной агонии. — Но почему-то я сомневаюсь, что он сдался бы так легко.
Фальшивый Тайпанус встретился со мной взглядом, и в нем было что-то знакомое. Что-то умоляющее. Его губы шевельнулись, и я наклонилась ближе, чтобы расслышать, что он пытался сказать. Когда я это сделала, у меня кровь застыла в жилах.
— Ло, — прошептал он. — Как ты могла?
Пораженная, я села, и мой пристальный взгляд вернулся к его лицу. Лицо, на котором больше не было закрученных сальных усов и тяжелых линий лорда Тайпануса. Вместо этого это была пара пронзительных зеленых глаз, которые встретились с моими, полных предательства. Это была сильная, точеная челюсть, покрытая черной щетиной, по которой стекала струйка крови с пухлых губ, которые, я знала, целовали так, словно я была единственной женщиной в Тейхе.
— Тай? — Я захныкала, с трудом веря в то, что вижу. — Что? Как?
Затем великолепный боевой тренер закашлялся, влажный, дребезжащий звук, полный крови и боли, и я прикрыла рот, чтобы подавить рыдание. Как это могло случиться? Как я могла не знать, что за этой иллюзией стоял Тай? Конечно, так оно и было! Он был снисходителен ко мне намеренно. Этот глупый, безмозглый человек!
— Ло, — выдохнул он, когда его хриплый кашель прекратился. — Я люблю тебя, Ло. Я знаю, прошла всего неделя, но я почувствовал это в своей душе. А ты?
Я отчаянно замотала головой взад-вперед. Не для того, чтобы не согласиться, а чтобы попытаться отрицать то, что я видела. Тай не мог умиреть, это было невозможно. Это было несправедливо.
— Тай, этого не может быть, — рыдала я, прижимая руки к уродливой ране у него в боку, чтобы остановить кровотечение. Рана, за которую я была ответственена. Неужели они бросили бы одного из тренеров умирать в этой глупой игре? С другой стороны, они всю неделю активно убивали леди из высокородных семей, так какое королевской семье дело до солдата? Слуга, и не более.
Тем не менее, это не помешало мне звать на помощь. Умолять. Но в комнате по-прежнему было тихо… Даже звук неровного дыхания Тая больше не заполнял его, когда он соскользнул в смерть.
— Нет, — прошептала я, чувствуя, как слезы текут по моему лицу, а из носа текут сопли. Мое сердце разрывалось пополам, и я едва могла поверить в крайнюю жестокость этих Королевских Испытаний. Конечно, королева Офелия и ее предки проводили их не так. Это было неправильно. Это совершенно неправильно.
Я стояла на коленях, рыдая, мои руки были скользкими от липкой крови, казалось, целую вечность, пока до меня не дошло, что меня обманули. Снова.
Тело Тая» я исчезло у меня на глазах, не оставив после себя ничего. Ничего. Даже кровь на моих руках не была настоящей, несмотря на то, что я все еще чувствовала ее влажную липкость и острый медный привкус.
Теперь я была по-настоящему взбешена.
Оттолкнувшись от земли слабыми, трясущимися коленями, я подошла к двери, затем провела руками по гладкому дереву не обнаружив ручки. Открыть ее было невозможно, а это означало, что в этом тесте должно быть что-то еще.
Достав из кармана один из метательных ножей, я похлопала им по ладони, оглядываясь по сторонам. Большая часть комнаты была пуста, и я стояла на коротком выступе шириной менее трех футов перед дверью, что несколько сужало кругозор.
— Конечно, — пробормотала я, затем горько рассмеялась. Мое лицо все еще было опухшим от слез по поводу фальшивой смерти, и я была в отвратительном настроении. Но, конечно же, прямо рядом с дверью, через которую я вошла, была
