– Если человек не желает никого видеть, значит, не нужно к нему лезть, – тоном учителя важно произнес я и выудил из кучи посуды котелок. – Сходи лучше за водой.
Кастовать кухонные заклинания при посторонних не хотелось, есть тоже, но попить свежего отвара я бы не отказался. Как и познакомиться с хозяином котелка, сидящим в засаде. Беззаботно ложиться спать, когда рядом притаился возможный недруг, на мой взгляд, не очень разумно.
Я создал две довольно высокие воздушные лежанки, устроился на одной так, чтобы видеть плиту, перекрывающую вход в подвал, и бегло огляделся. Крепкая когда-то была мельница. Добротно сложенная из продолговатых каменных брусков умелыми мастерами, конусообразная, со сводчатым потолком, выстоявшая и под ветрами и дождями, и под набегами наследников мельника, снявших все ценное. Правда, в стенах кое-где дыры от оси колеса и кованых решеток, когда-то вмурованных, чтобы защитить хозяев, но они предусмотрительно заткнуты пучками прошлогодней травы. Значит, оборотень живет тут не первый день.
Но быт почему-то неустроен, посуда валяется кучкой, не сложено даже простое кострище, не говоря о том, что можно было бы починить старый очаг. Не собирается жить здесь долго? Или такой ленивый и неприхотливый?
Впрочем, гадать мне быстро надоело, и я решил, что проще будет поговорить, ну и посмотреть на него вблизи. Не откладывая на потом, нашел поисковичком нехитрый запор, отодвинул и, подцепив воздушной петлей, сдвинул плиту в сторону.
Огромный черный медведь, посверкивая злыми желтыми глазками, вырвался наружу и с рычанием оскалил на нас клыки.
– Как эффектно, – похвалил я, проверяя его ауру и понятные мне теперь отметки. – А теперь можешь снимать кокон.
– Он не может, – Мэлин почему-то спряталась за мою спину, и медведь рыкнул еще злобнее, – на нем ошейник.
– Откуда ты знаешь? – Я не видел ни малейшего признака каких-то меток, только непонятную тень на передней лапе.
Медведь заревел – зло, обиженно и как-то обреченно.
– Мэлин! – Мне пришлось обернуться, чтобы рассмотреть выражение лица бастарды, и оно мне очень не понравилось.
– Он сам виноват, – не выдержав моего взгляда, дерзко объявила девчонка, но это вышло совершенно не убедительно.
И медведь подтвердил это усталым и насмешливым рыком.
– Хорошо, – решив, что сначала нужно разобраться с ошейником, снова повернулся к оборотню, – покажи лапу.
– Ты не сможешь, – всхлипнув, пробормотала себе под нос Мэлин, но услышали мы оба.
– А кто сможет?
– Моя бабушка.
– Которая умерла? – язвительно осведомился я, начиная жалеть, что не задержался на полчаса и не выяснил все детали этой череды нелепых смертей в среде бывалых ведьм.
Медведь подтвердил мою догадку презрительным фырканьем.
– А ты не фыркай! – сердито прикрикнула на него девчонка. – И откуда только взялся тут… на мою голову.
Мне хотелось отдохнуть, а не смотреть на ее попытки выгородить родственницу, и потому я прибегнул к самому действенному методу. Холодно и с расстановкой произнес:
– Мэлин, сейчас ты мне коротко, подробно и ясно, как на уроке, объяснишь суть этого заклятия, и я буду искать способ, как его снять. А о том, как у вас хватило совести так издеваться над человеком, расскажешь мне позже, когда я посплю.
– Но он сам…
– Мэлин!
Расслышав в моем голосе предупреждающие нотки, девчонка сердито посопела, посверкала на меня глазами и нехотя сообщила, что это заклинание «ошейник проклятия». Его можно надеть и на лапу, и на шею, и он не позволяет оборотню сбросить кокон, если поблизости есть люди. Как только кто-то приближается, оборотень принимает звериный облик. Снять заклятие может только тот, кто наложил.
– И никаких отменяющих нет?
Медведь тихонько повыл, тяжко мотая головой.
– А вожак стаи? – вспомнил я пояснения Кахориса.
– Наверное, может, – помрачнела ведьмочка, – но он одиночка.
– А я не требую, чтоб он бегал вместе с волками, мне вообще все равно, где он жить будет, – уцепился я за найденное решение и повернулся к насторожившемуся оборотню. – Я вожак стаи. Но делами занимается Кахорис, потому что я маглор и выполняю контракт. Если хочешь, чтобы я попробовал тебя освободить, придется вступить в стаю. Сразу обещаю, никого ни к чему я не принуждаю. Выбирай.
– Если ты его освободишь, он меня убьет, – безнадежно сообщила Мэлин.
– Не сможет, потому что ты мой подопечный по контракту и сначала ему придется убить меня, – небрежно отмахнулся я от ее страхов и, чтобы успокоить девчонку, пошутил: – Не волнуйся, живи, пока меня не довела.
– Ты все-таки злой, – обиженно буркнула ведьмочка.
– Куда мне до вас! Я людей в звериных шкурах не запираю. Сколько времени он, кстати, так бегает?
– Почти год… – Голос девчонки упал до еле слышного шепота.
– И ты еще раздумываешь?! – поразился я и протянул медведю руку. – Или собираешься еще лет десять ее бабку искать?
Он тяжело вздохнул, припал на передние лапы и лизнул мою ладонь.
Знакомое ощущение вспыхнувшего искоркой тепла доказало, что ритуал сработал. Но в тот же миг что-то насторожило мою драконью шкуру, на руках резко расцвели ячейки чешуек, когти ринулись наружу, приобретая твердость и остроту стальных лезвий.
Я невольно перевел взгляд с звериной морды оборотня на его лапу и обнаружил, что ведьминское проклятие разгорается ядовитым зеленоватым светом. Ничего ни придумать, ни кастовать я уже не успевал, сообразив, что активировалась та часть проклятия, что гарантировала его стабильность и нерушимость. Действуя скорее по наитию, чем подчиняясь голосу разума, я молниеносно протянул руку, вцепился когтями в магический ошейник и яростно рванул его, представляя, как разрезается, рвется на куски мерзкое свечение.
И оно вспыхнуло, взорвалось, как четвертная бутыль с взыгравшим молодым вином, отбросило мою руку, отдав в плечо резкой болью. Медведь отлетел к незакрытому лазу, на глазах превращаясь в человека, зацепился ногой и едва не угодил в подвал. Я успел подхватить незнакомца воздушной петлей, посадил на свободную лежанку и, потирая плечо, с интересом уставился на нового члена стаи.
Сравнительно молодой, черноволосый и кареглазый, чисто выбрит и одет в неимоверно потрепанную, но довольно опрятную одежду и подвязанные веревками сапоги. Все ясно, сам себе не мог купить вещи, а до того, чтобы грабить, еще не опустился.
– Ну у тебя и когти, – произнес он уважительно, в свою очередь внимательно разглядывая меня, – я таких оборотней еще не видел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
